Антон Якунин – Евангелие от Протона (страница 13)
— Так и что произошло? — после непродолжительной паузы спросил я,
— А ничего и не произошло. — восторженно заявил Тат У Пэс, — Однажды утром, вся вражеская флотилия исчезла, и до настоящего времени не возвращалась. Но очень многие боятся их возвращения, особенно сейчас.
— Почему именно сейчас? — удивился я,
— Потому что большинство уверено в том, что появление Фасби, так мы их прозвали, было связано с открытием и внедрением технологии перемещения или перехода — как ты её называешь. Но убедившись, что технология развита недостаточно, и угрозы не представляет, они отступили.
— Не удивительно, что твой отец так переживает из-за меня. Вернее, из-за того, как я попал на вашу планету.
— Не суди его строго. — тихо произнёс Тат У Пэс, — Во время войны он был ещё совсем ребёнком, когда были убиты его родители.
— Я даже и не собирался судить. — сказал я. — Просто теперь понимаю его мотивы.
Тат У Пэс вышел в коридор и, повернувшись ко мне, сказал:
— Осваивайся тут. Я пойду обустраивать лабораторию. Плюс, нужно выйти на связь и доложить, что у нас всё идёт по плану.
— Хорошо. — ответив, я упал на кровать.
Моя каюта была крошечной, метров пять. На стене, напротив входа, было два круглых иллюминатора с толстыми стёклами. Сами стены были покрыты ветхой, облупившейся краской темно-коричневого цвета. А за стеной всё время был слышен гул непрекращающегося ветра.
Часть 1 — Глава 11
Уже прошло два месяца, как я прибыл на эту луну. Денно и нощно, не замечая часов, я копошился в лаборатории, совмещая технологии двух независимо ра́звитых культур и цивилизаций.
Моя машина перехода была повреждена настолько, что напоминала мне корабль Тесея. Деталь за деталью (из первоначальной конструкции) приходилось заменять на местный компоненты. И не было никакой уверенности, что всё будет работать должным образом.
Но больше всего мне не хватало привычных мне инструментов для расчётов. Даже глизианский калькулятор, был для меня абракадаброй. И многие вычисления приходилось делать по старинке, карандашом на бумаге.
В остальное время я был как в санатории. Утром завтрак, потом совместная зарядка, очень напоминающая ушу, потом я работаю в лаборатории, часов примерно пять и далее обед. Потом послеобеденный сон, снова работа, и ужин, который длится часа два, так как все активно беседуют.
Помимо Тат У Пэс, на аванпосте также проживают Сит Си Ун, это тот самый парень, что был с Тат У Пэс в день моего прибытия сюда. Высокий и имеющий крепкое телосложение. Он был старшим научным сотрудником по-нашему. Он совсем не понимал мой язык, но за то время, что я провёл здесь, успел нахвататься разных выражений. Коммуникация была налажена также и с моей стороны. И каждый день за ужином, я активно старался говорить на глизианском языке. И как жаль, что на земле я не учил, в своё время, китайский. Меня всё время не покидало чувство, что глизианский очень сильно на него похож. Нисколько фонетикой, сколько структурой языка. Здесь нет понятий спряжений и времён глаголов, родов, склонений, падежей существительных, нет даже множественного числа.
Помимо Тат У Пэс и Сит Си Ун, вахту нёс старого вида глизианин по имени Фар Ар. Его было практически не видно и не слышно. Занимался он в основном обслуживанием станции. Чтобы всё работало, а также было тепло и сухо. Встречались мы с ним только за ужином, но иногда я видел его блуждающим по коридорам. За все два месяца, мы так и не обмолвились с ним ни словом. То ли он меня боится, то ли я ему безразличен. И даже когда по моей просьбе к Тат У Пэс, предоставить инвертор, Фар Ар принёс мне его лично. Он, оставаясь отстранённым и невозмутимым, положил его на стол рядом со мной и удалился.
Тат У Пэс не смог мне объяснить, почему Фар Ар нелюдим и неразговорчив. Видимо, и сам знал его не лучше моего.
А тем временем моя машина уже начинала подавать первые признаки жизни. От местного узла питания через инвертор получилось запитать главный компьютер, на котором и происходили все расчёты. К моему счастью, он запустился. И даже больше, вся информация была на нём в целостности и сохранности. Я пригласил Тат У Пэс разделить мой триумф. В этой маленькой победе ощущалась надежда.
Когда он пришёл в лабораторию, за толстыми стенами сквозь вой ветра послышался громкий гул, стены содрогнулись и раздался громкий взрыв. Тат У Пэс посмотрел на меня и удалился, не сказав ни слова.
Я прошёл по коридору в общую комнату. Тат У Пэс и Сит Си Ун уже были почти полностью экипированы для выхода наружу.
— У нас гости, — сказал Тат У Пэс, посмотрев на меня,
— Незваные? — спросил я,
— Может быть, — ответил Тат У Пэс, — до пересменки две недели,
В комнату вошёл Фар Ар, и приглашающим жестом позвал меня.
— Следуй за Фар Ар, — посоветовал Тат У Пэс.
Я шёл за стариком до двери в конце зала, которую при мне ещё никто ни разу не открывал. Фар Ар неуверенно вставил ключ и отпер дверь. Со скрипом дверь поддалась. Проход открывал путь по лестнице вниз. Фар Ар вошёл первым, нажал на кнопку в углубление стены, и спуск стал освещён.
Пройдя четыре пролёта по узкой лестнице, мы попали в коридор с тремя дверями. Мы вошли в ближайшую дверь и очутились в комнате, что была ещё меньше той, где я спал. Фар Ар принялся толкать шкаф, со всяким хламом, в сторону. Я подошёл поближе и помог ему. Шкаф, скрипя, стал сдвигаться в сторону. В самом низу стены, за местом где стоял только что шкаф, была небольшая, с виду непримечательная пластина, окрашена в цвет стены и закрывающая лаз. Старик Фар Ар поднял её. И махнул рукой, недвусмысленно намекая, что мне нужно туда залезть.
С небольшим трудом я протиснулся в этот лаз и прополз несколько метров по грязному, усыпанному мелкими камнями, полу. Нащупав преграду в виде такой же пластины, я толкнул её рукой и толкнул вверх. Выбравшись из узкого тоннеля, я осмотрелся. В кромешной тьме на стене я обнаружил маленький огонёк и нажал на него. В комнате стало светло. Маленькая комнатушка с двумя стеллажами, полки которого были забиты чем-то, что напоминало оружие и патроны к нему, имела очень низкий потолок и скверный запах. В углу лежали какие-то бумаги стопкой. И не было ни окон, ни дверей. Только зашпаклёванный след, в месте, где когда-то был проход или дверь.
Я подошёл к стеллажу и принялся рассматривать то, что я принял за оружие. Взяв в руки одно из устройств, я осмотрел его внимательно, сомнения растворились. В любом уголке вселенной, орудия для убийств, просто обязаны выглядеть сходным образом. Это всегда, некоторая, так сказать, палка. Созданная вселять ужас на того — на кого смотрит её чёрный глаз смерти.
Больше в комнате, кроме стопки бумаг в углу, смотреть было нечего. Я аккуратно водрузил орудие на место и сел в углу. Рассматривая листок за листком, я обнаружил, что текст отличался от глизианского. Символы и буквы, даже близко не были похожи на те, что доводилось мне видеть ранее.
Вдоволь начитавшись абракадабры, я опёрся о стену и, поджав колени, закрыл глаза. Перед тем как погрузиться в пучину подсознания, я увидел свет. В свете я увидел её вновь. Она, как и прежде во сне, шла мне навстречу. Тёплое чувство наполняло меня изнутри, прогоняя прочь холод, наполняющий комнату. Я попытался пойти ей навстречу, протянуть руку, вымолвить слово. Но провалился в глубокий сон.
Часть 1 — Глава 12
Я очнулся от шороха. Кто-то карабкался по лазу прямиком ко мне. Створка прохода отодвинулась, и я увидел удивлённое лицо Фар Ар. Он поманил меня за собой.
Я выбрался из заточения, и вдохнул спёртый запах подвала, что ощущался здесь намного сильнее. Это был запах хоть и маленькой, но свободы. Пробежав по лестнице, ведущей наверх, в комнате я встретил молодого человека невысокого роста, с гладко выбритой головой. За ним скромно стояла Фат Ил Ти, она робко подняла глаза и посмотрела на меня. В этот момент, в комнату вошёл Тат У Пэс в компании с глизианином в форме. Они оба подошли ко мне.
— Вот и пришло время расставаться, — громко сказал Тат У Пэс и протянул мне руку,
— Думаю, мы ещё увидимся, — ответив на рукопожатие, сказал я,
— Может быть и увидимся, — заметил Тат У Пэс и опустил глаза, — но надеюсь, что к моему следующему возвращению сюда, вас уже здесь не будет,
— Я сделаю всё возможное, — пробурчал я,
— И это не значит, что я не буду вам рад, — оговорился Тат У Пэс, — просто настало время вам вернуться в ваш мир.
Я обнял Тат У Пэс. И то была наша с ним последняя встреча. Лысый, вновь прибывший, глизианин проводил Тат У Пэс к шлюзу. А я в сопровождении Фат Ил Ти и глизианина в форме побрёл в лабораторию.
В лаборатории, глизианин в форме, открыл большой сундук, который приволок следом, и достал оттуда множество электронных компонентов. Очевидно, что это был мой заказ. Но что из компонентов было чем, ещё только предстояло узнать.
Когда я изучал и сортировал комплектующие, ко мне подошла Фат Ил Ти и протянула некоторое подобие конверта, внутри которого не было письма, но сам конверт раскрылся, и я увидел рукописный текст. Написано было не очень аккуратно, но разборчиво.