Антон Текшин – Волшебство не вызывает привыкания 3 (страница 46)

Если уж доехали сюда, не стоит испытывать судьбу дальше. Здесь наши пути с пластунами окончательно разойдутся. Хотят они того или нет.

Я вскинул тяжёлую бандурину на плечо и замер в ожидании. Чего именно? Пока и сам не знал до конца.

Снаряд в моём распоряжении имелся всего один, так что предупредительный выстрел пришлось отложить до лучших времён. А казачки, которые поспешили с маневрированием, уже не стесняясь орали благим матом, чтобы мы поскорее сваливали отсюда. Ребята в ответ лишь улыбались и махали лапками, заодно заслоняя меня, пока я готовил гранатомёт к выстрелу.

Как бы поступил благоразумный человек, чья машина уже развернулась в безопасную сторону? В большинстве случаев — приказал бы подчинённым уезжать поскорей, оставив тупорылых суицидников наедине со своими тараканами в голове. Тем более, работа выполнена. Возможно, он попытался бы урезонить дурачков всеми возможными способами, в том числе и рукоприкладством. Но для этого ему точно не понадобилось бы разворачивать транспорт обратно в нашу сторону.

А бронированная «Нива» это сделала, когда стало окончательно ясно, что мы никуда трогаться с места не собираемся. Дальше тянуть уже не было смысла — стрелок на крыше резко смолк и спрятался за щитком орудия. Надо полагать, остальные разведчики тоже приготовились нас хоронить, хоть мне не было их видно даже через прицел. Ну, сами напросились.

На моё счастье данная модель оказалась снабжена прорезиненным окуляром помимо стандартной откидной планки с мушкой. Я приложился к нему, навёл на машину сетчатое перекрестие безо всяких упреждений и поправок, благо расстояние позволяло, после чего утопил спусковую скобу. Неожиданно тугую, будто оружие оставляло мне последний шанс одуматься.

Простите, не в этот раз.

— Внимание, сейчас вылетит пти…

Выстрел едва не вырвал оружие из моих рук, хлёстко приложив горячей волной по ушам. Но это были сущие цветочки по сравнению с тем, что стало с автомобилем сопровождения. На его месте вспух огненный шар, который окончательно вдавил мои несчастные барабанные перепонки внутрь черепа. Теперь я примерно представлял, как чувствует себя Беседин, когда его накрывает антимагическим полем.

В грудь будто лошадь лягнула, опрокинув меня на спину. А самое поганое, что нормально полежать на асфальте, пока проклятый гул не уляжется в голове, мне никто не дал. Я почувствовал, что меня куда-то грубо волокут, а потом моё пылающее лицо повстречалось с жёсткой обивкой автомобильного сиденья. Ориентация в пространстве возвращалась очень неохотно, периодически сменяясь острой тошнотой. Но даже так я всем телом ощущал, что мы едем. Это хорошо.

В промежутках между приступами меня отпаивали водой, и даже гладили по голове. Но на счёт последнего как-то сомнительно.

В любом случае я пришёл в себя, лёжа на тёплых коленях недовольной полукровки. Так бы и ехал дальше, но стоило мне чуть повернуть голову, как она тут же спихнула меня вниз. Никакого уважения к контуженому. Хотя звуки доносились всё отчетливей, как будто из моих ушей постепенно пропадала вата.

Я с кряхтением принял сидячее положение и первым делом осмотрелся. Джип потерял большую часть окон, а по лобовому стеклу змеились многочисленные трещины. А так в целом машина оказалась в полном порядке, чего не скажешь о нас. Беседин всё ещё пребывал в прострации, толстовка Толика зияла рваными прорехами, а сам он едва поворачивал руль окаменевшими руками. Хорошо хоть он не обратился окончательно, иначе в машину его было уже не затрамбовать. На Талии обнаружилось несколько заживающих ссадин, но в целом она выглядела лучше всех, чертовка.

— Быстро ты очнулся, — холодно похвалила она меня. — В следующий раз предупреждай, если задумаешь ещё нечто подобное.

— Тебе не понравилось? — наигранно удивился я.

— Нет! Особенно, когда вспоминаю, что мы везли эту проклятую штуковину с собой, словно обычное барахло. Зато теперь мне хотя бы ясно, как у таких дилетантов в магии получается сдерживать демоническое наступление.

— Мы, люди, и не такое можем! — гордо произнёс я, подставляя лицо свежему ветру.

— Тогда тебя не смутит, о великий воин, что за нами увязались? Ты всю округу на уши поставил.

— Кто, родственнички твои?

— Пока не знаю, но скоро сам увидишь и сравнишь.

— Не ссы в муку, не делай пыли, — буркнул Толян. — Мы их пока что обгоняем. Если ничего не поменяется, доберёмся до Каневской первыми, с хорошим отрывом.

Я выглянул наружу через выбитое окно и увидел несколько чёрных точек, маячивших в небе позади нас. Судя по их странной, какой-то зигзагообразной траектории полёта, это были вовсе не вороны с ближайшего поля. А нечто посерьёзнее.

— Рановато нам возвращаться в станицу, — признался я вслух. — Ничего хорошего нас там не ждёт. По крайней мере, в ближайшее время.

— А что ты предлагаешь, обратно повернуть и в кусточках пересидеть?! — недовольно прорычал здоровяк.

— Думаю, сейчас самое время скататься в гости к братьям Карамазовым, — спокойно ответил я. — Как мы выяснили, они оба из Средних Челбасс, и там же неподалёку в болотах у нас появилась Талия. Совпадение? Не думаю.

— О-о-о, я только за! — кровожадно оскалилась полукровка.

В её согласии я даже не сомневался. С той самой минуты, когда она увидела две одинаковые физиономии на экране, поутихшее пламя кровной мести вспыхнуло в ней с новой силой. Егор тоже возражать не стал — он попросту ещё не был в состоянии этого сделать.

— Бляха-муха, и чего ж мне в камере спокойно не сиделось… — Толян сокрушённо покачал головой в капюшоне. — Лады, молодежь. Пристегнитесь-помолитесь, щас будет грязь!

56

— Что ты там про разведку говорил, напомни?

— Без неё катаются только простофили, — охотно повторил я. — Но сам понимаешь, пока мы будем принюхиваться и прислушиваться, нас по дороге тонким слоем размажут.

Будто в подтверждение моих слов рядом с нами сверкнуло, распахав несколько квадратных метров асфальта. Преследующие летуны совершенно не стеснялись использовать дальнобойную магию, только с прицелом у них пока что дела обстояли скверно. Никак они не могли подобрать нормальное упреждение по несущейся машине.

Но даже так наш бедный «Патриот» всё больше напоминал машину для краш-тестов. Лобовое стекло пришлось выбить ещё на полпути к хутору, корпус представлял из себя одну сплошную вмятину, а мотор периодически начинал захлёбываться. Будто астматик, которого заставили бежать стометровку на время. С этой деталью у нас были связаны наибольшие опасения. Остановка в чистом поле автоматически приравнивалась к смерти.

Исчадия Хаоса висели на хвосте, как приклеенные. Да, большинство из них безнадёжно отстали ещё в самом начале, секционировав лишь самых быстрых. Всего шесть экземпляров, но нам и такой стайки хватало за глаза. Им даже не нужно будет подлетать для драки, достаточно забросать нас заклинаниями с высоты. И всё, кушать подано.

Нам срочно требовалось хоть какое-то укрытие. Желательно, с многоэтажными домами, которые напрочь отсутствовали в тех крохотных деревеньках, сквозь которые мы проносились на полном ходу. Можно было остановиться и там, чтобы принять бой, но я твёрдо решил всеми правдами и неправдами дотянуть до Средних Челбасс. Был небольшой хутор, находившийся возле реки с одноимённым названием, которая давным-давно превратилась в длинную цепь искусственных запруд и болотистых участков. По расстоянию получалось чуть ли не вдвое больше, чем до самой Каневской, так что пришлось вовсю срезать по полям. Хорошо, что вдоль каждого шла укатанная грунтовая дорога для уборочной техники, иначе мы точно бы где-нибудь застряли.

Спасало нас мастерство Анатолия и отличная проходимость машины. Ведь это был пусть и облагороженный, но всё же — УАЗ.

Пока шла погоня, Егор успел окончательно прийти в себя и высказать обо мне всё, что накипело. Хорошего там оказалось крайне мало, и по возвращению в станицу парень грозился лично упечь меня за решётку. Доказательства моей вины были железобетонные — камеры наверняка всё записали. Да я особо ничего и не отрицал.

Хорошо, что церебрик не стал пороть горячку, прекрасно понимая, что сейчас не время и не место. Пока скорость позволяла нам держаться подальше от исчадий Хаоса, но всё могло поменяться в любую минуту.

Через час безумной гонки впереди наконец показался указатель с нужным названием. И опять — по сторонам ни единого двора. По обеим сторонам дороги простирались поля, и лишь вдалеке сквозь поредевшие кроны деревьев проглядывали шиферные крыши. Трасса в этом месте выделывала странную петлю, огибая хутор, но прямо за указателем имелся вполне приличный съезд, шедший прямиком к домам. По нему мы и рванули на полном ходу, едва не врезавшись в придорожный знак.

Вскоре мимо замелькали частные дворы, почему-то лишь с одной стороны, зато с противоположной пахотные земли внезапно оборвались у крепкого на вид здания почты. Раньше здесь размещалось банковское отделение и бакалейный магазин в придачу, но сейчас от этого всего осталась одна пустая кирпичная коробка с пробитой крышей и выбитыми окнами.

Отсюда до центра населённого пункта было уже рукой подать, поэтому Толя без лишних понуканий резко ударил по тормозам. Если здесь по-прежнему кто-то обитает, то он уже наверняка в курсе нашего прибытия. Всех окрестных лягушек в болоте мы точно распугали.