Антон Текшин – Волшебство не вызывает привыкания (страница 14)
Чёрт, лэвелап же должен приносить удовольствие! Я же читал где-то…
Теперь вспомнилось точно, что нечто подобное мне попадалось прежде в книгах. Про то, как люди оказывались в компьютерной игре. Даже жанр такой был, почти из одних согласных букв. Нет, само название пока не всплывало, а вот многочисленные тексты — пожалуйста, сколько угодно. Обычно в них главному герою несказанно везёт уже со стартовой локации — плюшки, озабоченные самки и эпичные квесты валятся на него непрерывным потоком. Только успевай лицо и руки под этот золотой дождь подставлять.
А вот мне если чего и перепало, то исключительно по хребту и голове, с размаху. Несправедливо получается. Хотя я, в принципе, хотя бы ещё жив, чем нынче могут похвастаться немногие. Но это уже моя личная заслуга.
Если вокруг действительно игра, то какая-то не очень правильная. Прямо скажем — бредовая. Но может, это оттого, что я сейчас в психонаркотическом угаре, и стоит мне приоткрыть глаза, как вокруг окажется привычная обстановка моей палаты? И сейчас надо мной как раз санитары с врачами общаются.
Но нет, на такой исход вряд ли стоило надеяться, потому что даже сквозь сомкнутые веки пробивалась настырная надпись:
Интерфейс оптимизирован!
— Суки…
Я хотел ещё добавить, чтобы ответственные за весь этот бардак срочно отращивали себе глаза и задницы для их последующего натягивания одно на другое, но язык валялся во рту варёным куском мяса. Точно, я ж его прикусил! Ладно, надеюсь они хоть умеют читать мысли…
— Опа! Очухался!
Отмахнувшись от надписи, растворившейся незримой дымкой, я первым делом увидел направленное на меня дуло гладкоствольного охотничьего карабина. Вроде как «Сайги», но какой-то более массивной, что ли, со стволом такой длины, что на нём можно было при желании танцевать стриптиз. Серьёзная пушка, с такой и на лося с медведем ходить не стыдно.
Оружие держал белобрысый молодчик в штанах-«горке» и берцах на высокой шнуровке. На широкой груди едва не лопалась по швам тельняшка с коротким рукавом. Я оценил размер бицепсов этого среднерусского Рэмбо и пришёл к выводу, что огнестрел ему совершенно ни к ему. Он и так в человеке может лишнюю дырку сделать. Пальцем.
Павел Гусев.
Уровень — 0.
По бокам от полосатого парня стояли ещё двое бородатых мужиков постарше, с типичными деревенскими мордами. Одеты они были кто во что горазд, так что это точно не были представители нашей доблестной армии. Один оказался вооружён короткой двустволкой-горизонталкой, а второй — обладатель объёмного живота — держал в руках знакомый топор с прорезиненной ручкой. И отпускать его явно не собирался.
— Э! — я активно заворочался, привставая с палой листвы. — А ну-ка положил вещь на место!
— Какой резкий, — хмыкнул похититель. — Больше ничего не хочешь?
— Хочу, но тебе мои желания вряд ли понравятся, — проворчал я, садясь на корточки.
Ох, и шатало же меня… Мышцы болели так, будто из них пытались сделать отбивную, да бросили это занятие на полпути. Перед глазами ещё танцевали цветные круги, но зрение понемногу приходило в норму. И чего там оптимизировали на этот раз?
Верхние закладки остались все на месте, а вот справа нарисовались три шкалы — красная, бирюзовая и пепельно-серая, полностью пустая, в отличие от двух других. Когда я смотрел вперёд, они уплывали к самой периферии зрения, но стоило перевести на них взгляд, как те выдвигались обратно. Удобненько.
Ну, тут-то всё вроде понятно — жизнь, мана, и ещё какая-то нужная фигня. Погружаемся в игру с головой, аж уши заложило. Интересно, а циферки урона от противников отскакивать будут?
Шутки шутками, но теперь хотя бы можно будет отслеживать своё состояние не только по внутренним ощущениям. Но это потом, а сейчас нужно разобраться, чего от меня хотят. Ведь, если бы ребят интересовали только лишь материальные блага, они просто прихватили бы остальные мои пожитки и молча убрались восвояси. Но рюкзак преспокойно лежал рядышком. Пока что.
— Слушай, давай без глупостей, — предложил качок, не опуская ствола. — Просто скажи, что тут случилось.
— Ничего страшного, мы просто одну полянку неким Геворком не поделили, — с кривой усмешкой ответил я. — Пришлось его немного поджарить.
— Кем-кем? — переспросил мужик с двустволкой.
— Ну, этим… — я потёр переносицу, но слово вспоминаться не хотелось, а лезть обратно в логи было лень. — Как его… В общем, с местным хищником. Выглядел он, как пенёк с гибкими корнями.
— Дерево-людоед! — немного испуганно выдохнули бородачи в один голос.
— Да ну, — махнул я рукой. — Мне кажется, оно всех подряд жрало, без разбора. Кости разные там валялись. Кажется, мне даже одна черепушка с рогами попадалась…
— И как же ты его спалил, термитом, что ли? — недоверчиво поинтересовался белобрысый, кивнув мне за спину.
— Охренитом! — срифмовал я, проследив за его взглядом.
От полянки осталось лишь одно название. Выглядело некогда гостеприимное место так, будто там действительно прошлись каким-нибудь напалмом — земля, местами присыпанная толстым слоем пепла, спеклась плотной коркой и растрескалась, как дно засохшей лужи. Из многочисленных трещин то и дело вырывались жиденькие струйки дыма, напоминая мне виденный где-то по телевизору торфяной пожар. Хорошо, что успел отсюда убраться до того, как потерял сознание. Иначе сейчас бы щеголял золотистой корочкой, любому поросю с яблоком на зависть.
М-да, если каждый левелап придётся так страдать, то пусть меня в следующий раз лучше сожрут. Не так больно будет.
— Ладно, так и быть, расскажу, — пообещал я. — Если вернёте топор, и штаны какие-нибудь сверху накинете.
Увы, но моя больничная одежда приказала долго жить. Последнее сражение доконало пижаму окончательно и её душа отлетела на ближайший ткацкий комбинат, ждать следующей реинкарнации. Я остался в типовых трусах с биркой и куртке на голое тело, которое стремительно покрывалось гусиной кожей от свежести, разлитой в воздухе.
— Может быть и поделимся, — хмуро ответил качок. — Когда с брехнёй решишь завязать. На твоём месте, я бы лучше не врал, фантазёр ты хренов…
— А на твоём месте, я бы не злил человека, который прошлого такого угрожальщика кактусом убил!
Троица переглянулась, будто что-то решив промеж себя.
Я же принялся плотнее закутываться в куртку, пытаясь сохранить остатки гуляющего в теле тепла, и только сейчас понял, что ещё кое-какой привычной детали одежды не хватает. На всякий случай похлопал себя по груди и карманам. Пусто.
— Не это ли ищешь? — ехидно улыбнулся бородач с топором, помахав мне ожерельем из пластиковых бейджиков.
— Угадал.
А времени они зазря не теряли. Наверное, и в рюкзак не поленились заглянуть в поисках сюрпризов. Жаль, что ни на одну физиономию на удостоверениях я не похож — выйти за работника центра промывания мозгов вряд ли выйдет.
— Может, теперь перестанешь нам сказки впаривать? — жёстко спросил обладатель двустволки. — Дерево-людоед играючи убило несколько наших… А ты любому из них и в подмётки не годишься. Так что, если продолжишь врать, попрощаешься с зубами. Для начала.
— Ну чего же с вас взять, если вы такие ракообразные, — вздохнул я. — Не можете в это поверить — ваши проблемы.
Мужик опустил ружьё, явно намереваясь перейти от слов к делу, но крепыш в тельняшке его остановил:
— Дим, ну чего ты! У него же кукушка явно поехала — чего ты от психа хочешь?
— Думаешь, он верит в то, что говорит? — нахмурился тот.
— Ты на него посмотри — он на нас, как на дебилов смотрит, его даже оружие не пугает.
— А здесь он как оказался?
— Сбежал, скорее всего, когда всё началось, — предположил парень, легонько пожав плечами. — А там — бог его знает, пронесло, наверное. Дуракам везёт.
— Верно, и вы тому — живое подтверждение, — я сокрушённо покачал головой. — Эх моряк, ты слишком долго плавал…
— Может, всё-таки его с собой прихватим? — ничуть не обидевшись, спросил товарищей полосатый. — Пропадёт ведь.
— Нет, тащить такого в лагерь нельзя, — встрял топорщик, пряча ожерелье в карман. — Мало ли, чего у него там в башке творится.
— Берём вещи и уходим, — поддакнул обладатель двустволки. — Трогать его никто не будет, если не рыпнется.
Меня уже порядком достало то, что мою судьбу обсуждают так, будто меня здесь нет. В душе понемногу разгоралась злость, которую я изо всех сил старался глушить. Против троих, да ещё и с оружием, мне сейчас точно не выстоять — обе шкалы полны чуть больше, чем наполовину. Но на всякий случай я сел вплотную к ближайшему дереву, медленно насыщаясь энергией. Даже как-то слишком медленно. Симбиоз поломался, что ли?
Однако, дело оказалось в другом.
Вторичные параметры за время моей отключки ощутимо подросли. Сила теперь равнялась шести единицам, Ловкость — двум, но больше всего порадовали магические показатели. Защита поднялась до восьми, а Энергоёмкость — до шести. Что сразу же увеличило мои Запасы сил — считай, той же маны — до солидных шестидесяти единиц, вот почему она так неспешно наполнялась. Жизнь вообще подпрыгнула сразу в два раза. Вот это я понимаю — прокачался, так прокачался! Если бы не эта чёртова боль…
Получается, я теперь могу сколдовать
Всё бы хорошо, вот только каких-то серьёзных физических изменений в теле не было заметно. Разве что, похудел ещё сильней, став напоминать выпускника фашистского концлагеря. Рельефом мышц и не пахло, скорее — рельефом костей. Супнабор, да и только.