Антон Тутынин – Царица несчастий. Часть 1 (страница 65)
— А? — встревожился вдруг непонятно от чего караульный. Он вскочил, обшаривая округу сонным взглядом, так и сам не поняв отчего встрепенулся. Хорошее всё же у него было чутьё! Обойдя дерево, стремительно зашла ему за спину, зажала рот, с силой вдавив ладонь на себя, и тут же ударом левой руки вогнала длинный клинок кинжала в горло жертвы. Чуть захрипев, заросший и воняющий кислым потом абориген, медленно осел на землю. Я же, лишь убедившись, что тот отошёл в мир иной вынула клинок из раны, дав крови медленно вытекать на замёрзшую землю.
Началась рутинная работа.
Друг за другом, я аккуратно резала глотки каждому, что лежал вокруг моей цели. Подобраться, зажать рот, перерезать глотку… Подобраться, зажать рот, перерезать глотку. Подобраться, зажать, перерезать! Из двенадцати человек разъезда, я успела убить шестерых, плюс караульный, после чего вдруг лагерь проснулся сам собой, видимо также почуяв звериными инстинктами близкую кровь!
— К оружию! — надрывался командир отряда, выхватив прямой короткий меч, но он ему не понадобился. Сбоку на его друзей тотчас налетела живая тьма, походя порвав сразу двоих бойцов из пяти, удар арбалетного болта из тьмы пробил грудь третьему (Дигвер прикрывал меня издал), четвёртого успела убить я сама, сперва подрезав внутреннюю часть бёдра, уклоняясь от неточного удара сверху. А после, когда тот начал заваливаться, матерясь на все лады, я одним точным ударом вскрыла ему сонную артерию на шее, напоследок заехав ногой в лицо. Хоть и не жилец, но пусть лучше истечёт кровью молча!
За считанные секунды ошалевший воин оказался с нами один на один, потеряв всех своих.
— Я сдаюсь! Сдаюсь! — словно поняв, что его пока не убили по какой-то конкретной причине, мужчина не решился испытывать судьбу на прочность, бросив меч и подняв руки. Жить ему хотелось ничуть не меньше остальных.
— Верно мыслишь. Если ответишь на все наши вопросы может даже живым останешься, — беззастенчиво врал Дигвер, выехав к лагерю со всеми нашими рапторами. Увидев же его, всего в чёрном, с золотой маской черепа на лице, да на гигантском хищнике, пленник серьёзно напрягся. Когда же Сумрак его обнюхал, зайдя после за спину, то и вовсе мужик превратился в соляной столб.
* * *
Вспоминать тот допрос, вылившийся тем не менее в ускоренную пытку, мне больше не хотелось, но выбора не было. Всё-таки я не настолько бесчувственная тварь, чтобы бесстрастно наблюдать как другому человеку целенаправленно причиняют боль. Я и убивала-то своих врагов всегда как можно безболезненнее, не стремясь причинить ненужную боль — не было у меня тяги к чужим стараниям, что меня несказанно радовало. Во всяком случае я осознанно старалась так делать….
Как оказалось, молодой лорд и правда ездит со своим ближним кругом на охоту. При том частенько. Заниматься делами в силу возраста ему было лень, так что скинув все их на плечи матери, юноша неделями пропадал в лесах, загоняя дичь или каких тварей пострашнее. Точнее охотились его дружинники, в надежде подмазаться к будущему правителю, а он в основном с умным видом руками водил (руководил), да напивался. Чему его юный возраст был совсем не помехой!
Уверена, будь здесь в ходу героин, парень бы как в «лице со шрамом» днями бы сидел перед кучей белого порошка, пребывая в угаре. Ибо парень остался совершенно без тормозов и делал что хотел. Слишком рано он лишился надзора отца, а слово матери в это мире для мальчишек стоит немного — не престало бабам воинами командовать. Сподвижники же и вовсе были рады стараться, стремясь заиметь на лорда максимум влияния.
Эти самые угодья мы с учителем сейчас и прочёсывали, тщательно следуя выведанным описаниям. С лордом должно быть человек тридцать воинов, не больше — всё-таки ближний круг. Так что планировали попросту подловить парня, да всадить стрелу или болт в грудь — такое число охраны никак не способно помешать подобному виду нападения.
И к сумеркам второго дня мне наконец-то улыбнулась удача!
Лагерь гудел от гомона и песен дружины. Костры полыхали, зажаривая почти целиком какую-то крупную дичь, а мужики друг друга всё ещё хлопали по плечам, поздравляя с добычей. Видать что-то редкое удалось подстрелить, раз они всё никак не успокоятся. Тем лучше!
Затаившись, я наблюдала как этот праздник плавно перетекает в простую пьянку. Как молодого Калеба восхваляют за то, что тот нанёс последний удар (как я поняла уже по связанному и раненному зверю), и настойчиво предлагают выпить с верными ему воинами. Как тот в силу малолетнего возраста упился почти до беспамятства всего с одного кубка, задремав прямо на резном кресле, привезённом видимо с собой. Как я понимаю, понты дороже денег даже в этом мире!
Продолжала глядеть издали как его так называемые соратники продолжают веселиться уже без него, махнув на юного отрока рукой. Никому из них не нравилось быть нянькой, но ничего поделать было нельзя — без наследника претенденты тотчас вцепятся друг другу в глотки, чем неминуемо воспользуются внешние враги. И все это понимали прекрасно! А потому терпели, заискивали и приглядывали друг за другом.
Момент, когда мой арбалет сухо щёлкнул, выбросив вперёд кованую смерть, не заметил никто. Как и влажный звук пронзания небольшого тела наследника, коего чуть тряхнуло, глаза его на пару секунд раскрылись, после чего парень обмяк, умерев прямо в своём пафосном кресле, стоявшем посреди упившихся воинов. Стояла уже предрассветная мгла, и мужчины едва шевелились, сонно бурча что-то под нос. Никто ничего не услышал и не увидел!
— Будет вам на утро сюрприз, — шипела я себе под нос, аккуратно выползая к своему Велесу. Для выстрела пришлось подобраться почти вплотную к поляне, но оно тог стоило!
Вскочив вскоре в седло, я сперва медленно, а потом всё быстрее, пустила зверя в энергичную скачку. Следовало найти Учителя, и переходить ко второй фазе плана!
* * *
Леди Мириэм стояла у окна своей комнаты и просто глядела на первый снег. Молча. Слёзы больше не капали из её глаз — кончились слёзы. Высохли все, после того как она поняла кто убил её последнее дитя. Покосившись на арбалетный болт, пробивший Калебу сердце, Мириэм вспомнила где видела точно такие же. У той твари! Бестии! Арх!! Нужно было сразу её убить, как только она переступила порог её дома!
— Мириэм…
— Вы нашли её? — холодно бросила она своему будущему мужу. Дабы не допустить резни, на общем круге было решено что она вновь выйдет замуж. За самого уважаемого из сподвижников прошлого лорда, и уже он станет полноправным владельцем этой земли. Не без труда, но вопрос удалось протолкнуть среди ближников, правда пришлось изрядно раскошелиться. Только вот безутешная мать наотрез отказалась выходить замуж, покуда Бестию не найдут и не выпотрошат заживо. Желательно у неё на глазах!
— Пока нет, но мы нашли наш пропавший разъезд. Все мертвы, а одного явно пытали. Скоро и виновников выловим — след есть.
— Тогда не стой столбом, действуй! Чем скорее она умрёт, тем быстрей ты станешь полноправным хозяином этой земли.
Чернявый, чуть с проседью, сухощавый мужчина с цепким взглядом помолчал, что-то хмыкнул сам себе, кивнул и удалился.
Спустя же минут двадцать внутрь зашла челядинка, с повязанным на голову платком. Принесла бельё для постели, начав аккуратно его перестилать. Что ни говори, а белое полотно из льна до сих пор было редкостью и стоило крайне недёшево! А потому обращались с постельным бельём всегда бережно, вовремя меняя и отстирывая, потому и не решалась женщина выгонять девку — не дело срываться сейчас на прислуге. Да и на чистом спать следующую ночь будет куда приятнее. Эта-то уже почти закончилась — рассвет в окне занимался.
Вдруг леди Мириэм уловила сзади какое-то движение, но повернуться или издать звук какой не успела — тонкое острое лезвие пронзило её спину слева, пробив сердце. А в угасающем сознании её отпечатались последние слышимые слова: «А ведь я и правда хотела тебе помочь. Жаль, что всё так вышло!». Едва успев узнать говорившую, женщина умерла, так и не отомстив за своего последнего сына.
Челядинка же уложила её на кровать, не вынимая кинжала (чтобы кровь не текла), закинула одеялом, простыней, и уже собиралась на выход, когда дверь отворилась, а внутрь вошёл всё тот же сухощавый мужчина.
— Мириэм, мы кое-что… Так, а ты кто?
— Никто, господин, просто помогала госпоже прилечь.
— Исчезни! Мириэм, ты спишь…? — мужчина подошёл к кровати, присев рядом, но бросив взгляд на безжизненные глаза женщины, вдруг вскочил обратно. — Мириэм! Мириэм, что с тобой?!
Откинув одеяло, он тотчас увидел торчавшую из спины рукоять, во все лёгкие заорав: «Измена! Тревога!» И тут же бросился на выход, в погоню за убийцей, проникшей в самое сердце их владений под видом горничной девки.
* * *
«Чёрт-чёрт-чёрт!!» — колотилась в моей голове тревожная мысль — «Так всё хорошо шло: нашла подходящую девку, оглушила, переоделась, даже прирезала эту стерву! И вдруг такой прокол…»
За моей спиной в огромном двухэтажном строении уже во всю разгорелся рёв тревоги. Колотили то ли в колокол, то ли в кусок стальной балки, отчего звон из внутреннего двора разносился по всей округе.
— Стой! Ты куда?! — какой-то старик, одетый как старший служка, попытался меня окликнуть.