Антон Захаваев – Право выбора (СИ) (страница 40)
После того как Альвар уверенной походкой направился к ящику и открыл навесной замок, на свет вальяжной походкой, хозяйски осматриваясь по сторонам, вышло содержимое «бандероли». Весьма… внушающее уважение содержимое, ростом в холке больше метра и весом явно переваливающее за центнер, покрытое черной слегка вьющейся шерстью.
— Свои. — Альвар обвел рукой окружающих его людей.
Пес сел на землю и гавкнул. Но не агрессивно, а как бы здороваясь.
— Главные. — Рука мужчины указала на стоящих чуть поодаль кураторов.
Животное медленно подошло к указанной хозяином группе людей, село перед ними и подало лапу. Это как-то сразу сняло напряжение с большинства людей, явно прикидывающих до этого, успеют ли сработать пулеметы до того как животное бросится на кого бы то ни было.
После того как каждый из кураторов ЛИЧНО пожал псу его массивную переднюю конечность, животное вернулось к хозяину и теперь взирало на него полными преданности глазами.
— Место. — Теперь рука мужчины указывала на контейнер, в котором данного монстра привезли.
Зверь зашел внутрь и улегся там так, что из коробки торчала только его массивная, покоящаяся на передних лапах, голова.
— А я почему-то думал, что вам животных держать запрещено, — выдал Марк, когда день встал на накатанную лыжню, и они с Альваром оказались в учебном классе на очередном занятии.
— Нам, это в смысле Фениксу? Почему это? — пожал плечами учитель.
— Ну не знаю. Вы все-таки что-то такое… — задумался Марк, подбирая подходящее слово.
— Какое еще «такое»? Что ты про нас вообще знаешь, кроме названия и того факта, что я в нем состою?
Если посмотреть правде в глаза, то кроме этих двух фактов про «Феникс» Марк больше действительно не знал ничего. И вот что еще было интересным, так это то, что особо и не стремился узнать.
— Ничего, инструктор Альвар.
— Вот именно. Ничего не знаешь, а выводы делаешь… Плохая черта, капрал, очень плохая!
— Виноват. Исправлюсь.
— Исправишься, — ухмыльнулся Альвар. — Я лично за этим прослежу. И не только за этим. Да, кстати, зовут его Демоном. И первое, что мы сделаем сегодня поле окончания этого урока, это познакомим наших животных. Думаю, они общий язык легко найдут, а там мой зверь твоего в плане этикета и поведения натаскает. Одной породы, как-никак, ньюштринцеры оба.
То, что его Тефтель и это инструкторское чудовище оказались одной породы, для Марка стало новостью. Уж сильно бросались в глаза их различия. Начиная от размера и заканчивая цветом и фактурой шерсти.
— Месяцев до семи-восьми они все маленькие и серые, — словно прочитав (или на самом деле прочитав?) его мысли, ответил на так и не заданный Марком вопрос Альвар. — А потом линяют, а массу набирают с сумасшедшей скоростью. Правда, твой зверь, скорее всего, бракованный, иначе его бы тебе тогда на тесты под списание не отдали. Но он ведь тебе для души нужен, а не для дела? Хотя… если с умом к вопросу подойти, то он и для дела сгодится. Не зря же тебе Вальтер кинолога найти предлагал. А я подумал… А зачем он нужен, если есть вариант поинтереснее?
Последующие занятия Марка под руководством Альвара были, на взгляд пилота, крайне странны.
Нет, пилот прекрасно понимал (особенно после того первого «плевательного» урока), что особо нянчиться с ним его инструктор по спецподготовке не будет. И все-таки капрал ожидал, что процесс будет идти по какой-то системе. Пусть по жесткой, но системе.
Если Альвар какой-то системы и придерживался, то логика ее была за гранью понимания нашего героя, ибо инструктор мог прервать лекцию на полуслове и заставить Марка отжаться сто раз. СТО! После чего, как ни в чем не бывало, продолжить вести урок. Или вообще объявить, что сегодня Марк будет слушать и записывать урок, стоя на одной ноге и не смея ни на что опираться. И это еще было не самым страшным, так как Альвар мог запросто устроить Марку лекцию «на бегу». В самом прямом смысле на бегу. Они вдвоем нарезали бесконечные круги по стадиону, при этом Альвар вел урок, а Марк должен был его внимательно слушать и записывать. На бегу записывать. За каждую остановку подопечного тому следовало наказание в пятьдесят отжиманий. Как его инструктор умудряется одновременно бежать и говорить, не сбивая при этом дыхания, для Марка было одной из самых великих загадок.
На полигоне наступило продолжительное затишье. Марк усердно, часто даже сверхурочно, занимался, стараясь перенять от Альвара как можно больше знаний и навыков. Мысль о сворачивании проекта засела где-то глубоко в его подсознании и непрерывно буравила ему оттуда мозг. Внешне Марк старался никак свое беспокойство не проявлять, но себя не обманешь…
Тефтель довольно-таки быстро нашел общий язык с Демоном и теперь не отходил от него практически ни на шаг, периодически даже ночуя в его «будке». Все-таки зря тогда не принял всерьез Марк слова Альвара, что, мол: «Мой зверь твоего зверя поднатаскает». Это черное волосатое чудовище действительно на полном серьезе обучало молодого взбалмошного щенка. В частности, оно научило его так же, как и он сам, носить в пищеблок в зубах собственную миску, после чего лаять, прося насыпать в эту самую миску еды. Работники пищеблока не переставали умиляться зрелищу топающих к ним с мисками в зубах собак, которые после еды уносили миски к водонапорной колонке и лаяли, чтобы им спустили воду, с намеком, что после трапезы посуду полагается мыть. Вообще у этого их нового лохматого обитателя интеллект казался практически человеческим, и этот факт ничего, кроме восхищения, у персонала не вызывал. Во многом это даже, наверное, было символично. Альвар учил Марка, а пес Альвара учил пса Марка.
Йоно, какими-то правдами-неправдами добывший для себя у кураторов «секретность третьего уровня», практически сутками не вылезал из своей лаборатории, потребляя сотни мегаватт электроэнергии и периодически так громко матерясь на лингве, а также еще двух каких-то неизвестных никому языках, что его было слышно даже из-за закрытой двери его лаборатории.
Сами кураторы ходили в явно расслабленном режиме, занимаясь преимущественно решением разных мелких бытовых вопросов, коих, как, оказалось, накопилось за предыдущее время просто уйма. Начиная от того, чтобы все-таки наконец-то как следует смазать ВСЕ двери на полигоне и заканчивая покраской центрального ангара и вывозом мусора.
Тантра тоже нашла себе занятие по душе и, казалось, всерьез увлеклась рисованием. Не иначе как сам Марк в свое время пробудил в ней этот талант. Полотна получались воистину гигантскими, да и сам процесс рисования был специфичен, но ей, кажется, это реально нравилось.
— Ну что, пилотя? Как тебе? — Валерия с нескрываемой гордостью в «голосе» и явно напрашиваясь на похвалу, продемонстрировала наконец-то освободившемуся после очередного занятия пилоту свою работу, над которой трудилась уже почти неделю. — Уже лучше получается. Тебе так не кажется?
Лично на вкус Марка это действительно было неплохо. Висящий на стене ее комнаты холст размерами примерно три на четыре метра покрывал толстый угольный набросок будущего пейзажа, в котором угадывался хорошо им обоим знакомый каменистый пляж.
— Прекрасно, Пчелка. В тебе погиб художник.
— Ну, может, еще не окончательно погиб, — «хихикнул» кораблик. — Вот видишь, шевелиться еще. А ты, я смотрю, с головой в тренировки ушел? Нашел себе кумира, да? Ну и как он тебе? — «подмигнула» пилоту Тантра. — Не самый бездарный, да?
— Если по честному, то он действительно крут, Пчелка, и мне до него как до Марса пешком. Но я стараюсь усвоить все, что только можно. Правда стараюсь, Лера.
— Боишься, что не сдашь, и нас свернут? — Тантра вычеркнула из голоса все «шутовство» и теперь говорила совершенно серьезно.
— Да, Пчелка. — Мужчина как всегда по-хозяйски присел на краешек ее постели. — Очень.
— А может, просто пугают? — Лера участливо «посмотрела в глаза» своему собеседнику. — В нас слишком много вложено, чтобы все свернуть.
— Ты же сама в Эталоне работала… Скажи, были ли подобные нам по затратам проекты которые свернули? — Мужчина протяжно вздохнул. — Только честно?
— Я не позволю!
— А что ты сделаешь? Тебе и так навстречу пошли, когда меня вернули.
— Но ты же уникум! Ты же самоактивированный! Я уникум по протекции самой Сестренки!
В ответ Мужчина больше не проронил ни слова.
Часть шестая
Право голоса
Глава 1
— Пронесло, — медленно выдохнул Марк, после чего закрыл глаза и прислушался. Вдали раздавался захлебывающийся собачий лай.
Слава Сестренке, в этот раз удача была на его стороне. Однако не иначе как чудом выигранная фора практически сразу же начала таять.
Беглец принялся осторожно и не поднимая шума уходить на север. Ему сейчас во что бы то ни стало нужно было оторваться от преследователей на максимально возможное расстояние. Такой шанс упускать просто-напросто нельзя. Тот факт, что он смог их всех, включая пса, обмануть, хоть и откровенно тешил нашему герою самолюбие, но отнюдь не присваивал ему успешную сдачу экзамена экстерном.
Наверное увлекаемые псом Альвар и компания не очень ожидали, идя по оставленным Марком на траве нарочито заметным следам найти в конце пути носки, но не найти в них их обладателя. Особенно должно быть было обидно Демону.