Антонио Итурбе – В открытое небо (страница 51)
Зато подойдя к казарме, находит вокруг жилого барака шумную толпу. Инспектор выходит ему навстречу, в окружении нескольких арабов, оборванных поденщиков, обитающих в Вилья-Бенс.
– Вам известно, что у нас пропал самолет? – гневно вопрошает его инспектор.
– Да что вы…
– Где вы были? По какой причине вы, ответственный за авиабазу, оставили рабочее место?
– Пытался помочь летчикам, которых вы отправили в полет вопреки всем протоколам безопасности.
Инспектор ничуть не смущается.
– Я занимаюсь организацией выкупа.
Лес рук и вой голосов поднимается к небу, требуя денег, как на аукционе улова рыбы. Тони входит в толпу.
– Вон! Идите отсюда! Вон!
– Но что вы делаете? – серчает инспектор.
– Гоню отсюда всех этих дармоедов. И пойду разговаривать с вождями, которые действительно могут помочь нам с выкупом.
– Вы должны спросить у меня!
Тони обводит его взглядом с головы до ног.
– Да я у вас даже «который час?» спрашивать не буду. И организую выкуп по-своему.
– Это мы еще посмотрим!
Инспектор идет в барак.
– Механики! Свяжите меня по радиосвязи с центральным офисом в Тулузе!
После нескольких безуспешных попыток Тото удается-таки установить связь с Тулузой, хотя и с ужасными помехами.
– Добрый день, месье Дора.
– Есть но… сти?
– Нет, месье. Я вышел с вами на связь, чтобы вы приказали месье Сент-Экзюпери не вмешиваться в вопросы, которые находятся в сфере моей компетенции.
– Скажите… чтобы… связался.
– Сент-Экзюпери на связи, месье Дора. Позвольте мне кое-что сказать: я отказываюсь подчиняться тому, кто подвергает опасности жизнь Рейна и Серра.
– Позвольте сказать… пару слов. Вы буде… подчиняться тому, на кого я вам укажу. И будете подчиняться инспе… тору Гиро, поскольку таково мое требование.
– Но как могу я подчиниться тому, на ком лежит ответственность за это происшествие?!
– Сможете. Потому что ответственность не на инс… торе. Он всего лишь выполнял мои распо… ия провести эксперимент с ночными по… тами. Ответ…ость на мне.
Тони сбит с толку.
– Но ведь не было никаких консультаций с Вилья-Сиснерос. Если бы была принята хотя бы эта предосторожность, нам бы сказали, что там туман.
– Я сам приму ре… ние о том, насколько вер… Гиро выполнял мои распоряжения. Вы бу…те делать то, что вам прикажет Гиро. Дайте мне инс… тора.
На лице инспектора расцветает самодовольная улыбка, а Тони чувствует, что у него от негодования горят щеки.
– Месье Дора, Гиро на связи.
– Вы отдадите распоряж… я.
– Да, месье директор.
– Прикажите …сье Сент-Экзюпери, чтобы он организо… выкуп Рей… и Серра в полном соответствии с его планом.
Инспектор на секунду умолкает, и теперь пришла очередь Тони поднимать бровь и улыбаться.
– Месье Гиро… от вас я жду подроб… доклад об инциденте.
Связь на этом прерывается.
Инспектор злобно глядит на Тони.
– Вы прямо перед шефом вешаете на меня вину за происшествие? А где чувство товарищества?
– Я вам не товарищ.
Тони уходит – нужно поговорить с Абдуллой Мухтаром, а еще известить всех вождей местных племен, с которыми у него установлены добрые отношения: он просит их сообщить ему, если у них появятся новости о местонахождении двух пилотов с переводчиком.
Он садится в «Бреге» и летит на следующую авиабазу, в Порт-Этьенн. Там он вместе с еще двумя летчиками прочесывает с воздуха местность. Нужно держаться на расстоянии мили один от другого, чтобы охватить максимально обозримое с воздуха пространство, не теряя друг друга из виду. Зона здесь враждебная, и очень важно держаться вместе.
Пустыня под ними не желает открывать свои секреты. Не удается обнаружить ни единого следа их товарищей.
Где-то в районе мыса Бохадор Тони замечает, что машина Ригеля теряет высоту. Видит, что Бургат закладывает вираж, летит вслед за Ригелем и тоже приземляется. Он делает то же самое. Место посадки ему не нравится. Невдалеке отсюда совершили посадку Гур, Эрабль и механик Пинтадо. Если у Ригеля проблемы – нужно брать его и его механика и улетать с ветерком.
У самолета Ригеля расплавился шатун, а у другого «Бреге», за штурвалом которого Бургат, подтекает масло. На одном самолете им всем не улететь. Механик говорит, что с течью масла он справится, но нужно время.
– Да, не лучшее место, чтобы здесь отужинать, – замечает Ригель. – А ты, Сент-Экс, что думаешь?
– Превратим эту песочницу в зал отеля «Ритц».
Им неизвестно, заметило ли какое-нибудь племя их приземление. Если да, то очень скоро налетит целая орава, против которой их револьверы вряд ли что-то способны сделать, да и сами они стрелять едва умеют. А если повезет, то впереди у них длинная-предлинная ночь.
В эту же ночь, в тысячах километров оттуда, в маленьком кабинете до утра будут гореть лампочки. Дора получил известие, что три самолета-разведчика не вернулись на базу, а запаса горючего не хватит на тот промежуток времени, что их нет. Он знает, что они все опытные пилоты, но территория для них враждебная. И единственное, что он может, это ждать – информации по радио, по проводу, какого-нибудь знака. Все они могли уже погибнуть. Пять потерянных самолетов за сутки. Он не может знать, не станет ли эта ночь бдением над усопшими.
В окрестностях мыса Бохадор его летчики прямо-таки в эйфории: солнце село, а к ним так никто и не наведался. Закат на их стороне. Ночь их укроет.
Они объединяют все продукты из своих неприкосновенных запасов и устраивают нечто отдаленно напоминающее праздничный ужин. Никто не понимает, каким образом, но среди банок консервов из НЗ появляется бутылка вина и еще одна – с коньяком. Аплодисменты. Начинают загадывать друг другу загадки, и Ригель блещет своей сообразительностью. Тони вынимает колоду карт. В трепещущем свете керосиновой лампы руки его обретают черты волшебства, а все остальные просто очарованы попеременным появлением и исчезновением карт.
Механик приступает к работе, как только начинает светать, и за несколько часов ему удается привести «Бреге» Бургата в рабочее состояние. Они размещаются в двух способных лететь самолетах и отрываются от земли. Их появление в Вилья-Сиснерос, как великий праздник, встречено шумным ликованием. Волна облегчения проносится по всей линии, от Сен-Луи-дю-Сенегала до Тулузы, в нервном выстукивании телеграмм.
Оператор вбегает с распечаткой сообщения в руках.
– Месье Дора, Ригель, Сент-Экс, Бургат и Лефебр живы и здоровы!
– Пишите. Я хочу, чтобы вы отбили Ригелю в Дакар следующую телеграмму: «Уважаемый месье Ригель, настоящим сообщаю, что за этот месяц вы потеряли уже второй самолет. Вследствие этого, вы лишены всех премиальных за последние тридцать дней. С уважением, Дидье Дора, директор по эксплуатации».
В Вилья-Сиснерос пустынный там-там приносит новость о том, что Серр и Рейне живы. Но новость эта хороша лишь наполовину. Взявшее их в плен племя требует в качестве выкупа миллион верблюдов, миллион винтовок и освобождения всех бедуинов, плененных во время войны в Мавритании французами.
– Это восточный базар, и торговля будет долгой, – говорит им Тони. И не ошибается. Вернутся они только через шестнадцать недель.
Глава 46. Бразилия, 1929 год
Директор по эксплуатации компании говорит Мермозу, что ему следует набраться терпения и попридержать свое стремление связать авиапочтой Европу и Америку и что политические вопросы решаются не так быстро, но ждать он не умеет.
Терпение не входит в число его добродетелей. Что проявляется прямо сейчас, когда он летит к Флорианополису. Маршрут проложен по побережью, чтобы при вынужденной посадке можно было использовать огромные пляжи, однако ветер дует самолету прямо в нос, толкая машину назад, и это обстоятельство безмерно его раздражает. Он решает отклониться от маршрута и срезать наискосок, над сельвой. И думает, что по возвращении в Буэнос-Айрес сам наложит на себя штраф.
Во Флорианополисе он приземляется с удивительной пунктуальностью и одним прыжком оказывается на полосе, но тут же на лице его проявляется неудовольствие: он понимает, что никакого механика с заготовленной бочкой бензина поблизости не видно.
К нему подходит парень с почтой, один из тех, кто занимается перегрузкой почтовых мешков, и Мермоз набрасывается на него:
– Топливо! Какого дьявола, куда механик подевался?
Молодой креол неохотно пожимает плечами. Мермоз одним рывком сдирает с себя шлем с очками и швыряет его на землю. Начальник аэродрома бегом бежит к нему, жестами призывая к спокойствию.
– Черт тебя дери, Дакоста! Где гребаный бензин?