Антонио Морале – Газонокосильщик (страница 2)
– Эй, дебил! – мужчина пощёлкал пальцами перед моим носом, привлекая внимание. – Ты тут? Я говорю – ты понял меня?
Руку ему сломать, что ли? Тем более, габариты моего нового тела мне это легко позволят.
– Не нужно так, Стив! – строго произнесла брюнетка, убрав руку мужика от моего лица. – Он всё понял!
– Ну и хорошо! – довольно хмыкнул хозяин кабинета, вернулся на своё место и откинулся на спинку стула. – Спасибо, миссис Стоун, за визит, – дал он понять, что разговор окончен. – Передавайте мужу привет.
– Передам. – брюнетка едва заметно поморщилась и поднялась со стула. – Пошли, Алекс.
Что? Это она мне? Что она хочет от меня? Идти за ней? Ну пошли…
Мы покинули кабинет, спустились по лестнице на первый этаж, миновали длинный коридор, череду металлических шкафчиков и через широкую дверь вышли на улицу.
Я на секунду запнулся, осматриваясь по сторонам, оглянулся на здание за своей спиной и неторопливо пошёл следом за брюнеткой, сунув руки в карман потёртых джинсов. Странно всё это…
Широкий двор перед школой был выложен потрескавшимся от солнца серым асфальтом, с яркими желтыми разметками для школьных автобусов. Парочка из них стояла там же, со скучающими водителями за штурвалами. Рядом с парковкой, на небольшом газоне, стояли ряды велосипедов, привязанные к металлическим дугам замками и цепями.
Чуть дальше, у забора, небрежно покрашенного в белый цвет, шумела группа тинейджеров, лениво пиная мяч, споря и громко смеясь.
Сама школа выглядела вполне типично и обыденно – двухэтажное здание из красного кирпича, с высокими окнами, облупившимися белыми рамами и флагштоком перед центральным входом, с развевающимся на ветру американским флагом.
Мы подошли к новенькому тёмно-синему «Бьюику», гордости американского автопрома с хромированной и блестящей на солнце радиаторной решёткой, брюнетка сунула ключ в замочную скважину, молча открыла дверь и села за руль. Я помялся какую-то секунду, распахнул пассажирскую дверь и забрался на переднее сидение.
Двигатель тихонько заурчал, словно голодный тигр, радио переключилось на местную станцию, и ди-джей с ленивым южным акцентом объявил новый хит Bon Jovi.
Моя попутчица посмотрела по сторонам, поправила помаду на губах в зеркало заднего вида, переключила коробку передач и тронула авто, через несколько секунд выехав со школьной парковки на неширокую, слегка потрёпанную дорогу.
Я уставился в окно и с неприкрытым интересом принялся разглядывать мир снаружи…
Вдоль улицы тянулись аккуратные одноэтажные домики с ухоженными зелёными лужайками. Чуть ли не на каждом крыльце висел полосато-звёздный флаг, кое-где стояли детские велосипеды и почти у каждого дома были припаркованы одно или два авто.
На перекрёстке стоял небольшой магазинчик с красной неоновой вывеской «Mike’s Liquor» а рядом с ним висело написанное от руки на меловой доске объявление «Coca-Cola – 79 cents!». Перед магазином пара пожилых мужчин в джинсах и фланелевых рубашках курили, эмоционально жестикулировали руками и о чём-то оживлённо переговаривались.
Мы проехали мимо старенького «Форда», стоящего с открытым капотом, и его владельца в маслянистой майке, склонившегося над двигателем своего авто, и я задумчиво прочёл на стекле автозаправки ярко-жёлтую, сияющую надпись:
«Today only! Hot dogs for 99 cents!».
Моя спутница что-то произнесла, кивнув в сторону заправки, но я так и не понял – что именно. Да и, если честно, не сильно старался понять. Мне было не до этого…
Я в Штатах? Какого хера? Все эти домики, вывески, одежда, машины и номерные знаки Калифорнии… Номерные знаки… Я в Калифорнии? Вот чёрт!
Глава 2
Я удивлённо покачал головой и снова погрузился в размышления…
Может у меня что-то с кукухой? Или это сон… Как там говорят – нужно вспомнить, как ты сюда попал. Если не помнишь – то это точно сон. Хм… Не помню… Вот всё, что было «до» – помню, а как именно сюда попал – нифига…
Я прекрасно помню, что меня зовут Алексей Каменский. Мне 45 лет. Я – бывший военный. Вернее, сотрудник военной прокуратуры. Всю жизнь я отдал служению Родине. За моими плечами один неудавшийся брак, хорошо хоть без детей, несколько разбитых сердец, потому как на те же грабли я наступать больше не хотел, и… Да и всё, в общем-то.
Какое моё последнее воспоминание? Ну… Помню, как переходил дорогу… Как какая-то девчонка лет семи рванула на красный под колёса, и водила тупо не успевал затормозить по скользкой от мороза дороге. Хотя, нет… Не рванула…
Два великовозрастных дебила дёргали её сзади за косички и смеялись. То ли снимали на телефон очередной пранк, то ли просто самоутверждались. И никто из толпы прохожих даже не поставил их на место. Мудачье! А потом эти два дебила дёрнули посильнее, и девочка зарыдала. Тут уже не выдержал я, послав их на три весёлые буквы и пообещав вырвать им руки и засунуть их в их тощие задницы… Настроение было ни к чёрту!
И тут же какая-то старая кляча вступилась за этих двух утырков.
– Молодой человек! Это же дети! Нельзя так!
Да пошла ты! Старая мудозвонка! А то, что эти дети через секунду толкнули девчонку под машину… Это норм, да? Сука старая!
Не знаю, что меня дёрнуло. То ли рефлексы, то ли ещё что-то. Последнее, что помню – как я отталкиваю девчонку с косичками в сторону, а сам впечатываюсь со всей силы в радиаторную решётку БМВ. Ненавижу БМВ! Сука!
Получается – что? Я умер? Серьёзно? И это какой-то всратый бонус с перерождением в другом теле? Или не бонус – может так у всех? Непонятно…
Да уж… Значит, США. Почему именно Штаты? Почему на Россия? Ладно, пусть не Россия… Но почему не Китай или Индия? Мне кажется, туда попасть шансов больше – население Китая и Индии раз в десять больше, чем население Штатов.
И опять же, английский – это не мой конек. И не потому, что я бездарь. Моя учительница как раз говорила, что к языкам у меня талант. Да и немецкий я знал почти в идеале. Вот только развивать этот талант банально не было времени.
И почему, в этом случае, меня занесло аж в США? Почему не в ГДР или ФРГ? Оттуда и до родины ближе, и язык привычен… Видно, не судьба…
Странно… Я проводил взглядом стайку тинейджеров со скейтами в руках и задумчиво наморщил лоб. Что-то не вяжется. Не похоже это на современную Америку…
Сначала я даже не понял, чем… А через секунду по хребту пробежали предательские мурашки. Это не 2025-й год!
За всю дорогу я не увидел ни одного современного гаджета – ни мелькающих экранов смартфонов, ни беспроводных наушников, ни смарт-часов. Зато кассетные плееры были у каждого второго подростка, а проводные наушники болтались на шеях, как обязательный атрибут. Чёрт! Какой сейчас год?!
Наше авто свернуло к уютному, симпатичному, ухоженному домику с сочной лужайкой, приткнулось возле гаража, и двигатель бесшумно заглох…
Брюнетка… Хм… Как же к ней обращался тот усатый хмырь? Кажется, Мэри… Мэри Стоун. Точно!
Мэри вышла из машины и, не оглядываясь на меня, направилась в дом. Я немного потоптался на лужайке, пожал плечами и двинулся следом.
Ожидая в любой момент возмущённого окрика, зашёл через центральную дверь на кухню, огляделся, задумчиво почесал затылок и зачем-то поправил криво висевшую над плитой кастрюлю.
Ну, добро пожаловать в твой новый дом, Алекс…
Да уж…
* * *
* * *
Хм… Я закинул руки за голову и задумчиво уставился в потолок. 1992-й год… Калифорния… И 68 градусов… Сейчас бы ещё перевести это в Цельсии. Это сколько там у нас выходит? Около двадцати градусов? Да, похоже на то…
Но всё же – 1992-й! Невероятно! Сегодня это воспринималось уже как-то легче, привычнее. Вчера я видел свежую газету на столе в гостиной и обратил внимание на дату. Так что времени подумать и привыкнуть у меня было предостаточно – целая ночь.
Интересное место. Вернее, время. Что я вообще знаю о нём?
Олимпийские игры в Барселоне, война в бывшей Югославии, распад СССР… Вышел второй «Терминатор»… Хотя нет, он вышел годом раньше… Да уж, не густо. То ли я никогда особо не интересовался 1992-м, то ли ничего действительно интересного, кроме Олимпиады и распада Союза, в нём не произошло…