Антон Текшин – Волшебство не вызывает привыкания-4 (страница 3)

Например, святая вода. Пластиковые хлопушки сейчас таскает при себе почти каждый, кто так или иначе сталкивался с порождениями Хаоса. Водяные бомбочки просты в изготовлении, и по эффективности превосходят самые мощные гранаты. А если самоделка вдруг нечаянно взорвётся, то ничего страшного – максимум отделаешься мокрыми штанами.

Я тут же потянулся к охотничьей поясной сумке, где таскал мелкие расходники. Выменял её на одной из стоянок и ни разу не пожалел. Прочная, вместительная и почти не стесняет движений. Осталось только вытащить парочку пузатых цилиндров, в народе прозванных «тампонами», дёрнуть их разом за шнуры и запустить в сторону рогатого чудища, что сейчас пытался сложить громадные крылья, которые на поверхности земли превращались в обузу.

Взрыв, похожий на громкий хлопок, происходил ровно через три секунды. Можно даже не пригибаться, так как вода разлетается не так уж и далеко. Ошпаренное существо громко взревело, перейдя на болезненный для слуха ультразвук.

А потом меня и вовсе оглушил громоподобный голос, раздавшийся прямо в голове:

«Ты посмел противостоять нам, червь! Так познай же наш гнев!»

По ощущениям мне будто рупор приставили прямо к ушам и вовсю в него орали. Я плюхнулся на землю, сжимая руками трещащий по швам череп. С ментальной защитой у меня до сих пор дела не очень, так что демон без труда пробился своей яростной мыслеречью в моё сознание.

А следом он хотел добавить мне боли уже на физическом плане, обломав себе непослушные крылья у самого основания, и направившись ко мне. Плотная ороговевшая кожа вовсю дымилась, окроплённая святой водой, но ему это не особо мешало. На такого здоровяка нужно пару вёдер вылить, чтобы его проняло всерьёз.

«Твои хозяева тебе больше не помогут!»

Да меня и так никто особо не выручал. Обычно запихнут в какую-нибудь беспросветную задницу, и выкручивайся оттуда как можешь. Но я очень упрямый глист, так что меня так просто не остановить.

Перерождённый подходил всё ближе, не подозревая, что терпеть дикую мигрень мне уже далеко не впервой. Меня в своё время пичкали таким, что иные после первого же сеанса прощались с крышей. Так что превозмогая боль, я смог оторвать руку от головы и нашарить упавший брусок мифрила. Для хаотических отродий это этот металл хуже серебра, так что сюрприз будет весьма неприятный. Лишь бы хватило энергии его воплотить.

Однако демон до меня так и не дотопал. Когда я уже собирался вскочить, в него сзади на полном ходу врезалась куда более массивная туша, поросшая густой шерстью пепельно-серого цвета. Они кувырком покатились по земле в сторону, попутно своротив хлипкий заборчик одного из подворий. Мою многострадальную голову сразу отпустило, и я смог без особых проблем подняться.

Негоже загорать, когда тут невесть что происходит. За право мной отобедать уже сражаются?

Первым делом на всякий случай взглянул на небо. Малооблачно, крылатых засранцев вроде бы не наблюдается. Зато от рощицы осталось одно название – уцелели лишь отдельные островки деревьев, окружённые растёкшейся субстратом. Кое-где он успел застыть, превратившись в подобие мутного стекла.

Зато теперь там точно никто не спрячется. Мой долг полностью выполнен.

Куда более интересным зрелищем оказалась схватка двух хищников, не поделивших мою шкуру. Оказывается, на демона напало антропоморфное существо, отдалённо напоминающее волка. Вытянутая клыкастая морда, уши торчком и пушистый хвост. Правда, лапы у него имели раздельные пальцы, увенчанные загнутыми когтями. Ими он яростно пластал толстую шкуру демона, пока тот пытался сбросить с себя оппонента.

Пока эти две якодзуны барахтались в чьём-то огороде, я окончательно пришёл в себя и пошёл к ним навстречу с топором наперевес. Нормальный человек наоборот предпочёл бы смыться под шумок, но меня к таковым давно уже нельзя причислить. Тем более, что одержимый потихоньку брал верх. Ему удалось выбраться из-под мохнатого противника и попутно нанести тому несколько глубоких ран. Когти у демона оказались ничуть не меньше волчьих, а толстой шкурой тот похвастаться не мог. Так что во все стороны полетела кровь и клочки серой шерсти.

Кстати, система сообщила, что это оборотень фракции Жизнь, и присвоила ему восьмой уровень. Похоже, что это всё-таки союзник.

Эх, сейчас бы сюда Толика Чугуя… Вот уж кто с одного удара мог заставить любое отродье Хаоса пораскинуть мозгами. И всем остальным тоже. Но увы, мой верный товарищ и, можно сказать, друг наконец-то обрёл вечный покой. И у меня имелись все шансы к нему присоединиться.

Перерождённый крепко схватил волчару за плечо и отвёл вторую руку, намереваясь поставить точку в их коротком противостоянии. Если по силе они были примерно равны, то наличие крепкой брони давало ему существенный перевес. Мохнатый отчаянно грыз удерживающую его конечность, бил по ней лапами, но там ороговевшие щитки располагались в несколько слоёв, словно наручи у древнего доспеха. Так что добраться до мяса можно лишь с помощью циркулярной пилы.

Только одного торжествующий демон не учёл – рядом с ним находился ещё один противник. Щуплый зелёный человечек, слабенький и беззащитный.

Зато с острым топором.

Я рванул вперёд, на ходу формируя полукруглое лезвие. Перерождённый почувствовал неладное, повернув тупорылую морду в мою сторону, но было уже поздно. «Ибуклин» вспорол костяной воротник, будто тот был из податливого картона, и смахнул рогатую голову с плеч. Хороший удар получился, можно смело в палачи записываться. Не даром я почти всё свободное время на стоянках уделял тренировкам, вызывая приступы безудержного смеха у остальных караванщиков. За что ко мне намертво приклеилась кличка «Лесоруб».

Того и гляди это прозвище проявится во фрейме над головой. Шестой уровень уже не за горами, особенно после победы над перерождённым. Тому и отсечённая голова не самая страшная помеха, но мифрил не оставил ему шансов на регенерацию. Так что расщедрившаяся система отсыпала мне целых пятьдесят шесть очков опыта. Ещё семнадцать, и шкала окончательно позеленеет. Растём!

Только расслабляться пока рановато. Получивший свободу вервольф недобро зыркал на меня, зализывая раны на предплечье. Я предпочёл замереть напротив него со вскинутым топором, не делая резких движений. Люблю лесных зверушек, есть у меня такая слабость, но если эта страхолюдина попрёт на меня, придётся и его зарубить. Тот как будто понял мои серьёзные намерения и предпочёл сохранять дистанцию. А потом и вовсе улёгся на землю, свернувшись калачиком.

Значит, точно союзник. Не зря ему помог.

Но не успел я умилиться, глядя на огромный мохнатый клубок, как мой собственный волосяной покров на теле встал дыбом от колючей статики. В резко наэлектризовавшемся воздухе раздалось характерное гудение, и прямо напротив меня развернулась синяя воронка портала. Да вы издеваетесь, что ли?!

Сегодня кто-то точно решил меня доконать.

Укрыться посреди разворошенного огородика было решительно негде. Разве что рытвина, оставшаяся после приземления демона, но та как назло располагалась по ту сторону синего вихря. А у меня крыша ещё не настолько поехала, чтобы к нему приближаться. Спасибо, одного раза хватило.

К счастью, аномалия быстро закрылась, исторгнув из себя двух человек – подтянутого немолодого мужчину в чёрной униформе, включавшей в себя вполне современную разгрузку, и молодую светловолосую девушку, чью шею стягивал кожаный чокер с металлическими вставками. Этакий ошейник, только спроектированный специально для людей. Прямо как у металлистов или любителей БДСМ. Не то, чтобы я интересовался подобными аксессуарами, просто друзья рассказывали.

Его обладательницу я узнал моментально даже без взгляда на фрейм – это она была тогда на кладбище с Аглаей, как одна из её приближенных соратников, и даже сражалась против горгульи. Станичники пленили юную порталистку, а Терещенко едва ли не каждый день таскал пленницу на допрос. Неужели она сбежала?!

Тем временем её спутник с неудовольствием покосился на останки демона, уже начавшие истлевать раньше времени, после чего уставился на меня:

– Ты ещё кто?

Прямо дежавю уже от этих однотипных вопросов. Я приготовил топор к бою и протянул мерзким голосом, пародируя бабу Ягу:

– Смерть твоя, косатик. Глупая и дурацкая, но уж какая есть…

63

– Андрей, это уже ни в какие ворота не лезет! Твои чудилы совсем от рук отбились!

– Они не мои, – флегматично пожал плечами глава каравана.

– Ещё скажи, приблудились, – буркнул человек в чёрном, примеривший на себя роль обвинителя.

– Нет, мы взяли их по рекомендации. Донец очень просил.

– Каневская? – нахмурился мой недавний противник. – То-то они мне на глаза прежде не попадались…

Я на его счёт мог сказать ровно то же самое.

Разговор, а скорее – перепалка, велась в тесноватом кунге «сто тридцать первого» ЗИЛа, являвшемся по совместительству чем-то вроде рабочего кабинета на колёсах. Здесь начальник эвакуационной экспедиции жил, трудился и принимал редких посетителей. И пока военный грузовик трясся по ухабам осеннего бездорожья, меня вызвали на ковёр. Однако, Андрей Киселев по прозвищу Старый вовсе не горел желанием немедленно карать провинившегося ополченца. То есть, меня.

Было бы за что наказывать. Подумаешь, сцепились немножко в пылу сражения. Никто же не умер, в конце концов! Вовремя подоспели другие караванщики, которые нас и разняли.