Антон Волков – Битва за Свет [СИ] (страница 24)

— Сергей Валерьич, — не выдержал я и полез к тому с вопросами, — что значит "залечь на дно в лесу?" Зачем? Что мы будем делать?

— Товарищ наш любезный, — Клоп кивнул на пленника, — поделился с нами информацией ценной: по четвергам Петруччо ихний с товарищами своими традиционно охотится в лесу неподалеку. Под вечер обычно, да? — "да" Клоп рявкнул так, что я аж вздрогнул, а бандиту перехотелось разговаривать в надменном тоне. Он лишь кротко кивнул в знак подтверждения. — Так вот, — снова невозмутимо спокойным голосом продолжал Клоп, — посидим в укромном месте часов до пяти, а там рацию включим, покатаемся по окрестностям, послушаем, вдруг на Хонде твоей приедет.

— А почему вы ему поверили? Может Петруччо в доме том, у нас под боком, по сути? — нисколько не сомневаясь в правильности действий Клопа, удовлетворял я своё любопытство.

— Антох, — улыбнулся Клоп, — многолетний опыт работы… В том числе и в части допросов. У меня уже в ушах самый лучший детектор лжи; этот правду сказал, что Петруччо сегодня не видел.

— Понятно. — Успокоился я. — А если он и приедет на охоту несмотря на произошедшее, но без Хонды? Как же мы его найдем? Они же могут быть в плюс-минус — дцати километрах…

— Ежели так, то останется надеяться на то, что услышим выстрелы. Как-то так… — в голосе Клопа я уловил некоторую неуверенность, что заставило меня нервничать ещё сильнее. Поиски Даши представлялись мне крайне туманными: кругом анархия, нет ни телефонов, нет ни милиции, которая в прежние времена искала пропавших или похищенных людей. Есть только редкие патрули, дежурящие близ относительно крупных городов, но они не будут заниматься поисками человека, когда вокруг хаос, постоянные разбои и убийства. Только бы выйти на Петруччо. Это самый верный и почти единственный способ разыскать Дашу… Если нам не удастся разыскать Петруччо, то поиски наши будут напоминать поиск иголки в стоге сена. А времени-то, времени у нас в самый обрез — афганцы скоро опустошат всё вокруг. "Тогда конец… Нет, это точно конец! Без Дашеньки, без моей милой девочки я никуда не поеду. Да плевать мне на всё! Конец так конец. Клоп если откажется искать Дашу или решит продолжать путь один, я здесь останусь. Пусть меня афганец разорвёт на куски, плевать!", — думалось мне. "Нет, что это я? Отставить панику, челове-еек!", — мысленно обращался я сам к себе. "Чего, вот прям сейчас нюни распустишь и голову в песок? Нет! Найдешь Дашу и спасёшь Мир!", — и я улыбнулся, поблагодарив внутренний голос за задорный нрав последней фразы.

— Найдем Петруччо, я чую, найдем, — вопреки нотке неуверенности в голосе Клопа, уверенно заключил я. — А с ним и Дашу найдем, и, думаю, край — завтра вечером будем уже в Питере.

— Хотелось бы верить!.. — произнес Гоша.

Тем временем мы подъехали к съезду на Ленинградское шоссе и повернули налево, в сторону Санкт-Петербурга. Вернуться к дому бабы Зои было бы чересчур рискованно: там же дети и отец Ярослава, и навлечь на них уголовников, которые, скорее всего, через какое-то время спохватятся и поедут разыскивать своего, было недопустимым.

Отъехав на километра три-четыре от того перекрёстка, Клоп попросил Ярослава, который уже заметно нервничал и то и дело оглядывался по сторонам, свернуть направо, на какую-то грунтовую дорожку, по всей очевидности не видавшую автомобильного колеса уже несколько лет. Заехали в лесной массив, замаскировали машину. Бойцы по очереди держали под прицелом пленного, а остальные тем временем спали.

…Часа в четыре, когда пробивавшееся целый день сквозь густые ветви здоровенных дубов солнце начало медленно скатываться к горизонту на западе, все, кроме нашего заложника, поели тушёнку с хлебом и запили водой из канистры, которые наличествовали в багажнике машины. Пора было выдвигаться на поиски места традиционной охоты Петруччо и компании. Пленник примерно обозначил область поиска, указав на карте границу зоны, контролируемой их преступной группировкой, а также наиболее излюбленные места охоты их шатии-братии. И вскоре мы выехали на параллельную Ленинградскому шоссе дорогу, пролегающую вдоль лесополосы, и начали наши несколькочасовые прочёсывания окрестностей в надежде услышать либо что-то обнадёживающее из рации, либо выстрелы охотников, на которых охотились мы. Проехали сначала километров семь в одну сторону, затем столько же в другую. Катались и вдоль Ленинградской трассы, и вглубь от неё, помечая на карте места, где мы уже побывали. В половине шестого уже окончательно стемнело. Радовало то, что занимающая своё место на небе луна была полной и светила очень ярко, а на небе не было ни облачка. Поэтому, от греха подальше, мы ехали с выключенными фарами.

…Гоша то и дело крутил регулятор частот на рации, чтобы попытаться на различных диапазонах уловить хоть какой-нибудь сигнал, но там лишь тихонечко шипела без единого намёка на присутствие в эфире каких-либо посторонних сигналов… Как вдруг Гоша выкрикнул "Стоп" и попросил заглушить мотор. Когда в машине стало совсем тихо, Гоша с минуту покрутил регулятор, после чего сквозь монотонное шипение до наших ушей донёсся какой-то слабо уловимый гул. Или, лучше сказать, пищание, похожее на звук, издаваемый телевизором, настроенным на ничего не транслирующий в данный момент канал, а показывающий лишь калибровочное цветное изображение. Почему-то звук из рации вызвал у меня ассоциацию именно с тем звуком, сопровождающим пёструю непонятную картинку, и который я зачастую слышал в детстве из нашего телевизора, если включал какой-то канал рано утром в выходной день, когда тот ещё не начал свою работу. "Поймал!" — радостно воскликнул Гоша, когда настроил рацию на такую частоту, что сигнал стал очень отчётливым и достаточно мощным.

— А Вы уверены, что это моя рация ловится? — засомневался я.

— Девяносто пять процентов из ста! — убеждал меня Гоша. — Если, конечно, у кого-то неподалёку нету похожей модели. Частота, на которой мы слышим этот сигнал — из диапазона наших, ведомственных. Так что, похоже, мы близко к цели! — улыбнулся Гоша.

Пленному бандиту вновь повязали кляп, чтобы не наделал шума ненароком. Когда уловленный сигнал стал уже совсем сильным, Ярослав заглушил двигатель, и мы все несколько минут сидели, не произнося ни звука, в полной тишине вечернего леса, прислушиваясь и ожидая услышать ружейные выстрелы. Но никаких выстрелов мы так и не услышали. Клоп не выдержал и снял кляп бандиту:

— Они охотятся обычно или водку пьют? — серьезным тоном спросил он злобно сопящего носом мужика.

— Сначала водку пьют, потом, как совсем стемнеет, идут зайцев или кабанов стрелять, — сквозь зубы выдавил тот.

— Вот, бля, экстремалы туевы, — хмыкнул Гоша, — нажрутся и впотьмах приключений на жопу ищут… На фронт бы их. Там как раз любители ночной охоты ох как нужны, а они тут по трассе машины шмоняют, твари! — с непередаваемым презрением бросил Гоша.

— Точно! — Добавил Клоп.

В этот момент где-то относительно недалеко грохотнуло так, что от неожиданности я аж подпрыгнул на месте; стаи ворон резко сорвались с ветвей и взмыли в небо. Клоп в ту же секунду накинул и туго завязал на затылке узника кляп.

— Есть, голубчики, нашлись. — Радостно сказал Клоп. — Гоша, Антон, идём все втроём. Гоша, ты этого на мушке держи, — выходя из машины, Клоп передал пленного Гоше. — Ярослав, жди тут, мы скоро.

Клоп вытащил из рюкзака, который он впоследствии оставил на заднем сиденье, обрезанный автомат Калашникова, а мне отдал свой пистолет с глушителем, который и усмирял на протяжении всего дня нашего информатора. Как с ним обращаться я знал; перед нашим нынешним заданием Шталенков провёл для меня вводный инструктаж по обращению с подобными этой моделями пистолетов 9 калибра. Гоша велел пленнику идти перед собой, а сам держал его на прицеле своего АКМ. Клоп сразу же начал огромным охотничьим ножом, который извлёк из чехла на правой ноге, делать засечки с обратной относительно направления нашего движения стороне стволов деревьев. Я понял, что это было необходимо для того, чтобы найти потом место, где ждал нас Ярослав.

— Как в поле зрения нам черти эти попадут, я дам тебе знак — сядешь в укромное место, где-нибудь за деревом. Это, что называется, на шухер. Будешь нас подстраховывать, а то вдруг с тыла из ихних кто-то врасплох нас застанет. Понял задачу? — обратился ко мне Клоп, когда мы уже немного отошли от машины.

— Понял Сергей Валерьич! — отозвался я.

— Хорошо. А так, следи за моими или Гошиными знаками, сориентируешься в случае чего. Задача наша постараться выйти на контакт с гражданами бандитами, а этот, — Клоп ткнул дулом в спину заложнику, — наша гарантия, что они, по крайней, сразу палить по нам не начнут. Ну, а дальше по обстоятельствам сориентируемся.

Неожиданно, как гром на голову, тишину леса вновь нарушил оглушительный выстрел. На сколько я мог судить, примерное расстояние до стрелявшего от нас было метров четыреста — шестьсот, может меньше, а может и больше. Трудно было судить, когда не слышно было больше вообще никаких посторонних звуков. Только изредка потрескивали колыхаемые лёгким ветерком уже сбросившие листву деревья, и шуршала под ногами листва. Вдруг издалека донёсся нечёткий, но похожий на истошный вопль, звук.