Антонина Чернецова – Найти Веронику (страница 2)

Поёт она с выражением, вытягивая губы, жестикулирует руками, хмурит брови. Я уже не сержусь на неё. Я, кажется, успел влюбиться.

– Можешь остановиться тут, я добегу, вон мой дом, – она показывает на небольшую бревенчатую избушку вдалеке.

Из трубы дома идёт дым, это хорошо видно в лунном свете, окна манят уютным жёлтым теплом. Вероника уже открыла дверь кабины, она готова покинуть меня.

– Давай хоть телефонами обменяемся, – я удерживаю её за рукав плаща.

– У меня нет телефона, – она как бы извиняется за это. – Спасибо тебе огромное! Правда, очень выручил! До свидания!

Она выбирается из машины, машет мне ладошкой, убегает к дому.

«Ничего, – думаю я, – я же знаю, где она живёт!»

Радио снова захрипело и умолкло, будто его и не было. Я безуспешно кручу ручку настройки и вскоре бросаю это занятие. Возвращаюсь на маршрут, и уже через пару часов останавливаюсь перед первой точкой разгрузки. Над дверью поселкового магазинчика тускло горит фонарь, неподалёку виднеются купола маленького деревенского храма. Я думаю о Веронике, представляю, как нагряну к ней в гости, познакомлюсь с её стариками, потом познакомлю её со своими мамой и папой. Ну, а дальше кольцо, белое платье, дача по выходным, на машину собственную со временем накопим или кредит возьмём – всё как у людей! Да, ко всему прочему я ещё и неисправимый романтик.

До того, как приедут принимать товар, еще несколько часов. Всё же правильно батя говорил мне, что я слишком рано еду, но мне не терпелось отправиться в путь. Ну, ничего страшного, я люблю уединение. Беру термос, достаю оставшиеся пирожки. Вероника выпила несколько крышек чая, но мне кажется, что жидкости в термосе нисколько не убавилось. Да и пирогов в фольге ровно столько, сколько положила мне мама. Я хлопаю глазами, снова пересчитываю пироги, ищу следы присутствия Вероники. Ни волоска!

В лесу было влажно, к её обуви, наверняка, прилип хвойный опад, когда она выходила по нужде. Но коврик под пассажирским сидением сухой и чистый. Я сглатываю ком в горле, смотрю на свои ноги, неуклюже разворачиваю их к себе подошвами – там сосновые иглы и несколько мелких жухлых листьев. Всему есть объяснение! Она просто отряхнула ноги, не желая мусорить в машине, а пирожков наверняка было больше. Тем не менее, аппетит у меня пропадает, я блокирую двери, опускаю спинку сидения, закрываю глаза и хочу провалиться в сон.

Будит меня настойчивый стук в окно:

– Эй, брат! – кричат мне на ломанном русском. – Разгружаться будешь?

На улице занимается рассвет, у меня впереди полдня работы, обратно я еду другим маршрутом, и нет ни малейшей возможности проехать мимо села Курчаево.

Глава 2

– Почему на мой маршрут поставили другого экспедитора? – на меня это совсем не похоже, но всё же именно я возмущаюсь в кабинете логиста.

– Все маршруты общие, сынок, – говорит мне крупный усатый начальник, – в прошлый раз ты туда гонял по пустой дороге, в этот раз по городу в пробках постой, всё по-честному.

Я злюсь, краснею, но не перечу. Ухожу к мужикам в курилку, встречаю там того, кто должен ехать по знакомой уже мне дороге.

– У малого день рождения сегодня, а Иваныч поставил меня на Тьмутаракань! Просил по-человечески, не надо мне лишнего! Отработал с утра, вечером домой хочу, к жене своей под бочок! Молодёжи набрали, пусть и гоняют в ночную, – возмущался он.

– Так я не против в Тьмутаракань! – встреваю я. – Давайте вместе к Иванычу подойдём, чтобы поменял нас маршрутами.

Водители одобрительно кивают, докуривают, в развалку идут к своим ласточкам, которые красуются боками с фирменными логотипами, разъезжаются грузиться по складам. Удивительное чувство, что я на своём месте!

Иваныч ворчит, спорит, но всё же соглашается поменять нас маршрутами и отпускает меня домой до вечера.

* * *

В кабине лежит перевязанная красной ленточкой коробка с новым телефоном и большая шоколадка – не с пустыми же руками ехать в гости к девушке. Деньги на подарок занял у мамы, с первой зарплаты обещал отдать. Теперь-то мы будем с Вероникой на связи, будем болтать, посылать друг другу сообщения и смайлики. Как начну стабильно зарабатывать, куплю ей навороченный аппарат, а пока взял скромненький.

Загрузился на базе, сразу выехал в рейс, может, успею заскочить к ней в приличное для гостей время. За окном осень, мгла, а в душе цветут розы! Хихикаю над метафорой и продолжаю путь. В бардачке лежит пробник хорошей туалетной воды (промоутеры раздавали в супермаркете), как доеду, использую его по назначению.

И всё же я не успеваю добраться до темноты, на знакомую дорогу сворачиваю уже в густых осенних сумерках. Туман окутал деревья с обеих сторон от дороги, но свет фар разгоняет его. На встречу попадаются машины, ещё не позднее время. Проезжаю то место, где в прошлый раз подобрал Веронику, немного притормаживаю. Зачем? Сам не знаю. Встретить её на дороге снова не надеюсь, я направляюсь к ней домой: село Курчаево, улица Титова, дом 8. Где-то здесь в прошлый раз перестало ловить радио, но сейчас оно работает без помех. Сворачиваю после указателя, въезжаю в село, забываю, что хотел оросить себя брутальным ароматом.

Её дом был виден с дороги, пусть и вдалеке, но сейчас я не вижу света в той стороне, а вскоре дорога заканчивается, мне приходится оставить машину и идти пешком. Фонарик у меня не слишком мощный, центрального освещения улицы нет. Прохожу мимо нескольких покосившихся домов: заборы упали, палисадники заросли. Однако на нескольких из них сохранились адресные таблички. Если верить им, двигаюсь в нужном направлении, через два двора, будет нужный мне дом. Иду дальше, свечу фонариком. Один из опорных электрических столбов накренился и держится, кажется, только на натянутых проводах, готовых сдаться и отпустить тяжеленную деревяшку в любой момент. Надеюсь, провода не под напряжением.

Вместо дома номер 8 я обнаруживаю обугленные останки некогда крепкой постройки. Пожар случился не вчера – всё вокруг заросшее, трава не примята. Я обхожу вокруг, упираюсь в непролазные заросли – колючие палки одичавшей малины. Меня тянет зайти в дом, вернее, в ту часть, которая от него осталась, я ищу, как туда попасть. Меня охватывает ужас, я отказываюсь от своего порыва, бегу оттуда к машине не разбирая дороги, запинаюсь, роняю фонарик, он гаснет, я ищу его, рыская руками в пыли, нахожу, но он не включается. Поднимаюсь на ноги, прямо на меня несётся что-то быстрое, ревущее.

– Мама! – кричу я и на негнущихся ногах отхожу в сторону.

Возле меня останавливается квадроцикл, им управляет мужчина.

– Вы что тут делаете? – строго спрашивает он. – Мародёр? За металлом? – он светит на меня фарами, я прикрываю глаза рукой.

– Нет, – мямлю я. – Я приехал к своей девушке.

– А здесь что делаешь? Много вас таких охотников по заброшенным домам полазать. Ещё и машина грузовая, думаешь, так много добра натыришь?

– Не тырю я ничего! Здесь же пусто!

– Твоя машина? – кивает мужчина в сторону машины, белая кабина и очертания кузова видны в темноте.

– Моя.

– Да что ты сопли жуёшь? Толком скажи, что тебе тут надо? Я тут вроде старосты, если помощь нужна, так помогу! Я тут вроде старосты. Смотр – незнакомая машина, кто-то по старым домам лазает, поехал проверять.

– Девчонку я давеча подвозил сюда, на улицу Титова. Веронику. Понравилась мне, телефон не оставила, а в душу запала! Понимаете?

– Понимаю! – мужчина хотел сохранить серьёзность, но расплылся в улыбке и сразу как будто подобрел. – Не там ты ищешь. В этой стороне давно никто не живёт, уж лет десять точно, а то и больше. Весь посёлок теперь там, – машет рукой в противоположную сторону, там видны огни. – Может, ты чего перепутал?

– Может, – не спорю я. – Темно было, ночь. Девушка небольшого ростика, немного неряшливая, смешливая, сказала, родителей нет, только дед с бабкой.

– Нет тут таких, парень! У нас сейчас сплошняком коттеджи, люди обеспеченные. Эти дома под снос, – мужчина провёл рукой в направлении заброшенных строений, – сюда посёлок расширять будут. Землю-то вместе с постройками давно скупили под элитное строительство, хозяева съехали, но, как это часто бывает, что-то пошло не так, уже много лет земля пустует.

– А хозяева куда съехали? – ни на что не надеясь, спрашиваю я.

– Кто же их знает? Я тут не старожил, недавно переехал с семьей из города.

– А старожилы есть? – почему-то спрашиваю я, но понятия не имею, зачем они мне.

Мужчина задумывается. Наверное, раздумывает, чем бы мне помочь. А, может, наоборот, размышляет, как бы от меня отделаться. Наконец он решается:

– Есть одна бабка, но она безумная или вроде того.

– Как её найти? – голос мой тихий, я уже жалею, что спросил. Я всё ранво не знаю, что мне с этой «бабкой» делать, о чём говорить.

– Ну, поехали, довезу тебя, – мужик зовёт меня сесть сзади, – но я тебя запомнил, парень! И номер машины переписал.

«Маньяк, убийца! Заманит, ограбит, расчленит», – мелькает у меня в голове, хотя староста не похож ни на того, ни на другого. Но преступники умеют маскироваться под нормальных людей.

Несмотря на внутренние противоречия, я забираюсь на квадроцикл. Вокруг сгущается тьма и туман, воздух влажный, кусты топорщатся голыми ветками, нет ни ветерка, только тот, что образуется при движении нашего транспортного средства. Уличные фонари льют свет, позволяя рассмотреть местность, по которой мы едем, но легче не становится – всё тот же туман, светящиеся сквозь него размытые окошки. Мужик останавливает квадроцикл возле маленького домика, крашенного зеленой краской, с белыми наличниками. Мы проходим через калитку, она скрипит, когда я закрываю её за собой, под ноги с лаем кидается маленькая лохматая собака, я вскрикиваю, отшатываюсь, пугаясь, понимаю, что собака на цепи, шагаю дальше. Мой проводник стучится в окошко. Занавеска отодвигается, появляется девичье лицо.