Антон Тутынин – Враг Сальдисской Империи (5) (страница 35)
Мой свет наконец потух, погрузив всю округу в подобие мрака. Когда тебе сперва бьёт прожектор в лицо долгое время, а после резко затухает, иного ощущения и не бывает — ты всё равно что ослеп. В небе в тот же миг проявилась целая башня из сакральных символов, но на этот раз она состояла не только из «пришедших с небес»! В основании массива в этот раз стояла не свастика, а Печать царя Соломона! Совершенно новый символ, ни разу ещё не использованный в мною в бою.
Поняв что земные древние символы в этом мире несут вполне осязаемое могущество, я начал вспоминать всё что знал по этой теме, не прекращая экспериментировать с новыми символами и собственной энергией. Так я в итоге и узнал о печати власти — пятиконечной звезде, широко разошедшейся по Земле в двадцатом веке. И вот, теперь пришёл черёд шестиконечной звезды Давида, в виде печати ветхозаветного царя — Соломона, или Сулеймана, если брать мусульманскую трактовку.
Печать эта была нанесена на его перстень наряду с именем Бога, того самого перстня с помощью которого он повелевал зверями и джиннами, и по преданию сумел запечатать в бронзовый сосуд 72 демона-князя с их легионами, взяв в итоге их под контроль.
И Печать Соломона не подвела, остановив теперь уже моего врага.
Я сумел точно определить её свойства буквально на днях, отлучаясь по ночам в свои исконные земли. Экспериментировал над животными и редкими разбойными мужиками, что попадались по пути. Простираясь над моими врагам, печать парализовала их тела и души, вверяя их моей воле. Не как печать власти, делая безвольными куклами, а скорей как магические путы, парализуя и не давая воспротивиться мне. При этом, если я пожелаю, печать могла убить моего пленника, если он был много слабее меня, передав мне его силу и часть жизненных сил! И в этот самый момент Печать царя Соломона простиралась на половину неба над нами, светясь белоснежным огнём! Затмевая собой рассвет, она покрыла всю округу серебристыми нитями, словно свисающими с небес, и только я один, как хозяин печати, мог ходить среди них беспрепятственно.
Звуки боя и рёв стихии остановились. Я спокойно выбрался из замершей на месте расплавленной земли, хромая на одну ногу и аккуратно ступая по густому раскалённому стеклу. И словно впервые в жизни разглядывал окружающий меня мир, изменившийся под печатью. Он застыл, замер, затих. Он был под властью звезды Соломона, ожидая её приказов. И вся эта мощь была сейчас под моим управлением!
Выше, над печатью, можно было увидеть десять сверкающих свастик, всё также вращавшихся по часовой стрелке с разной скоростью. Но теперь они выступали только как проводники моей силы, питая основную печать. Впервые у меня получилось создать массив из одиннадцати символов! Результат, надо сказать, впечатлял.
Фигура в чёрном, обладавшая теперь уже шестью серебристыми руками, замерла на месте, в попытке шагнуть. Её руки застыли в воздухе, изображая каждая свой символ-приказ, голова её мелко подрагивала не в силах повернуться в мою сторону, а я спокойно обходил ту по кругу, уже приращивая оторванную левую руку на место. Пусть тело моё и не было нерушимым, но восстанавливалось оно с невероятной силой!
Серебряные нити, свисавшие с неба, надёжно блокировали всё, до чего дотягивались, имея более высокий порядок контроля чем даже руки моего безымянного врага. Теперь мне уже было очевидно, что эта сила имела схожую природу — нечто божественное. Но в отличие от серебристого света свастики, блокирующего только телепортацию и другие мгновенные перемещения, серебристые нити Печати и руки врага могли приказывать мирозданию считай напрямую!
— И что теперь с тобой делать? — встал я перед пленником, всерьёз задумавшись.
А задуматься было над чем. Убить это существо с помощью печати я не мог — его сила была слишком велика даже для меня. Нынешнего. Печать Соломона на своём нынешнем уровне банально не выдержит, уничтожив массив! А жаль, столько силы и жизненной энергии мне было бы в пору... Убить прямой атакой? Это может внести помехи в контроль, позволив ему освободиться, и наш бой завертится снова на какое-то время. И я не был уверен что планета выдержит наш бой во всю мою мощь! Особенно если я наплюю на ограничения, пожертвовав целостностью своего вместилища. Тварь уже показала мне что недооценивать её вредно для здоровья, а значит сдерживаться — банально путь к поражению. Детонации же атмосферы из-за запредельных температур как на солнце, я к примеру, допустить никак не хотел. Что делало ситуацию патовой!
— Что же с тобой тогда делать?... — снова заговорил я с самим собой. Закончив приращивать руку и ногу, я опять обошёл пленника по кругу, наблюдая за его тщетными попытками освободиться. Следовало что-то придумать и как можно скорее. Пока эта тварь не нашла какой-нибудь способ нивелировать и эту мою атаку. Но что?
И вдруг меня осенило!
«Время... Что есть время? Расстояние делённое на скорость? Что есть скорость? Почему это существо двигалось так быстро? Что вообще первично в этой формуле, расстояние или время? Как ни странно, ни то и ни другое. Время — есть понятие относительное. И чем выше скорость перемещения в пространстве тем сильней искажается время. Пространство и вовсе можно сжимать или растягивать! Если же прибавить к этому неизменность максимальной скорости перемещения в пространстве, ту самую скорость света, быстрей которой ничто не может перемещаться в пространстве... Выходит что есть только одна постоянная величина во вселенной — сама скорость! Они и есть основной закон вселенной! Всё вокруг меня движется со скоростью света. Даже сейчас. Электромагнитные волны, межмолекулярные, межатомные связи, электроны, протоны, поля напряжённости, электромагнитные поля, валентные связи веществ — всё подчиняется этому закону на всех уровнях бытия! Именно максимальная скорость движения в пространстве, эти заветные цифры: 299 792 458 м/с, именно они определяет форму и свойства материальной вселенной... И даже гравитация — это всего лишь следствие искривления пространства сверхмассивным телом, и прохождение объектов через это пространство сквозь время.
Двигаясь по линии времени, объекты смещаются в искривлённом пространстве, прижимаясь к центру искривления — это и есть гравитация! Она — не какое-то поле, её нельзя просто измерить человеческими инструментами, как электромагнитное излучение. Ведь эти инструменты тоже находятся внутри искривлённого пространства, внутри «воронки», двигаясь вместе с нею в пространстве и времени. И если от магнитного поля изолировать прибор можно, измерив разницу, то от времени, от искривлённого пространства, от движения вместе с планетой в пространстве уже нет! И чем глубже воронка искривления, чем больше энергии заперто в материи, тем сильнее время прижимает объекты к центру искривления. Останови время, и гравитация исчезнет. Избавь пространство от искривления, и гравитация исчезнет! И теперь главный вопрос. Можно ли изменить закон максимальной скорости движения в пространстве для определённого объекта? А если да... то что с ним произойдёт?» — я смотрел на пойманное в ловушку неуязвимое существо и улыбался. Меня распирало от желания экспериментов!
Убежище Сифайьи выглядело жалко. Нерушимая твердыня была изъедена дырами с острыми гранями словно снег на обочине жаркой весной. Бушевавший солнечный шторм она пусть и сдержала своей ледяной крепостью, но с огромным напряжением сил, буквально выложившись на полную! Свет был той ахиллесовой пятой, против коей она была бессильна. Свет нельзя было заморозить или остановить. Он жёг даже в лютые морозы! От него нельзя уклониться! А значит Вальтер в тот раз её жалел. Не бил в полную силу, не воспринимая как серьёзного противника... И теперь, видя как само воплощение смерти, сам непобедимый Маут — гроза драконов-прародителей, уже дважды сталкивавшийся с ними без всяких для себя последствий, играючи убивавший её сородичей, пойман в ловушку словно мотылёк, она испытывала двойственные чувства.
Ей было обидно и стыдно за то своё поражение с одной стороны. Гордость дракона была не пустым звуком! А она даже не смогла дать серьёзный бой Вальтеру! С другой же... Он был её хозяином, её спасителем. Тем, кто не убил её, не выпил всю её магию, имея на это все права, а вылечил, взяв под своё крыло! А значит его сила — теперь и её сила... А ещё это предательское ощущение внизу её живота. Оно было ну совсем неуместным!
— Что... что происходит? — рядом наконец-то пришла в себя Электра. А так как ледяная крепость уже почти испарилась, исполнив свой долг, ей сразу стало видно поле недавнего боя. И те странные символы в небе, что пронизывали теперь всю округу серебряными неосязаемыми нитями.
— Ого... вот это магия!
— Вальтер справился. Он пленил Маута...
— Да? Ты же говорила он непобедим... А! И ты меня вырубила! — вдруг резко вскинулась девушка, повернувшись к Сифайье.
Но стоило только Электре впереть пальчик и осуждающий взор в дракона, как внизу раздался жуткий грохот, словно там взорвался вулкан. А на месте, где только что стояло пленённое божество, зияла гигантская дыра в земле, откуда с рёвом вырывались подземные газы.
— Да твою сука, мать! Блядь! Не то! — и даже через рёв газового гейзера до девушек донеслось яростное восклицание Вальтера, после чего в провал скользнул сгусток его силы, а землю и всю округу сотряс мощный подземный взрыв. Из дыры выплюнуло гигантский горящий гейзер, после чего наконец-то всё замолкло.