Антон Водолей – Бунт на Марсе (страница 4)
Настоящее испытание начиналось здесь.Алексей сжал кулаки. Он понял: суд был только прелюдией. В конце распределения каждому выдали цифровой браслет с имплантом и назначение:
– Что это значит? – спросил Алексей у себя под нос. Но никто не ответил.
Он поднял глаза.
На нём что-то двигалось. В шахтах. В развалинах. Под слоем пыли.На голограмме планеты, висящей над их головами, Марс не выглядел пустым.
Глава 6. Первый контакт
Сектор 9 находился в самом дальнем кольце «Лотоса». Протяжённые коридоры вели всё ниже и ниже – под землю, под бетон, под слои ржавчины и марсианской пыли. Под ногами гудели трубы. В воздухе стоял запах перегретого металла, смазки и человеческого пота.
Блок 17-В располагался в одной из заброшенных шахт первой волны колонизации, переоборудованной под казарму. Пятьдесят две капсулы. Один душ. Один фильтрованный бачок воды. Камеры слежения в каждом углу. Громкоговоритель с ежедневными инструкциями.
Двери открывались по сигналу из центральной комманд-секции. Ни у кого не было собственных ключей. Ни у кого не было права на личное пространство.
Алексею выдали койку №38. Внизу. Возле вентиляционного выхода, откуда тянуло кислородом с привкусом пыли и крови.
Он прошёл мимо других заключённых. Кто-то спал. Кто-то просто смотрел в потолок. Один – лысый, с зашитыми губами, – вырезал что-то на куске пластика. Другой – крепкий мужчина лет пятидесяти с жёлтым шрамом на скуле – смотрел прямо на Алексея.
– Новый? – хрипло спросил он.
Алексей кивнул.
– Военный?
– Бывший.
– Здесь все бывшие. Бывшие убийцы. Бывшие политики. Бывшие идеалисты. Бывшие люди.
Он протянул руку.
– Вик. Блок старший. Неофициально, но ты меня будешь слушать, если хочешь проснуться утром живым.
Алексей пожал руку. Кожа на пальцах Вика была как наждак.
Через час раздался сигнал. Громкий, жужжащий, будто кто-то вбивал гвоздь в ухо.
– Группа патруля: 17-В, 38, 42, 29. Срочный выход. Зона внешнего барьера. Обнаружено расхождение сигнала в тоннеле Т-3. Протокол 4-B. Экипировка в секторе R-2.
Вик махнул Алексею:
– Вот и началось.
Их экипировали на ходу: тонкие бронекомбинезоны, старые винтовки с оптическими визорами, дыхательные модули. К шлему крепилась камера. Всё фиксировалось. Всё – под контролем.
Они вышли через шлюз на поверхность.
Это был первый раз, когда Алексей увидел Марс не через купол, а вживую.
Небо – мертвенно-оранжевое. Пыль, будто дым. Ветра нет, но воздух словно шепчет. Красная равнина простиралась до горизонта, усеянная чёрными обломками, остовами старых станций, забытых контейнеров, сгоревших дронов.
– Тоннель Т-3 – старая вентиляционная шахта. В прошлом месяце там кто-то… потерялся, – сказал Вик, не глядя.
– Кто? – спросил Алексей.
– Тот, кого больше не было в списках.
Они шли молча, по рыхлой пыли, сквозь остатки рельсов, по которым когда-то двигались автоматические платформы. Ветер принёс странный звук – как будто где-то глубоко под ними что-то скреблось.
– Это Марс, – прошептал один из патрульных. – Он живой. Но не для нас.
Они дошли до бетонной шахты, заросшей ржавчиной и временем. Вход был сорван – будто взорван изнутри.
Сканеры показывали аномалию. Давление. Температура. Электромагнитные всплески.
– Кто туда лезет первым? – спросил кто-то.
Вик указал на Алексея:
– У тебя свежий криосон. Считай – родился заново. Давай, капитан.
Алексей молча включил фонарь и шагнул в темноту.
Запах стал иным. Сырость. Протухший воздух. Гул.
Свет? Движение?Где-то в глубине тоннеля, среди ржавых труб, что-то мигнуло. Алексей вскинул винтовку. Датчики дрогнули.
– Кто здесь? – спросил он вполголоса.
А потом – шаги. Но не чьи-то. Не человеческие.В ответ – тишина. И оно знало, что он пришёл.Что-то было там.
Шахта Т-3 уходила вниз под углом в тридцать градусов. Стены слипшиеся от конденсата, будто Марс сам потел в лихорадке. Узкий лаз вёл вглубь скалы, мимо застывших труб, проржавевших воздуховодов и оторванных датчиков. Всё дышало смертью.
Связь начала трещать. Сенсоры моргали.Алексей двигался медленно, держа винтовку наготове. В шлеме – пульс, дыхание, карта маршрута. Но чем глубже он уходил, тем больше техника сбо́ила. Потом – тишина. Абсолютная.Он прошёл метров тридцать, когда впервые услышал это. Не голос. Не шаги. А щелчки, будто ломались кости. Потом – скребущий звук, словно кто-то царапал металл изнутри. – Шахта Т-3. Сектор нижний, уровень 2, – передал он в комлинк. – Есть шум. Проверяю.
Ответа не последовало.
Он сделал ещё несколько шагов. Фонарь выхватывал из тьмы старые отметки на стенах:
А потом… увидел.Маркер мигал – он приблизился к точке аномалии. В полу зияла воронка – идеально круглая, обуглённая по краям. Вокруг – следы расплавленного металла, как от резонансного разреза. И в ней, в самой глубине, шевелилось нечто.
Чувствовало. Сканировало. Проникало.Оно было чёрным, как нефть, но живым. Медленно извивалось, словно чувствовало его. И смотрело – без глаз, но с каким-то внутренним зрением. Алексей застыл.
В голове – нарастающий гул. Не звук. Мысль, но не его. Приказ. Пульсирующее «останься», «посмотри», «отдай».
Это было не воспоминание. Это было внушение.Рука дрогнула. Винтовка опустилась. Глаза затуманились. В памяти всплыли лица – бойцы его отряда. Погибшие. Кричащие. Горящие. Он снова там. В том кошмаре. – НЕТ! – выкрикнул он, резко выхватывая нож и вонзая в бедро, чтобы вернуть себя в реальность.
Боль пронзила тело. Туман отступил. Гул исчез. Существо дёрнулось – с глухим хрустом, как комок мышц, и погрузилось в глубину, оставляя после себя мерцающий след – и ткань реальности, словно чуть порванную.
Связь снова заработала.
– 38-й, ты жив? У нас перегрузка по каналу. Ты молчал четыре минуты.
– Объект зафиксирован. Контакт… произошёл. Возвращаюсь. Повторяю: возвращаюсь.
– Подтверждено. Приёмная группа выслана. Готовься к изоляции. Когда Алексей вернулся на поверхность, в глаза ударил белый свет. Он шатался. Руки дрожали. Пыль с Марса прилипала к лицу, как исповедь.
Вик подошёл первым.
– Видел?
– Там… это не человек. Не машина. Оно… читает тебя. Ломает. Оно старше нас.
– Да, – коротко сказал Вик. – Там, внизу, нечто, что не должно было быть тронутым.
– Почему мы здесь?
– Потому что Земля боится. Потому что они думают, что если отправить нас сюда – мы исчезнем вместе с этим злом.
Марс был мёртв, но под его кожей билось что-то древнее. Алексей посмотрел на горизонт.
Глава 7. Протокол 9-С
– Сними шлем.