Антон Тутынин – Царица несчастий. Часть 1 (страница 19)

А дальше постаралась действовать по недавней аналогии. Отдышавшись и поиграв в «догонялки» с мертвецом какое-то время, провернула опять тот же трюк с ударом в прыжке, уронив в итоге мертвеца на землю. Пока тот с трудом переворачивался и поднимался, я успела встать, подобрать отложенный на время кульбита топорик и нанесла два сильных удара по коленному суставу одной из его ног. Сустав такого надругательства над собой уже не выдержал, переломившись и мне наконец удалось отделить часть ноги зомби от тела. Отшатнулась от броска ползающей твари, обошла его кругом и точно также отрубила вторую ногу, про себя отметив что мне всё проще сражаться с мерзким мертвецом. Похоже обруч на моей голове опять приспособил мою психику к раздражителям, позволив воспринимать звуки разрываемой человеческой плоти и ощущения перерубаемых костей не сильнее чем разделку обычной индейки.

Дальше было проще. С перерывами отрубила зомби последнюю руку, затем обезглавила, пусть и не без моральных переживаний — голову рубить я вам скажу то ещё удовольствие… И вот, когда самая большая опасность была устранена, тело моё не сдержалось и опорожнило-таки желудок прямо на едва шевелившийся труп. Упёршись дрожащими руками в такие же дрожащие колени я с трудом устояла на ногах — адреналин в крови буквально кипел! Однако лишившаяся почти всех конечностей и даже головы, немёртвая тварь всё равно не спешила умирать даже в таком виде! Жалко было не переварившийся до конца завтрак, но горевать было некогда. Сплёвывая неприятный вкус рвоты и желудочной кислоты, я занялась вторым зомби, всё также пришпиленным стволом ели. Отрубила руки, потом ноги, заставив наконец того повиснуть на стволе, замерев окончательно. А после тремя ударами таки отрубила и голову, с усталостью проследив как та катится по залитому чёрной гнилой кровью лесному ковру.

Говорить ничего не хотелось. Я просто зверски устала!

Отошла обратно к своему небольшому лагерю, прополоскала разбавленным вином рот, промыла кровоточившие ладони, где кожу я разобрала аж до мяса, и с грустью посмотрела на слабо шевелившиеся трупы. Как же их убить!? Хлебнула опять вина из бурдюка, закусила полоской солёной конины (по крайней мере мне казалось, что это именно конина), и перевязала куском тряпки руки, снова взявшись за топор.

С трудом разрубила сухую поваленную ёлку, срезала мох с пяточка диаметром пару метров и начала готовить костёр: сложила еловые брёвна потолще на низ, разложив домиком (по типу деревянного сруба), закинула внутрь что помельче: ветки, обломки дерева, щепки. После водрузила сверху на погребальный костёр оба трупа, собрав обратно их по кускам. Правда оставив себе одну, самую целую голову.

Запалила ветки внизу и усевшись рядом начала ждать. Вскоре огонь расползся по всему костровищу, пусть и неохотно, но начав пожирать мёртвую плоть. По округе тут же разлетелась вонь жжёного мяса, однако меня она уже не впечатляла — привыкла.

Так я и просидела несколько часов на одном месте, глядя как сгорают два расчленённых зомби. Время от времени запивая своё моральное и физическое истощение разбавленным вином и заедая горе новой жизни солониной, подкидывала иногда дрова в огромный костёр. Мыслей в моей голове в это время не было никаких, так что я и сама не заметила, как снова опустился вечер, а я попросту отрубилась глядя на угли. Хмель и усталость были для меня сейчас лучшим снотворным!

А потом мне приснилась ОНА!

— Здравствуй, Катя. Устала? Тяжело пришлось? — богиня сидела подле меня во всё том же мире серого тумана, поджав свои стройные ноги к пятой точке. Её волосы всё также струились по плечам и спине, пребывая в вечном движении, но зато одежда сменилась с бесформенного балахона на какой-то готический чёрный наряд, явно увиденный в моих воспоминаниях: корсет, пышные юбки, кружевные митенки, чулки и лакированные туфельки были тому свидетелями.

— Значит это был проверка?

— Ну… скорей тренировка. Твой мир не похож на наш, а сама ты жила слишком мирной жизнью. Сегодня я дала тебе возможность начать свой путь заново, испытав себя, — Богиня Праха улыбнулась, глядя на меня абсолютно чёрными провалами глазниц.

— Почему я не смогла дозваться до тебя? Из-за того, что трупы были не до конца мертвы?

— Вот что мне нравится в тебе, Катя, так это сообразительность. Именно! Чтобы я ответила тебе, труп долен быть окончательно мёртв. Но даже если и нет, я могу наблюдать через мёртвых всё происходящее. И если бы ты вдруг не справилась, то не бойся, тебе не пришлось бы страдать долго, мой слуга прервал бы твои мучения.

«Вот так. Не только охранник, но ещё и надзиратель, и палач. Стоит быть осторожнее с Котиком — того и гляди ещё загрызёт. Однако отличные у неё представления о гуманизме. Впрочем, чего это я? Они тут у всех точно такие же!»

— А теперь запоминай! — посерьёзнело её лицо. — Дабы упокоить нежить, её необходимо разлучить с привязанной мятежной душой или призраком-паразитом, отправив ко мне. И в этом тебе помогут вот эти знаки: передо мной прямо из серого тумана соткалось три руны, значение коих я сразу прочитала. «Связь, Судьба, Смерть» — такое значение они имели по отдельности, а выстроенные в ряд получали особое значение: «Санса́ра». Увидев знакомое слово удивилась конечно, но значения особого не придала. Постаралась крепко запомнить написание рун. Ведь перевод был на русском, и вполне мог быть адаптацией местного фольклора к тому, о чём я имею представление.

— Это жреческие символы и подвластны они только служителям многоликих капищ. Только мои жрецы способны наделять оружие силой изгнания мёртвых. Жрецы, и теперь ты. Используй это знание и силу для своего блага. Заслужила! А теперь пора просыпаться, вставай… ставай…авай…вай…

Облик богини исчез, и эхо её последнего слова пронеслось в моей голове словно звон колокола, заставив резко открыть глаза. Я лежала всё там же, перед потухшим костром, от которого уже почти не веяло теплом. Спину мне грел вернувшийся ко мне Котик, разлёгшийся на животе, а солнце стояло уже так высоко, что пробивалось сквозь кроны деревьев. Тело гудело и ныло, что было ожидаемо. Это сколько же я спала?

— М-м-м! — застонав от боли в мышцах по всему телу, с трудом поднялась на ноги. Ушиб уже не болел, а припухлость и вовсе спа́ла, так что стоять было легко. Развязала тряпки на руках и ещё раз восхитилась новой скорости заживления — содранные мозоли уже покрылись тонкими корочками и почти не болели. Всё-таки Божество Тела — это крайне важный для меня элемент выживания. В противном случае я вряд ли протяну долго.

— Да, Катюша, это тебе не ёжиков выгуливать… Ну ничего, прорвёмся, подруга! Сейчас перекусим, и за работу. И от зарядки чур не отлынивать! — не знаю страшно ли то, что я начала говорить сама с собой, но и плевать честное слово. Даже если и сойду немножко с ума, зато хоть выживу.

Собравшись с силами начала спешно готовиться к продолжению своего путешествия. Вчера я ещё думала не стоит ли вернуться за копьём или арбалетом в тот лагерь? Но после пережитого знаю, что оно того не стоит — могу и не вернуться назад. Так что в путь!

Глава 8

До следующего вечера я успела преодолеть аж десять километров (по моим дилетантским прикидкам), а при моей физической кондиции, да по пересечённой местности, результат я считаю приличный. И даже успела как следует разместиться на ночлег, не встретив по пути ни одного лесного обитателя.

Скорей всего в этом была заслуга моего надзирателя-охранника, что бегал вокруг, распугивая своим запахом и помявкиванием всех остальных. Вернулся негодник! Оно и понятно почему вернулся, и то что просто так помогать мне не будут тоже понятно — местные богини не добрые самаритяне. Ну хоть зверьё местное Котик распугал, и то хлеб. Хотя, мне же ещё придётся учиться охотиться… Эх, жизнь моя тяжкая.

Но лес местный всё-таки был красив!

Заросшие мхами деревья и камни, причудливо изогнутые стволы пусть и вгоняли меня порой в грусть, однако влажный воздух и запахи трухлявого дерева и травы сами собой возвращали мои мысли в детство. То самое детство, где тебе весело и беззаботно, а заботливая бабушка всегда ждёт на обед с прогулок. Эх…

В этом лесу было очень много растений. Очень! Многие были мне незнакомы, однако встречались и такие, что очень сильно походили на земные варианты флоты, фактически являясь их копиями.

Да вот взять хоть это растение, что закрыло мой лагерь от чужих глаз с южной стороны маленькой лесной проплешины. Кустарник был очень густым и высоким, метров семь в высоту. Скорей даже деревце, а не кустарник, однако плоды его я не могла не узнать. Когда живёшь у леса и любишь читать, совсем несложно найти у бабушки книгу про растения и пойти в этот самый лес, представляя себя ботаником-натуралистом.

Я так часто играла, используя для игры книги вместо обычных игрушек.

В лесу такой игрушкой была для меня книга «Дикорастущие растения и грибы в медицине и кулинарии» — весьма занятное чтиво для практиков.

Короче, плоды, листья и внешний вид кустарника-деревца, раскинувшегося рядом, указывали на «Боярышник кроваво-красный». Название дано по виду плодов — те были очень яркого насыщенного красного цвета, и выглядели как маленькие яблочки. Правда на Земле их размер не превышал сантиметра, а эти были едва ли не до трёх сантиметров в диаметре — но это было единственным существенным отличием. По идее это растение было невероятно полезным!