Антон Темхагин – Ал'Терра: Магия Крови (страница 5)

Бедный старый Доуэлл и сам уже начал в это верить — это заметно. Но то скорее от отчаяния, он явно не дурак, иначе бы не долбил два месяца письмами полицейское управление Кентара. Оставалось надеяться, что не все в Глухом логе поверили в легенду о Звере, иначе докапываться до сути станет труднее — все будет нести чушь и лишний раз поминать Раала. Или Томаса Лерро — он же тут главный святой.

Как бы там ни было — нужно работать. Вообще-то Флин никуда не спешил, наоборот — чем позже он вернется в столицу, тем лучше. Вот уж там его точно подождут. Но с другой стороны — он очень сильно сомневался, что быстро разберется с этим делом, как бы ни старался. Это если вовсе получится хоть что-то нарыть — обстоятельства, прямо сказать, необычные. С таким он еще не сталкивался.

Первым делом, как и советовал Доуэлл, стоило навестить местного лекаря и осмотреть последнюю жертву. Флин уже видел тела в мыслеобразах, но они вышли расплывчатыми, неясными — староста, чьими глазами он и смотрел, не слишком стремился рассматривать зверски растерзанных людей. Лекарская, кстати, была не на площади, как сначала подумал дознаватель, но и не особо далеко — несколько домов пройти по улице Горшечников, а после поворота направо миновать еще два.

Флин размашисто зашагал по грязной улочке. Дождь немного присмирел, но все равно противно плевался мелкими каплями, хотя сейчас это было даже кстати — немного отвлекало от бури в голове. Дорогу все же развезло, сапоги уходили в грязь и с мерзким чавканьем от нее отрывались. Поначалу Флин старался идти аккуратнее, чтобы не забрызгать штаны и плащ, но потом бросил эту затею — все равно придется отмываться.

На улице Горшечников, которая уходила от центральной площади на восток, по пути так никто и не встретился. В окнах домиков уже горели лампы — если бы не это, то можно было бы счесть этот поселок давно заброшенным. Погода плохая, где-то на улицах шастает маньяк — лучше сидеть дома и заниматься своими делами, это уж точно.

За всю жизнь Флин не бывал ни в деревушках, ни в поселках, и все это было для него в новинку. До сегодняшнего дня он никогда не уезжал дальше окраин Кентара, но там все выглядело не так. Дома побогаче, народу все равно много, как и мощеных дорог. Здесь же... Не Кентар, но терпимо.

Флин с улыбкой вспомнил удивление на лице обер-полицмейстера Гвенна, когда его старший дознаватель, который знал Кентар как свои пять пальцев, но не любил ездить даже в пригород, вдруг сам вызвался на работу в какую-то глушь. Это было странно, но пришлось рисковать. В иное время Гвенн, конечно, мог бы что-то заподозрить, но его так завалило делами, что он не заметил бы и медведя у себя на носу. Отпускать Флина он не хотел — куда там, когда весь Кентар с каждым днем все больше превращался в растревоженный осиный улей, рук и так не хватало. Но уговоры и одна маленькая уловка помогли.

Уловка, за которую, если бы его раскрыли, Флин тут же лишился бы головы. Буквально. Но опять же — риск того стоил. Да и в своих силах Флин был уверен. До определенной границы.

За раздумьями он и не заметил, как добрался до лекарской. С виду она почти ничем не отличалась от остальных домов, разве что крыша посолиднее, да около двери висела табличка с символом гильдии лекарей — перекрещенные ладони, намалеванные белой краской. Флин быстро нырнул под навес у входа и постучался.

Дверь почти тут же распахнулась — свет из проема резанул по глазам, в ноздри вполз запах спирта и аниса.

— Старший... — начал было Флин, но его прервали.

— Пэрр Рубис? Я вас ждал, заходите быстрее, вы мокрый до нитки.

Ослепленный ярким светом ламп, Флин даже не сразу разглядел, кто же к нему обратился и пустил внутрь.

«Поразительно быстро тут новости передаются, я ж у старосты и получаса не просидел», — подумал с усмешкой.

Лекарь Сайлас, а это явно был он, показал на одну из дверей небольшого коридорчика и сказал:

— Заходите пока, раздевайтесь, я сейчас чай принесу.

— Я...

— Отказываться бесполезно, идите, грейтесь.

Флин посмеялся про себя, но спорить не стал. В кабинете он сразу скинул плащ и шляпу, отправил их на вешалку. А когда уселся поближе к печке, то понял, что и правда продрог.

Кабинет у Сайласа был некрупным, но уютным для лекарской. В стиле Доуэлла — шкафы с книгами вдоль стен, большой письменный стол ближе к окну, печка, несколько мягких стульев (а в коридоре Флин заметил весьма удобные на первый взгляд тахты — наверное, там обычно ждут пациенты).

Флин готов был увидеть большой человеческий скелет в полный рост где-нибудь в уголке, но тут его не было. Только стройная вешалка с одеждой лекаря (а теперь и дознавателя), да крохотный диванчик, втиснутый между шкафами.

— Принимаю я не здесь, — сказал Сайлас, заплывая в кабинет с большим подносом. Как показалось Флину — все-таки медицинским.

«Надеюсь, там недавно не лежали чьи-то органы».

— Этот только для особых гостей?

— Почти, — усмехнулся Сайлас и поставил поднос на стол. — Но больше для себя. Приемная у меня за стенкой. Там чай пить вы бы не стали.

— А вы?

— А я и в холодильной могу, чего я там не видел.

Сайлас как-то странно посмотрел на Флина, что тот даже не понял — шутит лекарь или нет. Но секунду спустя он рассмеялся.

— Да вы пейте, тут бутерброды еще, — лекарь кивком показал на поднос. — Дело немного подождет, а то аппетит перебьете.

— Ерунда, этим меня не пронять, — хмыкнул Флин и взялся за бутерброд, хотя еще недавно не собирался ничего есть, даже старосте отказал. Но желудок уже пришел в себя, а холодный дождик чуток подморозил тело, так что теперь хотелось подпитать организм. Боль, впрочем, тише не стала, но с ней дознаватель уже начал свыкаться.

На вид Сайласу было около тридцати — примерно столько же, сколько и Флину. Вытянутое вверх лицо, аккуратно зализанные назад черные как смоль волосы, длинный нос с кривенцой, неаккуратная трехдневная щетина на щеках, большие глаза под полуприкрытыми веками — его взгляд казался одновременно отстраненным и расслабленным, но в то же время внимательным. Слабая ухмылка (именно ухмылка, а не улыбка) как будто никогда не сползала с краешков его губ. Впечатление он производил странное, и Флин не мог понять, нравится он ему или же пугает. А белый длиннополый халат с высоким воротом не давал забывать, что перед ним стоит доктор.

Сайлас не стал забираться в кресло, а устроился на краешке стола. Флин уже дожевал один бутерброд и спешно запивал горячим чаем — внутри постепенно разливалось тепло.

— С чего начать? Раймонд все рассказал?

— Вот это сейчас и проверим. Биографию жертв я уже знаю, где и как их нашли — тоже. Мне нужны детали... чисто вашего профиля.

— Разумеется, — Сайлас коротко кивнул. — Не только расскажу, но и покажу. Один все еще у меня в холодильной. Остужал его как мог.

По спине Флина пробежал морозец.

— Но рассказывать лучше как раз в холодильной. Сами все увидите, — продолжил лекарь. — Согревайтесь пока, а то там опять придется померзнуть. Ну хоть дождя нет.

Флин допил чай и вернул кружку на поднос. Мучать сейчас лекаря вопросами о телах смысла нет, тут он прав, лучше сначала все увидеть. Так что пока можно прощупать самого Сайласа.

— Вы давно тут?

— В глухомани-то? Второй год. Хотя по ощущениям — лет сорок, — Сайлас покачал головой. — Тут застыло все, месяц за год идет.

— А, гильдия послала? Практику нарабатывать?

Лекарь вздохнул и посмотрел в пол.

— А кто ж еще? Еще три года тут штаны протирать.

— И как тут народ? Очереди в коридоре не видно.

Сайлас засмеялся.

— Да откуда им сейчас взяться? Они из дома не высовываются лишний раз. Я, кстати, тоже. Во всяких Зверей не верю, но какой-то ублюдок распотрошил уже троих — я следующим быть не хочу. Они теперь даже если руку себе отпилят, то просто тряпочкой перевяжут и скажут, что так и было.

Флин задумался. Понятно, что народ напуган, но чтобы настолько... Даже к лекарю не ходить? Может, дело-то еще и в самом Сайласе? Два года — небольшой срок для местных, которые в Глухом логе всю жизнь куковали. Для них лекарь — до сих пор новичок, а кого всегда подозревают первым делом? Вот именно.

Да и странноват этот Сайлас, надо бы с ним поосторожнее.

— Ладно. Ведите к телу.

***

Холодильная нашлась в подполе лекарской. Флин спустился по узкой лестнице вслед за Сайласом — тот шел впереди с лампой в руке. Кожу сразу обдало холодом, мороз забрался за воротник плаща, который еще не успел просохнуть. На нижней ступеньке в голове ударило особенно мощно — Флина повело, и он чуть не влетел плечом в темную стену. Лекарь, к счастью, не заметил. Он вышел к центру небольшого помещения и повесил лампу на потолочный крючок. Мягкий свет упал на длинный металлический стол и нечто, закрытое серой дерюгой.

Сайлас без лишних церемоний скинул покрывало на пол и чересчур манерно сделал приглашающий жест.

Флину за десять лет работы доводилось видеть всякое. В городе убивали не менее жестоко и изощренно, чем на окраине. Он рассматривал изуродованные трупы, которые оставляли за собой местные банды, устранявшие неугодных. Видел целые свалки продырявленных пулями тел, остававшиеся после разборок Кровавых когтей и Воронов Беркса. Попадались ему и жертвы маньяков — за одним таким он шел по трупам целый год. Но это...