Антонина Гилева – Эмпатия (страница 3)

У машины, скорее всего, ушло меньше часа на визуализацию какой-то ностальгической открытки. Были же райские места на Земле. Ладно, надо сосредоточиться на технике. И ещё выпить. Как-то проще переносить то, что твои творения будут вечно пылиться в кладовке, пока цифровое искусство впаривают широкой публике за сотни тысяч и миллионы кредитов.

Марина уже полчаса шкурой чувствовала, что за ней наблюдают. Тощий взлохмаченный брюнет с портативным сканером в ладони. Как же достали эти разоблачители. Кому станет лучше, если она выйдет в сеть под настоящим идентификационным чипом? Уж точно не ей. Мир прозрачен уже лет двадцать. Но это не повод рассказывать всем и каждому, чем ты занимаешься двадцать четыре часа в сутки.

Особенно собственному мужу.

Она прикусила язык и заставила себя думать о бликах, холсте и поразительном сходстве некоторых картин с творчеством французских импрессионистов конца девятнадцатого века. В «Эшке» и МИТе есть люди, которые в теории могут получить не только звук и картинку, но и ощущения, мысли и даже эмоции. И опыт. И знания. И она даже знала, у кого есть такие возможности.

До чего дроиды страну довели. Человек продаёт себя самого с потрохами за мизерную сумму.

Трансляция шла с задержкой. Три минуты разницы между загрузкой и отдачей информации. На всякий случай, чтобы зрители или, лучше сказать, соучастники вышли в безопасном режиме, если автор внезапно выключит связь. Так делать не запрещали, но не рекомендовали. Заявил сеанс в полтора часа? Начни вовремя, закруглись без напоминаний. Обеспечь пользователям гарантированное удовольствие без сбоев. Если автор превышал заявленное время или уходил не попрощавшись, его штрафовали.

Жалко терять пятьдесят кредитов, но Марина подняла руки, нажала на дужки указательными пальцами и сказала вслух: «Завершить сеанс». Она спряталась за металлической скульптурой и искоса наблюдала за тем, как через три минуты в толпе заметался брюнет.

Тут же в голове противно зазвенел сигнал вызова.

– Звук. Внутренний, – скомандовала Марина и прижала к губам запястье левой руки.

– Ты ошалела? Всего полчаса осталось! Даже двадцать минут! Уже нажралась? «Эшка» забрала половину, – истерила младшая сестра.

– Аня, забери вторую половину себе. Меня чуть не раскрыли, – огрызнулась Марина.

Она посмотрела на искрящуюся ленту на запястье. Кредитка, паспорт, права в одном флаконе. А также аналог старых сотовых телефонов. Спасибо ещё одному имплантату в ушной раковине. Какая мелочь по сравнению с тем, что люди полностью заменяют себе конечности и внутренние органы на синтетические аналоги. По сравнению с большинством прохожих Марина – почти эталон органики. Человеческой органики.

Хорошо, когда супруг работает в каком-то засекреченном отделе современных технологий и можно узнать, как выковырять ядро браслета. И поменяться им с кем-нибудь. Например, со своей сестрой, которая сидит дома с племянником, пока его мать напивается в картинных галереях и зарабатывает деньги. Выход в «Эшку» через родственницу, доход – на её же счёт. Плохо, если биометрические данные не совпадут с идентификационным кодом. Ужасно, ужасно, если об этом узнает супруг. Алекса Марина боялась больше, чем тюрьмы.

Интересно, а если заменить сердце на пластиковый мешок с насосами и трубками, оно перестанет болеть? Семь лет я просыпаюсь от того, что слева в груди колет и тянет, а к вечеру замолкает. Я умираю каждый день. И возрождаюсь. Пьяница Прометей, ничем не прославилась, ничего не заслужила. Но есть хорошая новость. Печень можно купить запасную.

Марина рукой подманила дроида-официанта и забрала с подноса ещё два бокала шампанского. Органика. Никакого привкуса пластмассы. Раз уж она сегодня не заработала, надо компенсировать убыток настоящим игристым.

Глава 3. Медитация

– Белый, белый – цвет начала, цвет перезагрузки. Я готова принимать новое. Каждая клеточка моего тела как белый лепесток юного растения. Я расту. Я развиваюсь. С благодарностью принимаю зарождение этого дня. – Монотонный голос автора канала утренних медитаций был в меру нудным.

Ольга Счастливая в белоснежной пижаме сидела в позе лотоса на простыне того же оттенка, расстеленной в комнате, где не было ни одного яркого пятна, и повторяла бессмысленный по сути набор слов. Трансляция успокаивала и убаюкивала, а подписчице, которая сливалась со стенами и мебелью, больше от этого ритуала ничего не требовалось.

Чёрными были только провода на шлеме «Эшки» на её голове, которые уходили в миниатюрные разъёмы за ушами. Два круглых отверстия с металлическими пластинами – несколько грамм электроники и микросхем, проводники ко всему эмоциональному опыту человечества. Вернее, той развитой его части, которая сочла нужным поделиться впечатлениями, памятью и переживаниями.

Психолог, судя по описанию канала, находилась на частном острове в Индийском океане. Прямо сейчас она встречала рассвет на пляже. Свежий морской бриз, песок под ногами, солнце на коже…

Вряд ли. Эта часть земного шара уже полвека завалена мусором, а на волнах качаются сотни тонн смердящих отходов со всего мира. Зелень на берегу давно уже приобрела ядовитый оттенок. Уровень радиации в два раза выше допустимого. Страна не вымерла только из-за высокой рождаемости. Никто в здравом уме не полетел бы туда в отпуск. Да и между Москвой и Гоа существовала разница во времени.

Скорее всего, автор сидела в одной из серых безликих комнатушек бесплатного государственного жилья. Перед экраном во всю стену с трансляцией прибоя. Ветер создавался вентилятором, песок – это мелкий пластик, для запаха девушка распылила освежитель воздуха, а солнечные лучи заменила лампа с особым режимом нагревания.

Ольга сделала в уме пометку проверить профиль канала и выписать автору предупреждение за фальсификацию. Приукрашивать не возбранялось, но явная ложь негативно сказывалась на имидже всей сети. Только реальные впечатления, только правдивые эмоции, чужая жизнь, которую можно вкусить. А не мелкое мошенничество с тактильными ощущениями.

Ольга сделала пару глубоких вздохов. Лицо сердечком, губы не узкие и не пухлые, светло-голубые глаза, платиновые брови, тон в тон короткое каре. Средний рост, среднее телосложение – всё настолько идеально, что глазу зацепиться не за что. Этого она и добивалась.

– Может, тебе сменить причёску? – Её любовник после душа вернулся в спальню.

Злость. Какая неконструктивная эмоция. До конца сеанса осталось минут пятнадцать. Знает же, насколько для неё это важно. Поэтому и вмешивается. Вечно провоцирует, задаёт странные вопросы и пристаёт. Роль секса в отношениях явно преувеличивают. В мире и без него столько удовольствий. Тем более сейчас, когда испытать что угодно можно в любое время. Купи стартовый набор сети «Эмпатия» и оформи подписку со скидкой. Первый месяц «медиума» – бесплатно.

Но её партнёр и по совместительству начальник Марк Иванов «Эшкой» почти не пользовался. Только по работе, и то в режиме «наблюдения». С одной стороны, правильно, они оба работали на сеть. С другой – странно продавать технологию, которую презираешь. Наверно. Надо свериться с базовым списком человеческих противоречий. В служебном арсенале были какие угодно исследования людского характера.

Ольга зубрила их наизусть и сверяла по ним свои реакции. Надо быть нормальной. Чуть лучше среднего, но не слишком. Не привлекать внимания. Она и грудь уменьшила на два размера, чтобы снизить к себе интерес со стороны противоположного пола. Марк тогда орал на неё несколько дней. Почему-то он думал, что раз она подчинённая в его отделе, то и за пределами корпорации шагу ступить не может. Как будто он совсем не ожидал от неё инициативы, мало-мальски самостоятельного решения. Какой предсказуемый. Иногда она не понимала, зачем Марк с ней встречается? Почему он так проникся её историей и забрал из того жуткого места? Пять лет знакомы, год живут вместе, а партнёр до сих пор оставался для неё загадкой.

У обоих не было друзей. Зато у Марка имелась семья: мама, папа, две сестры. Даже один племянник пары лет от роду. Редкость по нынешним временам. Но к родителям он ни разу её не возил. Ольга не настаивала. Ей было чем заняться без него. Чем больше свободы, тем лучше. Но в последнее время всё чаще приходилось врать и придумывать предлоги для отказа.

Жаль. Может, перейти в другой отдел? Интересно, из подразделения по связям с общественностью возьмут в службу привлечения новых клиентов? Или маркетинговых исследований? Вариантов было больше сотни. А самые засекреченные, с запредельными зарплатами и социальным пакетом, занимали целый этаж. Туда даже у Иванова не было доступа. Хм, это уже интересно. Глоток свободы.

Начальник не подозревал, что она мечтает сбежать от его контроля. Кто бы отказался от шефа, который окружает тебя заботой, как любимая мама? И от мужчины с внешностью героя любовного романа? Ольга делала исследования про это смешное направление архаичной литературы. Ниша оказалась востребованной для домохозяек. После анализа «Эмпатия» открыла целое сериальное направление «Любовь – это…». Кто-то платил деньги, чтобы смотреть на то, как реальные пары изводят друг друга ревностью и оскорблениями, вместо того чтобы съехаться сразу после выявления идеальной совместимости. Нелогично. Но, видимо, жизненно.