Антон Тутынин – Вспыльчивый барон Кенинг. Книга 3 (страница 10)

Неожиданно Граф Кёнинг хрипло рассмеялся, с иронией уставившись в глаза Фроста.

— И что смешного?

— Мы владеем воздухом, Фрост. Мы никак не связаны с Вальтером и его силой! Добро пожаловать на земли Кёнингов, ублюдок! — взгляд Альфреда упал вниз на пол, туда, где разливалась его кровь. Фрост Размет также проследил за его взглядом, ненадолго оставшись в недоумении, а когда понял в чём дело, только и успел что набрать воздух в грудь.

Кровь Альфреда мгновенно вскипела, соткавшись в полупрозрачную кровавую человеческую фигуру, после чего от неё в сторону врагов рода ударила мощная волна компрессии. Стена сжатого до твёрдого состояния воздуха буквально размазала по окружающему пространству всех присутствующих, выбив окна в помещении, разметав на мелкие щепки огромный стол и другую мебель, выбила двери и убила солдат по ту сторону. И даже проломила часть стены с другой стороны комнаты, обрушив её в соседнее помещение. Чудо как потолок не рухнул! Грохот был такой, что и выстрел из пушки показался бы тихим.

Освободившись от магического лезвия, Альфред рухнул на пол, мгновенно поклонившись фигуре перед собой.

— Недостойный потомок приветствует архонта-основателя!

— Здравствуй, Альфред. Уводи всех из замка сейчас же. Врагов слишком много — они уже на подступах к замку. И это только начало.

За окнами в то же мгновение начался настоящий вихрь, перемежаемый криками людей и вспышками магии. Вызванный пролитой кровью Кёнингов архонт принялся избавляться от всех чужаков на своей земле!

— Неужели даже вы не справитесь, основатель?! — опешил от шока аристократ, привыкший думать о своём далёком предке как о всемогущем существе. Когда-то давно в массиве рода заточил свою душу сам архонт-основатель, бывший самой стихией воздуха — силой, что перешагнула уровень грандархимага. А кровь и сила каждого следующего главы рода, как и многих других родственников, после смерти лишь усиливала этот массив.

Подобные масштабные массивы были популярны в очень далёком прошлом, хоть и были квинтэссенцией запрещённой магии крови. Всё же у аристократии тех времён было куда больше свободы, чем сейчас. Отчасти именно поэтому старые рода были столь высокого о себе мнения — такие массивы делали их земли почти неуязвимыми на случай войны. Вот только многие в империи об этом начали забывать, ведь информация об этой защите оберегалась как самый важный секрет родов!

— Пустой замок оставят в покое, и я смогу его сохранить. Я им не по зубам без масштабных разрушений. Но если нынешние Кёнинги останутся здесь, нас рано или поздно сравняют с землёй! Мои силы всё же не бесконечны. Я теперь всего лишь массив заклинаний — запас сил у меня не восполняется как у живых магов.

За окном где-то вдалеке прогремел мощный воздушный взрыв, прокатившись волной пыли по всему замку. Альфред же старался не обращать внимания на то, как ведёт бой его далёкий предок, распыляя внимание, стараясь поскорее получить наставления и ответы на вопросы.

— Но куда… куда нам идти, основатель? Нас прокляли! Я едва ли дотягиваю по силе до ученика, а к утру и вовсе стану простым человеком. Мои братья и сыновья также наверняка прокляты! Мы же буквально беспомощны — это проклятье снять просто невозможно.

— Уходи, Альфред. Не знаю куда, но вам придётся уйти! Врагов слишком много. Они сильны и хотят вас убить. Я смогу лишь задержать их! — прошелестел кроваво-туманный фантом, вскоре сжавшись в маленькое облачко. Проводив взглядом вылетевший в разбитые двери кровавый сгусток, Альфред прижал руку к своей ране, поморщившись. Крови он потерял много. Оглядел брезгливым взглядом ошмётки тел, разорванные кишки и обломки костей, что остались от имперских дознавателей, после чего, стараясь не дышать парами дерьма, двинулся на выход, где уже вовсю слышались крики, грохот и стоны — основатель расчищал для него путь.

Коридоры особняка также представляли собой эпицентр мощного взрыва, где воины в латной броне были буквально раздавлены или перемолоты в металлический фарш любимой атакой их предка-основателя. Волна компрессии бала квинтэссенцией его магии воздуха! И даже их отец, старейшина рода, едва-едва освоил самые базовые техники этой магии.

Тел своих дружинников Альфред так и не нашёл по дороге назад — было очевидно, что их устранили по-тихому, оттащив куда-то. И артефакты действительно оказались здесь бесполезны — похоже бойцы их просто не успели применить! Оно и понятно — «щит и меч», этот ведь военный комплект, и онбыл пригоден только для прямого противостояния, никак не защищая от удара исподтишка. Так что в эпицентр разыгравшейся бури граф вышел в полном одиночестве.

Ураган, покрывший всю территорию их земли, прямо на его глазах вырывал деревья с корнем, снимал облицовку с замковых стен и крыш, поднимал тучи песка и земли, превращая их в настоящий наждак. Видимость также упала почти до ноля. Вокруг замка крутился сейчас настоящий ужас, порождённый магией предка! И только Альфреда смертоносный ветер не трогал, пропуская сквозь себя без всяких препятствий. Но долго так не могло продолжаться. Рано или поздно запас сил смерча иссякнет, и замок вновь станет открыт для их врагов!

Глава 7

Перед настоящей стеной ветра, поднявшейся до самых облаков, закрутившей чернеющее небо в гигантскую карусель, стояло два мужских силуэта. Сзади на приличном отдалении от них располагался отряд бандитов-наёмников, купленный где-то на южных рубежах. Достаточно жестоких и беспринципных для любой работы людей, чьи жизни можно будет без жалости разменять при удобном случае.

— Да-а… давно я не видел архонта Кёнинга в деле. Сколько уже прошло? Веков шесть…? Нет, семь с половиной, — первый выглядел словно двадцатилетний юноша сухощавого телосложения. Одетый словно только с императорского бала, весь в шелках, кружевах, в белых чулках и с неизменным белым париком на голове. Хоть Боги и не были подвержены в своих телах болезням людей, однако же им приходилось отдавать дань столичной моде ради внедрения. Сифилис в высшем обществе был делом обычным… И не всегда магия была способна помочь, особенно, если недуг въелся в самые кости, уже уничтожив нос. А иных средств лечения чародеи империи просто не знали — всех представителей древнего искусства травничества уже давно извели как пособников язычникам и огнепоклонникам. О чём многие теперь всерьёз жалели. А нынешние деревенские бабки не владели и сотой частью той мудрости, что потрясала древние устои.

Разве что алхимия могла справиться с этим делом, но и её чародеи презирали как недостойное занятие для слабосилков, отчего её развитие шло безумно медленно.

— Кёнинги… их фамилия пришла с великого северного острова «Фостерленд». И буквально означает «Король»! Повелители ветра родом с древней «Отчизны», наши старейшие враги… Одни из. Хорошо, что эта ветвь последняя из древнего рода королей северных ветров! Наконец-то мы покончим с ними, — рядом стояла похожая по ауре, но совершенно иная по типажу фигура. Могучий человек двух метров ростом, с витыми узлами стальных мышц, спрятанных под артефактной бронёй. На спине своей он носил огромный цвайхендер — древний двуручный меч с того самого острова Фостерленд, принадлежавший когда-то забытому божеству ветра. И клинок этот испускал просто убийственную ауру!

— Ты же две с половиной тысячи лет назад убил их живое божество? Каково это было? Говорят, в те времена мир был опасен даже для таких вторженцев с иных планов как мы, — взглянул на него снизу вверх щуплый собеседник. Стоял он словно на паркете, заложив руки за спину, будто и не было перед ними невероятной бури, рвущей небо и землю.

— Долго. Опасно. Жутко… Я сумел убить его только с третьего раза, умерев до этого дважды. Да и то только когда поглотил одного из новорожденных, который меня бесил. При этом полсотни лет готовился, пригнав в итоге на острова двухсоттысячную армию, — прогудела в ответ «живая броня», сверкающая в редких всполохах молний будто начищенное зеркало. По сотням граней зачарованной стали так и сияли забытые давно руны, перегоняя по ним могучие силы, вложенные когда-то лучшими артефакторами этого мира. После случая с островом Отчизны этот «Бог» так увлёкся артефактами и военным искусством людей, что в итоге всю свою жизнь посвятил войне.

— Господин, люди волнуются. И… — у них за спиной вдруг послышался неуверенный голос кого-то из наёмников, но тотчас резко оборвался.

Труп, рассечённый на сотни кусочков, распался на части в одно мгновение, заливая землю своей алой кровью, попутно заставив толпу наёмников вновь благоговейно зароптать. Своего нанимателя они с каждым днём всё сильнее боялись и до безумия уважали.

При этом обе фигуры не шевельнули даже мизинцем!

— Ха! А ты всё также безжалостен, — улыбнулся гиганту придворный аристократ.

— Не терплю, когда мешают вести беседу. Идём. Архонта я беру на себя. Остальные на тебе. Время! — выхватив из-за спины цвайхендер, висевший там словно примагниченный, гигант мелькнул в пространстве смазанным силуэтом, замерев с мечом у самой земли, и буря перед ним мгновенно разошлась в разные стороны словно рассечёна самим богом! И даже тучи в небе были продавлены невидимой силой, разделив небо надвое. Смерч исчез мгновенно, будто его и не было — такова была власть древнего меча над стихией воздуха!