Антон Зинченко – Мгла (страница 1)
Антон Зинченко
Мгла
Глава 1
В эту ночь Алёне не спалось.
Остатки беспокойного сна прогнал лежащий рядом коммуникатор. Открыв глаза, девушка по привычке потянулась к телефону. Социальные сети требовали постоянного участия: надо было проверить лайки, просмотреть новых подписчиков и выложить свежую фотографию тирамису…
Потерев усталые глаза, Алёна углубилась в виртуальную реальность и не заметила, как пролетело время. Внезапно она вздрогнула от звона будильника. Мысленно она проклинала всё, что сегодня помешало ей выспаться: то подушка плохо сбита, то одеяло сползло, сначала было жарко и бросало в пот, а стоило скинуть покрывало – тут же становилось холодно. Алёна зажмурилась и ущипнула себя в надежде, что звон будильника – всего лишь кошмарный сон, но на окно уже проецировалось солнце.
Девушка сердито выругалась, тыча в кнопки неисправной кондиционерной системы на затёртом пульте.
– Неуместное упоминание властей, предупреждение, – механическим голосом проговорил коммуникатор.
Алёна хотела кое-что добавить к сказанному, но сдержалась – уж больно штрафы высоки! Она неохотно поднялась с кровати, поправляя смявшуюся сорочку.
Бросив недовольный взгляд на часы, встроенные в систему оповещения, Алёна вспомнила чей-то рассказ о далёких временах, когда люди на Кроносе могли настроить будильник на любое время. Подумала, что это чья-то очередная выдумка и, как заворожённая, уставилась на панель защитного стекла, где транслировался механический рассвет в далёком и неведомом ей мире…
Ежедневные рассветы и закаты на окнах квартир жителей Кроноса завораживали красотой! Чтобы полюбоваться подобным зрелищем, достаточно было в определённое время посмотреть в окно или включить любой канал на телепанели. Для этого действа даже прерывалась надоедливая и открытая пропаганда и в течение нескольких минут можно было насладиться трансляцией заката и рассвета. А уж видов сего действа было множество! Можно было увидеть, как разноцветное солнце заходит в океан далёких галактик, или восходит на луне. Но из-за великого обилия научных теорий никто не знал, реально ли существуют все эти места или это всего лишь фикция. Но, как бы то ни было, действо это очищало голову от ненужных мыслей. После короткого сеанса настроение улучшалось и отступала усталость…
Алёна заметила, что просмотр таких трансляций имел и негативные последствия. Всё чаще она забывала многое из того, о чём думала за пару часов до просмотра. Обычно под забвение попадало свободное время после трудового дня, и всё, приснившееся ночью. Когда она заметила это в первый раз, то даже обратилась к врачу, но тот лишь скупо ответил: «Не пристало обычному человеку забивать голову подобными теориями! Пусть об этом думают в научных резервациях. Простые люди вечером должны думать о подготовке к предстоящему дню, а утром радоваться, что этот день для них насупил!»
Конечно, Алёна ничего не возразила врачу, а лишь украдкой стала уносить с работы листы бумаги и, втайне ото всех, писать простые заметки, что-то вроде: «Вечер. Опять это задница с лицом человека говорит с экрана про полезную высокую трудовую активность. До чего же он мерзкий, с усами, как у таракана из нашего инсектария!» Или: «Утро. Снилось, что я плавала, но не в бассейне, а в прозрачном голубом озере и вокруг не было тумана…»
Но сегодня она залежалась в постели и, поднявшись, сразу попала на рассвет. А теперь, зависнув с карандашом в руке, силилась вспомнить что-то очень приятное из приснившегося, но никак не могла докопаться до глубин подсознания. Ей, кажется, снился какой-то человек… но пока Алёна рылась в воспоминаниях, столь далёких от реальности, механический голос, оставивший её в покое на короткое время, произнёс: «Доброе утро, как спалось?» И, не дождавшись ответа, известил, сколько ещё времени ей необходимо отработать на благо общества, чтобы наконец-то отправиться в долгожданную резервацию отдыха.
Чтобы заработать дополнительные баллы, которые можно было обменять на лишние дни отдыха, многие коллеги Алёны в своём рвении отличиться на службе превосходили даже самых активных участников вечерних телевизионных шоу. Знай трудоголики, которые так часто красовались на экранах, что несколько человек из её офиса и вовсе оставались ночевать на хаотично расставленных посреди офисного пространства двухъярусных кроватях, им было бы стыдно сниматься в программах со своими жалкими показателями рабочего времени! Правительство всячески поощряло отчаянных трудяг и за каждый день работы сверх норматива они получали два часа отдыха и могли накопить в конце месяца аж целых двое суток в дополнение к семи дням, положенным каждому гражданину.
Размышляя о несправедливости мира и отсутствии льгот для не отличившихся по службе, Алёна пробежала в ванную, быстро расчесала длинные чёрные волосы и покрутилась перед зеркалом, всматриваясь, не поправилась ли она за ночь из-за съеденного вечером пирога. Войдя в душевую кабину, Алёна нажала на распылитель мыльного порошка, вмиг обдавшего её белой пудрой, повернула ручку крана – и ледяная вода плеснула с потолка тропического душа!
– Этого ещё не хватало, – тяжело выдохнула Алёна и, ударив по крану, высунула руку из душевой кабины, нащупывая установленный на стене счётчик, мерцающий красным светом. Это мерцание означало, что кредиты на горячую воду закончились.
Мокрой рукой Алёна нажала на дисплей, раздался механический голос: – Взять доверительный платёж?
– Возьми.
На мониторе появилась надпись: «Платёж недоступен, оплатите предыдущий».
– Пропади ты пропадом! – вскричала девушка. Кое-как смыв пудру ледяной водой, она сняла со стены полотенце, обтёрла мокрое озябшее тело и пробежала на кухню.
Благо, дела там обстояли лучше. Кофемашина зашумела, пустила пар – и через мгновенье комната наполнилась ароматом кофе. Наслаждаясь напитком, Алёна отправила через коммуникатор повторную жалобу в техническую службу улья на неисправную сплит-систему. Программа тут же перевела кредиты на личный счёт Алены, и жалоба высветилась жёлтым цветом – это означало, что если в течение дня кондиционер не починят, то техническую службу оштрафуют за невыполнение обязанностей, и жалоба поменяет цвет на красный. После этого она попадёт в службу комендантов улья, и мастер, не исполнивший свои долг, отправится под суд!
Алёна оделась и спустя несколько минут уже стояла в очереди на выход.
Очереди тянулись за противогазами, их раздавали дежурные по режиму на выходе из ульев. Без средств защиты на улице можно было задохнуться. Воздух снаружи был отравленным и густым, как тьма. Люди в очереди неспешно двигались к раздаче и переговаривались о насущном, используя дополнительную возможность пообщаться со знакомыми.
Вскоре подошёл черёд Алёны. У небольшой комнатушки, откуда молчаливая пожилая женщина ловко выуживала противогазы, Алёна остановилась, улыбнулась и поздоровалась: ведь от настроения дежурной, Кати, зависело, какой запас воздуха на сегодня она получит. В ответ дежурная растянула в подобие улыбки сморщенные губы, что было для неё исключением из правил.
– Карту, – хриплым голосом прокаркала Катя.
Алёна приложила коммуникатор. На дисплее появились цифры и прочие символы, понятные только дежурным по режиму.
– Сегодня только на работу и обратно, – с полным безразличием проговорила женщина, подставляя противогаз к одному из кислородных баллонов с надписью «Норма». Алёна хотела возразить, но респиратор уже лежал на стойке, а чья-то рука подталкивала её к лифту.
– Благодарю, – бросила Алёна и послушно шагнула в раскрытые двери лифта.
Вскоре в лифт набилось необходимое количество пассажиров и подъёмник со скрипом двинулся вниз. Минута – и человеческие лица превратились в сплошную массу с огромными стеклянными глазами и торчащими хоботами…
Двери распахнулись и густой серый туман окутал людей.
Толпа вынесла Алёну из лифта и, повинуясь ярким зелёным стрелкам, протащила вдоль натянутых металлических канатов, а затем внесла в ожидающий возле улья автобус. Ухватившись за перила, Алёна почти повисла в воздухе.
«Двери закрываются, держитесь крепче», – известил механический голос и автобус тронулся в путь, выехав на дорогу, по которой следовало с десяток таких же светящихся во мраке беспилотников, различимых лишь по яркому свету бортовых огней.
Запрограммированный автопилот с лёгкостью разогнался до сотни. Алёна сжала поручень. Она терпеть не могла скорость. «Как эти роботы понимают куда ехать, если дальше вытянутой руки ничего не видно», – мелькнуло у неё в мозгу.
Закрыв глаза, она представила себе резервацию отдыха…
Вскоре автобус, не снижая скорости, преодолел несколько крутых виражей и въехал в рабочий улей, со скрипом остановившись у зелёных стрелок. Бесцветная толпа вновь подхватила Алёну и, зажав телами, почти внесла в металлический лифт.
Глава 2
Алёна работала в офисе. В свои двадцать пять лет она брала от жизни всё. Или думала, что берёт всё. Всё, что могло представить её запрограммированное окружающей действительностью сознание. Хотя порой ей казалось, что мрак и марево царят не только на улице, но и в головах многих людей, а сама жизнь для многих разделилась лишь на работу, и редкие, доступные раз в неделю, встречи с друзьями. Специально для этого дня закат и рассвет переносились на час вперёд, предоставляя кроносцам дополнительное время для общения.