Антон Текшин – Застрявший в Ревущем лабиринте (страница 50)

Нервы стали ни к чёрту…

На покатых боках фасолины имелись многочисленные ручки для транспортировки, но мужикам пришлось поднапрячься, чтобы сдвинуть эту махину с места. Тянула она где-то на центнер. Двоих для транспортировки откровенно не хватало, а создатели не позаботились о колёсиках. Увы, толку от Двойки никакого, а я взвалил на себя Юту. Не бросать же тут её.

— Мы закончили, — провозгласил Старый, помедитировав ещё минут двадцать возе алтаря. — Возвращаемся.

Я тактично не стал ему напоминать, что на далёкой отсюда поверхности нас ждёт ещё один раненный и долгая прогулка до побережья. Хорошо, если управимся до утра, в чём сильно сомневаюсь. Полмиллиона просто так не дают, за красивые глаза.

Ладно, будем делать передышки почаще. Что Шеста, что Молотильщика хлюпиками не назовёшь, и у них на двоих почти полный набор искусственных конечностей, которые не знают усталости.

Однако не успели мы вернуться в разгромленную лабораторию, как я почувствовал уже знакомую вибрацию, которую отлично передаёт камень. Подобная дрожь возникала при движении врат, но наш ход вроде бы не собирался нас тут замуровывать. Просто он тут был далеко не единственным — ещё один круг располагался неподалёку от алтаря прямо в полу, а другой маячил на противоположной стороне пещеры. Оттуда и шла тряска.

Примерно так себя чувствует человек, застигнутый на месте преступления. Слишком долго возились!

Старый хрыч замер, обернувшись к источнику нехорошего звука. Скрежет и шуршание нарастали, а вместе с ними в движение пришёл один из четырёх лепестков. Правый верхний. Другие остались неподвижными, но размер каждого позволял при желании пропихнуть туда хоть саркофаг, хоть залезть самому.

— Невозможно! — прохрипел динамиком скелет.

У меня прямо нога зачесалась отвесить ему пинка.

— Явились, не запылились… — проворчал я, прикидывая позицию получше.

Хоть мне и нравится быть правым, но не в этом случае. Сейчас бы предпочёл раз десять ошибиться, или хотя бы пять.

Юту пришлось опять бросить, как и увесистый кокон синтетика, но наш наниматель нисколько по этому поводу не расстроился. Он вообще о нас позабыл, рванув навстречу открывшемуся проходу. Для обычного человека довольно быстро, но встречали его там совсем не люди. Из темноты навстречу боевому роботу с хлопком вылетела стальная сеть, спеленав его почище мухи в паутине.

Старый грохнулся на пол, прокатившись чуть ли не до самой двери. Там он и задёргался, пытаясь разорвать путы. Без особого успеха. Возраст к сожалению не прибавляет мозгов. Наверное, когда ты мочишь на протяжении веков примитивных мечников, это невольно отупляет.

Мы его доблестному примеру следовать не стали, затаившись за техникой кто где, и эта нехитрая уловка сработала. Внутрь пролез невысокий и какой-то неуклюжий боец в инквизиторских доспехах, держа в руках бамбуковый тубус вместо меча. Мне это совершенно не понравилось, поэтому я в качестве приветствия угостил святого брата болтом. Тот угощение распробовал и рухнул как подкошенный… А потом грохнуло так, что я едва не расплескал содержимое черепной коробки. Голову будто конь лягнул копытом и довольный поскакал дальше.

Не будь на мне защиты, всё закончилось бы печально, ведь в себя я начал приходить в паре метров от того места, где сидел с арбалетом. Меня оттуда попросту сдуло.

Надо признать, даже пропущенный удар в челюсть не так впечатляет. Рот наполнился кровью, зубы ныли до самых скул, а в ушах стоял монотонный гул. Маленькие пчёлки мельтешили перед глазами, пытаясь собраться в кучу и привести сбоящее зрение в порядок. Охренеть, как приложило…

И это ещё спасибо шлему, который уберёг мне голову от лишнего сотрясения. А подберись камикадзе к нам поближе, никакая защита бы не спасла. Толку черепахе от панциря, если в её озеро кинули шашку динамита? Тут как будто рвануло не меньше.

Интересно, дурачка хоть предупредили напоследок, что в тубусе взрывчатка? Ну да, ещё чего. Местные даже слова такого не знают.

Борясь с подступающей к горлу тошнотой, я принялся искать оружие. Как бы плохо ни было на душе, с ним чувствуешь себя спокойнее. Однако мы с арбалетом где-то разминулись на этом участке жизненного пути, а времени на раскачку мне никто не дал.

В клубах дыма что-то промелькнуло, и на меня выскочил очередной святоша с православным мечом. За что ему отдельное спасибо — я сейчас и автомату не сильно удивился бы. А колюще-режущим орудием ещё дотянуться надо. Острие вхолостую чиркнуло по нагретому моим телом камню, но дальше мне катиться было некуда. Со всех сторон подпирала покорёженная взрывом техника.

Рыцарь напоследок обрадовался, но тут его чуть пониже шлема ужалило узкое лезвие копья. Бедолага инстинктивно схватился за его основание, пытаясь выдернуть инородный предмет из горла, и совсем забыл про меня. Очень зря, потому что тут же оказался на полу, затыканный трезубцем в районе ног и паха. Протез бил куда сильнее обычной руки, прошивая плотный поддоспешник и даже стык латных пластин.

Нет, я не маньяк, просто перестраховываюсь.

Воин первое время трепыхался, но Шест освободил оружие и вторым ударом оборвал его мучения, пробив кольчужный воротник. С этим вроде бы всё — в ранах я не заметил нитей. Сколько там ещё осталось? Дым в пещере большей частью рассеялся, а гореть тут особо нечему, за исключением парочки агрегатов. Да и те чадили весьма умеренно, как перегоревший компьютер.

Толп врагов я не разглядел, зато неподалёку обнаружилась Двойка, мотающая головой так сильно, что брызги крови с носа разлетались по сторонам. Ну, хоть живая, а могла и об соседнюю колонну приложиться. Она и так умом не блещет, поэтому сотрясения для неё строго противопоказаны.

— Господин, вы можете встать? — уточнил у меня самурай сквозь лёгкий гул в ушах.

Я не определился с ответом, поэтому решил проверить себя на практике. Худо-бедно поднялся, благо нам никто не мешал. Единственный оставшийся противник склонился над Старым неподалёку от эпицентра взрыва. Робот лишился большей части сетей вместе с боевой конечностью и, кажется, левой ногой. Так что старший инквизитор в роскошной ало-золотой броне с белоснежными вставками эмали занимался вредительством почти безнаказанно.

За одни только доспехи мы могли выручить кругленькую сумму, даже в таком исцарапанном и слегка помятом состоянии. Сразу видно, что лёгкой прогулкой для хозяина вылазка не стала, да и контингент сократился. Однако он и в одиночестве представляет огромную угрозу, а наша главная боевая единица окончательно превратилась в рухлядь.

Неудивительно, что бравый рыцарь не обращал на нас никакого внимания.

Пока мой основной арбалет валялся чёрт знает где, я мог ему только пальчиком погрозить, но благо Юта никуда не делась из своего закутка. Где положили, там и лежала, умничка. А вместе с ней — её медицинская сумка и личный самострел. Простенький, компактный, не особо сильный, но всё же лучше, чем ничего. А то и гляди, расковыряет нам нанимателя окончательно, придётся ещё и его тащить до кучи.

— Брат Орно! — крикнул я, нажимая на пусковую скобу.

Как ни странно, рыцарь меня услышал. И даже повернул ко мне голову в шлеме. А вот дальше произошло непредвиденное. Запущенный болт вместо того, чтобы продырявить позолоченное ведро или хотя бы оставить там вмятину, оказался в стальной перчатке. Что ещё за фокусы? Я мог бы промахнуться, учитывая моё мутное состояние, но снаряд именно что поймали. Как бабочку, в воздухе.

— Господин, берегитесь!

Шест бесцеремонно меня отпихнул, выставив перед собой копьё в защитной стойке. Со старшим инквизитором нас разделяло чуть меньше тридцати метров, однако тот преодолел эту дистанцию быстрее легкоатлета в трико. За считанные мгновения, будто им из пушки выстрелили. Перезарядить допотопный арбалет я бы точно не успел, максимум — взвести.

А потом пришлось бы попрощаться с головой.

Воитель налетел на нас тропическим ураганом, размываясь в воздухе от скорости. Однако матёрого самурая обмануть не вышло. Тот встретил противника не менее стремительным выпадом копья, вонзив остриё точно в стык расписного нагрудника и наплечника. Рыцарь рассержено зашипел, пригвождённый на месте, только у нас не хватало народу для добивания. Молотильщик своротил массивный агрегат головой и отдыхал, а Двойка едва поднялась на ноги.

Обычный человек и так никуда бы не делся, но мы имели дело с настоящим монстром, который лишь выглядел похоже. Ударом меча он отсёк древко вместе со стальным стержнем, будто бамбуковый стебель. А следом и досталось и самому Шесту, который не собирался отступать и выхватил короткий кинжал. Клинок со странным оранжевым отливом, будто имел примесь меди в сплаве, оставил глубокую прореху в кирасе и начисто срубил кисть сержанту.

Страшный удар отбросил его в бок, смахнув с шахматной доски.

Моего же выстрела практически в упор ублюдок даже не заметил. Болт вошёл ему в бок чуть ли не на половину, только с тем же успехом можно носорога деревянной зубочисткой потыкать. И вся кипящая во мне ярость не могла ничего поделать.

По всем раскладам наступала моя очередь отправиться следом за самураем, но я вместо того, чтобы помереть в обнимку с разряженным самострелом, как принято у арбалетчиков, отшвырнул его прочь, выигрывая себе лишнюю долю мгновения, и выставил перед собой голый протез. Старший инквизитор небрежно отмахнулся от бандурины, развалив её на две части, и тут об его броню стукнулся стальной шарик на цепочке.