Антон Текшин – Застрявший в Темном Пальце (страница 64)
Однако среди безумной мешанины цветов определённо прослеживалась некая закономерность. Песок фонил в одной части спектра, а плотная ткань шатра — в другой. Сияние живых отличалось от более тёмного излучения мёртвых. Умирающие пребывали где-то между ними, причём доспехи почти не играли роли. Металл был везде одинаков. Даже у Доски, которая сама отличалась от людей.
Более-мене освоившись в мире ожившего экспрессионизма, я начал подмечать более тонкие детали. Жженоземцы, например, имели немного другой оттенок сияния. Среди почивших самураев тоже нашёлся их представитель. А так бы и не понял, пока его не раздели.
Стоило сосредоточиться на чём-то конкретном, как другие пятна тут же тускнели. Я ещё немного поигрался с «калибровкой», после чего уверенно пошёл прочь от места схватки. Несколько шагов туда, парочку сюда, и вот оно. Кажется, тут.
Арбалет повис на ремне, освобождая мне руки. Достать чоппер лишь одной из-за перевязи за спиной невозможно. Отрезать себе ухо — запросто, но не перевооружиться. Слишком длинный клинок, это у Тары огрызки чуть длиннее кинжала. Вжикнув под силой механической руки, прямая сабля вошла в песок чуть ли не на полметра. А тот в свою очередь вспучился, исторгая из себя бьющееся в конвульсиях тело.
Потому что я не удержался и послал короткий разряд сквозь оружие. Да и зацепил хорошо, прямо в грудь. Осталось только вытащить добычу на свет божий, чтобы рассмотреть её повнимательнее, обычным зрением.
Мало ли, вдруг у него внутри поселились розовые волоски?
Но человек оказался вполне обычным, хоть и успел обиженно пробулькать:
— Кто… ты?
— Возмездие, — коротко бросил я, потеряв к лазутчику интерес.
В шатре осталась одна-единственная персона, которую не могла скрыть ткань. Только не от меня.
— Вы напали на дворянина! — зазвенел высокий девичий голос, стоило мне подойти поближе.
— Спасибо, мы в курсе. Выходите, леди.
Девушка исполнила приказ, и тут же с испуганным возгласом попыталась юркнуть обратно в свой вигвам. Но куда более шустрая Двойка дёрнула её за руку. Аристократка рухнула на колени, поражённая до глубины души такой наглостью.
— Не смейте прикасаться ко мне!
— Если вы ответите на все наши вопросы, никто вас и пальцем не тронет, — пообещал я, разглядывая виновницу побоища.
Вот вроде бы лицо красивее чем у сестры, манеры опять же, но глянешь на человека и чувствуешь омерзение. Дворяночку колотила мелкая дрожь, её глаза метались из стороны в сторону, нигде не находя покоя. Ну да, картина вокруг не располагала к оптимизму. Самураи полностью исполнили свой долг, а вокруг стояла шайка злобных оборванцев, перепачканных в крови, дерьме и кое-чём похуже.
Один только вид составного топора, с которого лениво соскальзывали чьи-то ошмётки, может повергнуть любого неподготовленного человека в шок. Доска и не думала чистить оружие, выставив его напоказ, как и принято у шеков. Чем больше вражеского ливера намотал, тем почётнее. Сам поначалу не мог поверить.
Кое-какое душевное спокойствие вернулось к Заре лишь с появлением Камуры. Шпионка пришла вместе с Ютой, работы для которой почти не было. Мы разгромили охрану без потерь, так что новому главе службы безопасности светила отставка. Если он ещё на месте.
— Остановите этого безумца! — повелела аристократка, стряхнув с кимоно пыль.
— Я не имею такого права, — призналась Куколка.
— Он всего лишь мелкий выскочка, а я — леди Инаба! Ты не можешь ослушаться меня!
— Насколько мне известно, ваша сестра не передавала вам полномочия. Тем более, у меня нет при себе оружия и бойцов. Прошу простить мою беспомощность.
Шпионка демонстративно развела руками, подтверждая свои слова. Хотя удивлюсь, если у неё где-то в рукавах не припрятано по кинжалу.
— Ты за это ответишь! — обиженно прошипела Заря.
— А вы ответите за убийство членов клана Инаба, — парировала жженоземка. — Или продолжите отрицать связь с Песчаными ниндзя?
— На меня саму напали! Ты что, слепая?
— У нас есть свидетели. Обвинитель уже в пути, мы ждали только вашего возвращения.
— Мне угрожали, — тут же сменила позицию предательница. — Это страшные люди!
— Такие все из себя лысые и очень сильные? — с весёлым оскалом уточнил я. — Один ещё любил называть себя Хозяином, да? Спешу вас обрадовать, уважаемая, его постигла кончина. Как и всех остальных.
— Этого не может быть! — взвизгнула Заря.
— Они тоже так считали. Пока их прах не пролился с дождиком где-то в Синкаане. А может, и до Мочалки уже долетел… — прикинул я, после чего придвинулся вплотную к перепуганной аристократке. — Или вы думаете, мне дали статус просто за красивые глаза?
Девушка вздрогнула и до крови прикусила губу.
— А теперь главный вопрос, где Лиффия?
— Кто-кто? — вполне искренне удивилась она.
— Служанка. Моя. Которую вы оболгали.
— Она украла мою брошь!
— Разве я похож на судью? Не надо мне лить воду в уши, доказывая свою ложь. Где она?
— Сбежала. Сильный ветер скрыл её следы.
— И вы прекратили свою любимую охоту? Я в курсе, что это далеко не первый раз, когда ваше высочество гоняет заключённого по пустыне. Азарта в жизни не хватает, да?
— Мне просто нужен был повод, чтобы встретиться…
Она бросила быстрый взгляд на скрытника, который уже отмучился, и тут же зачастила вслух:
— Я готова предстать перед императорской канцелярией и все рассказать. Прошу считать меня официальной заложницей…
— Рю, — бесцветным голосом позвала меня Двойка.
Пока мы с Куколкой играли в злого и очень злого полицейского, Тара обыскала палатку и вытащила оттуда роскошный арбалет с размахом плеч как у орла. Сравнение пришло мне в голову не просто так, а благодаря богатому орнаменту, стилизованному под птичьи перья. Такой дурой нужно стрелять с треноги, либо ставить раком кого-нибудь из прислуги в качестве опоры.
Но я тут же позабыл про дорогую игрушку, когда следом лазутчица протянула мне увесистый мешок из тёмной синтетической ткани. Любая другая бы протекла, потому то оттуда на меня уставились бледно-голубые глаза. Они смотрели на меня с немым укором, пока я безуспешно пытался протолкнуть ком в горле.
Твою мать, ну как же так…
Тара деревянными движениями развернула ткань дальше, и поднявшийся ветерок легонько зашевелил рыжие пряди. Увы, ничьих следов он так и не скрыл. Я знал это с самого начала, но как дурак надеялся до последнего.
Теперь оборвалось и лопнуло что-то у меня прямо в груди.
Кончиками пальцами я осторожно убрал волосы с бледного лица и привёл их в порядок. А потом и вовсе погладил голову. Непутёвую, но такую родную. С характерной впадинкой на месте удара святой палицей. В тот раз мы успели её спасти, а на этот безбожно опоздали.
— Прости нас, сестрёнка…
Закрыть распахнутые глаза я так и не сумел, поэтому на помощь пришла Двойка. Меня снова било разрядом, который никак не хотел проходить. Пальцы дрожали, отказываясь подчиняться такому конченому идиоту.
Больше никто из собравшихся не проронил ни звука, даже Камура. Слова тут казались лишними.
Охотница за трофеями ещё больше побледнела — никакие белила так не справятся. Шарить в личных вещах аристократа строжайше запрещено, только Двойке глубоко плевать на такие тонкости. Как и на прочие вето, включая насилие над высочайшей персоной. Чернота в её глазах почти вытеснила пурпур, хотя до вечера ещё далеко. Не мигая, она глядела сквозь Куколку, обречённо вставшую у неё на пути. С тем же успехом шпионка могла взойти на эшафот.
— Спокойней подруга, мы ведь обещали.
Мечница медленно перевела тяжёлый взгляд на меня, будто двигала орудийное дуло.
— Я всегда держу своё слово, — напомнил я ей. — Чего бы мне это ни стоило.
Теперь осуждающих взглядов на мне скрестилось куда больше. Камура тоже обернулась, единственная верно истолковав мои слова.
— Ты потеряешь не только статус, но и жизнь!
Заря отчаянно закивала ей вслед, растеряв последнее самообладание. Однако я преспокойно стёр чужую кровь с клинка и вернул его в ножны за спину. Туда же пристроил и свой арбалет, забрав у Двойки охотничий самострел.
— Какая замечательная вещица…
Оружие оказалось не таким уж и увесистым при своих немалых габаритах. Мастерская работа, сочетавшая в себе вычурный дизайн и прекрасную балансировку. А уж снаряды… Почти полметра в длину, с роскошным ярким оперением и бритвенно-острым наконечником. Это уже не болты, а настоящие стрелы из металла. При этом они ложились в ложе как литые, без малейшего перекоса.
Разве что взводить тетиву нужно было по старинке. Без протеза я бы точно на весу не справился с таким тугим тросом. Сила натяжения впечатляла.
— Убери от него руки! — пискнула охотница. — Это личный дар!
— Неужели от твоего покойного Хозяина?
Она молча кивнула в ответ.