Антонио Менегетти – Клиническая онтопсихология (страница 4)
С того мгновения, как бытие создает существование, существование обуславливает любую форму знания и самостановления.
Если я отталкиваюсь от реальности мужчины, то с другой стороны вижу женщину, и наоборот. Если я отталкиваюсь от реальности глаз, то детерминирую отбор вещей на основе зрения.
Каждое исполнение есть внешняя форма того, что уже было взято изнутри. То есть бессознательное уже есть там, где вы потом видите факт. Жизнь всегда находится по обе стороны, она всегда сосуществует, и вследствие этого синхронизма возможен закон смещения. В области семантической интенциональности настоящим убийцей, истинным виновником порой является жертва. Сам по себе инстинкт смерти не появляется, жизнь всегда следует закону расширения, увеличения. Расширение приводит к повторному вложению того, что предстает как преодоленное.
Я знаю, что должен умереть, но не понимаю смерть. Я понимаю смерть как жизненную необходимость (она нелогична, но является самоочевидностью). Каждое мгновение каждый из нас умирает и возрождается, определенная точка в следовании этому закону метаболизма становится крайностью, когда необходимо действовать иным образом.
До какого момента индивид действительно живет в самом себе. Или его жизнь проживают другие. Или он сам живет в других.
Чтобы описать сеть взаимосвязей мгновения бессознательного существования индивида, понадобилась бы не одна библиотека.
Выделив несущие структуры, мы видим, что индивид производит отбор согласно теме, заданной этими двумя или тремя структурами. Обычно пациентам всегда снятся одни и те же сны, они всегда воскрешают в памяти одни и те же следы. Структура проявляет себя навязчивым образом.
Хороший психотерапевт должен уметь улавливать в своем пациенте ту структуру, которая уже стала настолько большой, что обуславливает внутренний мир его бессознательного, детерминирует его в болезни, неполноценности, шизофрении. Необходимо выявить по крайней мере эту, наиболее проявленную вовне структуру бессознательного мира.
Подобные структуры могут привести к самоконтролю «Я». Навязчивые состояния, фобии всегда являются лишь тревожными сигналами для нашего «Я».
Бессознательное не нужно искать, необходимо уметь дождаться его, вступить с ним в контакт с любовью и смирением, потому что оно является непосредственным конденсатом божественного, которое есть в каждом человеке. Для меня сущность бессознательного и божественное – это одно и то же.
1.5. Рефлексия за пределами слова
В общей массе люди являются профессионалами слова и подчеркивают свои действия или власть в человеческих взаимоотношениях посредством
Большая часть человеческого общения, к сожалению, регламентирована словом, и оно возымело такую власть, что позволяет внутреннему миру человека «уйти на покой».
На основе того, «как, что, когда было сказано», человек оказывается определенным и ограниченным, в какой-то степени даже заложником одной из его моделей, которая изначально появилась для того, чтобы облегчить ему функцию роста.
Как появляется ключевая структура лингвистического поведения.
Слово есть осадок, конденсат, что-то, что сначала имело место как случайное действие среди более или менее разнообразного и неотчетливого множества. Можно сказать, что это определенная квантовая новизна, которая действовала свободно и плодовито, как продуктивное саморазвитие биологического дискурса, и в какой-то момент ее конденсация установила данного человека вместе с другим человеком, а этих двоих вместе с другими.
Люди искали нечто, что из множественности случайных взаимодействий в их существовании выявит их, выделит и усилит.
В какой-то момент одна сила увеличивается, воздействует на данного индивида, и последний ради получения преимуществ, первенства, успеха ищет облегчения. Эта взаимообратимость создает причинность. Причинность, которая непрерывно действует, устанавливая реальность, задает черты, аспекты.
Первые жесты появляются в контексте взаимо-связей.
Два-три человека, находящихся в группе, становятся двадцатью, тридцатью, и необходимость выживания среди различных взаимодействий заставляет их устанавливать и принимать определенным образом некие условия.
Слово рождается из решения этих взаимоотношений. Слово – это решение одного сегмента динамики, являющейся вечной и в отношении слова всегда индифферентной.
Мы определяем иерархию и переходы, на протяжении многих веков устанавливаются конструкты, формирующие ментальную структуру.
Когда люди говорят, они как будто бы изнутри познают собственные истоки и за пределами слов дают сигнал реальности, которая их проживает, которая ими движет. Как будто каждый ищет другого в подобной реальности жизни («подобной», потому что нет одинаковых жизней для нас, людей, даже если люди через слова пытались бы дать фиксированную идентичность, усилить экспансивную и свободную причину).
Через слово человек, желая сохранить собственную индвидуацию, пытается остановить во времени бесконечное самодвижение существования. Люди договариваются относительно фиксированных параметров: «это белое или черное», но даже эти утверждения появляются как результат согласия людей, в то время как на самом деле проживаемая реальность не является ни белой, ни черной.
Наша цивилизация, а следовательно, наше исследование мышления, в сущности, основывается лишь на иллюзии реальности, которая, тем не менее, обладает властью над принятием решений в данной группе и требует определенной динамики и способа существования.
Хотя индивидуация зависит от существования, она в свою очередь может привносить в него свои решения. Как только человек родился, он становится аутоктизом и придает форму окружающей среде.
Наш способ мышления основывается на одном инструменте, на одной заранее заданной форме, и за этим решением находится огромное море жизни, существования.
Когда человек начинает видеть за пределами параметров научного, философского, религиозного исследования, то лучше понимает предмет любого исследования. Он видит с простотой многие вещи и одновременно с этим, если раньше он пытался выразить себя в словах, теперь он все больше пытается свести слово и само мышление к этой индифферентной динамике.
Любая вербализация нуждается в объективном ориентире, и это не только воспоминание объективно существовавшего еще до нашего решения, но также принудительная попытка достичь индифферентности вечной динамики.
Мы должны быть отражением этой обширной динамики, которая является свободной, упорядоченной и не имеет правил. К сожалению, большинство людей отвергает или утрачивает возможность быть сознанием и знаком первичной жизни.
Фактически, ценность слова определяется усредненным уровнем, принятым в данный момент способом использования, контекстами, которые в какой-то момент дают возможность проявиться этому слову. Онтотерапевт таков, когда видит человека в самодвижении или одновременным движению (то есть индивид познает себя, совершая метаболизм) первичного процесса.
Семантика любого вербализма, любой логистики не выводится с определенностью кантовских или позитивистских мыслительных моделей. Это всего лишь поиск точной динамики, которая остается неприкосновенной и протекает вне рациональных критериев социальной группы.
Онтопсихология развивается на основе первичной жизни, способна понять любой процесс принятия решений и обосновывает собственное видение, потому что видит и выявляет его, когда слова еще не стали частью мысли.
1.6. Ассоциация, равная смещению*
А) Впервые понятие «ассоциация» используется Платоном в «Федоне»* для объяснения феномена воспоминания. Дэвид Юм, Стюарт Милль, Александр Бэм и другие* видели в этом понятии основу человеческого познания. «Ассоциация идей» отражает общую тенденцию психических процессов связываться между собой таким образом, что когда одно из них возникает в сознании, то вызывает другие по смежности, сходству или контрасту.
Фрейд использовал термин «ассоциация»* для описания теории интерпретации сновидений. В ходе общения с пациентом психоаналитик выявляет символ, образ и совершает поиск возможных ассоциаций пациента для определения первичного импульса, скрывающегося за данным символом. Фактически, бессознательное осуществляет поиск и реализует собственные потребности благодаря развитой способности к адаптации. Когда на пути к сущностному для жизни человека объекту появляется препятствие, каждый раз вырабатывается неожиданная тактика достижения данного объекта, потому что столкновение бессознательного с препятствием достижения объекта, необходимого для жизнедеятельности, означает смерть.
Прежде чем умереть, организм осуществляет процесс с множеством вариантов решений в виде адаптации, хотя они и очень далеки от объекта, соответствующего импульсу.
Важно, чтобы была достигнута цель. Эта система адаптации как процесс называется «ассоциация».
Основополагающий принцип онтопсихологии утверждает, что организм как индивидуация обретает конкретику в «континууме» окружающей среды*.