Антон Текшин – Волшебство не вызывает привыкания 2 (страница 2)
— Более-менее ровно помню лишь детство и раннюю юность. Я был поздним ребёнком, родители умерли довольно рано. А вот дальше всё в тумане. Вроде бы где-то учился, вроде бы кем-то работал…
— Любопытно. Какой тебе диагноз поставила система, если не секрет?
— Диссоциативная амнезия, — открыв интерфейс, прочёл я.
— Ого! Это тебя в том центре так обработали?
— Да, там по мне серьёзно прошлись, — я с кислой миной взглянул на список моих недугов. — До сих пор расхлёбываю…
Если состояние внутренних органов постепенно приходило в норму, включая измочаленную почку, то на головном фронте всё было без особых изменений. Разве что, пропал непонятный гиперкинез, но каких-то серьёзных изменений я за собой не заметил. Память возвращаться не спешила, настроение менялось, будто у блондинки, да ещё и голоса эти доставучие…
«А вот сейчас обидно было!»
Я скрипнул зубами, но отвечать не стал.
— Не вешай нос, — решила подбодрить меня Лариса. — Думаю, ты придёшь в норму, со временем. При мне и не такое лечилось. Главное, во всём разобраться — вот мой простой девиз. Я уже читала доклад «Твиксов», и знаю, на что ты способен. Но хотелось бы посмотреть лично…
— Да пожалуйста. Рост!
Ветви придорожного кустарника зашевелились, будто встревоженные змеи, и сплелись в в форме… Сердечка. Последнее получилось непроизвольно, будто меня кто-то толкнул под руку. В голове раздалось противное хихиканье.
Слава богу, этот испанский стыд рассыпался трухой уже через несколько секунд.
— Очень мило, — сдержано оценила исследовательница. — И весьма быстро. До этого я думала, что обыкновенные растения не могут так двигаться. Практически как дендроиды, только плата за это слишком высокая. Впрочем, как и всегда у Хаоса…
Её не совсем понятный монолог превратился в едва различимое бормотание. Женщина внимательно оглядела останки засохшего кустарника, что-то чёркая в блокнотике, а затем решительно повернулась ко мне:
— Тимофей, твой случай очень интересен, и мне бы хотелось пообщаться с тобой более обстоятельно. Как на счёт заглянуть завтра ко мне в библиотеку?
— Я, наверное, не выдам государственную тайну, если скажу, что завтра уезжаю с разведчиками, — осторожно поделился я новостями.
— На счёт этого не волнуйся — завтра вы с «дудниковскими» никуда не поедете.
— Это не его прихоть, а приказ Сосновского…
— Знаешь, почему меня прозвали Пифией? — с ноткой озорства в голосе оборвала меня она.
— Ну-у, — я поскрёб подбородок. — На старую негритянку ты точно не похожа.
— Я редко ошибаюсь в прогнозах, почти никогда. Так что, спокойной тебе ночи и до завтра. Не забудь захватить своих друзей, мне найдётся, чем вас всех удивить.
Я невольно хохотнул.
— Что такое? — нахмурилась женщина, уже собиравшаяся меня покинуть.
— Да так, кое-кто пролетает…
Глава 16
В нашем новом доме меня поджидал очередной сюрприз — Паша с задумчивым видом пытался вставить на место выбитую входную дверь. Ну, а Ромашка с Бабой Ягой в извечной женской манере оказывали ему моральную поддержу — костеря на все лады.
Судя по тому, что одна из петель валялась аж у самой калитки, затея увенчаться успехом никак не могла. Створка держалась лишь благодаря стараниям десантника, и падала каждый раз, стоило ему только попытаться её отпустить. Один раз она едва не придавила наших соседок, заставив их возмущённо взвизгнуть.
— На час буквально оставить вас нельзя…
Я подобрал покорёженную железяку и побрёл к крыльцу. Сегодняшний день оказался слишком богат на события — дико хотелось спать, а натруженые ноги подкашивались от усталости. А тут незапланированный ремонт во весь рост маячит.
— О, явился, не запылился! — едко прокомментировала моё появление Эльга Куклинскас.
— Что у вас тут произошло? — проигнорировав девушку, будто её и не существовало, спросил я у Гусевых.
— Мой брат — дебил, — закатив глаза, горестно поведала Полина. — Его там, в армии, слишком часто по голове кирпичами били…
— Слушай, ты, умная! — прошипел Павел, в который раз пытаясь повесить дверь на воздух. — Помогла бы лучше!
— Не уж, спасибо! Ты её выбил, ты и ставь. Пока не сделаешь — домой можешь не заходить.
Деревянную створку теперь украшала продольная вертикальная трещина, шедшая из глубокой вмятины на внутренней стороне. Будто по ней от души кувалдой врезали.
Вот только не было у нас таких инструментов, не считая старенького гвоздодёра, забытого строителями впопыхах. Неужели он свой знаменитый десантный удар применил? Да ну, голова бы точно пострадала, а на нём не наблюдалось ни царапинки, насколько позволял разглядеть свет одинокой лампочки, висевшей над крыльцом. Возле неё сейчас вовсю летали крупные мотыльки, едва не сбивая её с крючка.
— Паша, просто подержи её на весу, а я забью, — попросил я парня, не видящего ничего перед собой.
Взяв гвоздодёр, я кое-как выровнял дверную петлю на нижней бетонной ступеньке и вернул её на место. Вырвало детальку «с мясом», так что держалась она теперь всего на двух гвоздях. Верхнюю просто выгнуло буквой «Зю» и её пришлось обрабатывать прямо на откосе, отчего я пару раз засадил себе по пальцам. К особой радости белобрысой ведьмы.
Наконец, приготовления были окончены, и мы в четыре руки посадили дверь на упоры. Открывалась она теперь с жутким инфернальным скрипом, да и в сам проём входила неплотно, но это всяко лучше, чем вообще без неё спать. Радостные комары со всего села к нам слетелись бы, не оставив в наших телах к утру ни капли крови.
Девушки нам язвительно поаплодировали и пошли в дом, греть кастрюли для купания. Старенький бойлер в душевой отчего-то не работал, поэтому приходилось вручную заливать туда горячую воду, благо конструкция это позволяла. Пока мы пытались вернуть створке первоначальное расположение, они успели вскипятить первую партию и по очереди искупаться.
После водных процедур барышни немного подобрели, а предложенный мной ароматный пирог, приготовленный хозяйственным призраком жены Сосновского, окончательно погасил их недовольство. Пока мы с Павлом приводили себя в порядок в обмывочной, они на скорую руку заварили чай и сервировали стол.
Сменной одежды у меня имелся всего один, если можно так сказать, комплект, включающий в себя чёрную майку с принтом группы «Анархия» и просторные спортивные шорты. Но бедствовать нам оставалось совсем недолго. Завтра на счёт нашей группы должны будут зачислиться кредиты от привезённого с собой груза, на которые можно будет спокойно прибарахлиться.
Такой вот круговорот добра в обществе. Тунеядцем и бесполезной единицей быть крайне невыгодно.
— Итак, Паш, что всё-таки с дверью приключилось? — вернулся я к интересующему вопросу, когда мы все вместе сели за стол.
— Я теперь тоже маг! — с гордостью заявил десантник, и добавил, видя мой вопросительный взгляд. — Воздуха.
— Круто, молодец! — поздравил я инициированного волшебника. — А что умеешь?
— Двери выносить он умеет, — язвительно ответила за него Эльга. — А вот мозгами пользоваться — увы, нет. Надо же до такого додуматься — прямо в доме заклинание проверять!
— Да ладно, я ж случайно…
— Тебя просто злоба берёт, что у него боевая магия, а у тебя — недоразумение какое-то, — решил я поддержать десантника.
— Кулаками махать — много ума не надо! Я и без вашей магии много чего могу.
— Не сомневаюсь. Кстати, может тогда расскажешь нам, откуда ты такая крутая взялась?
— Путешествовала, места красивые смотрела, — отрезала она.
— С пистолетом?
— А мне так спокойней. Девушке опасно одной, знаешь ли.
«Придушил бы ты её, по-тихому, пока все спят…»
— Без твоих советов как-нибудь обойдусь.
— Чего? — непонимающе уставилась на меня тёмная видящая.
— Ничего, проехали, — поморщился я.
Проклятье! Чёртов голос прозвучал настолько в резонанс моим мыслям, что я ответил ему, как на обычную реплику. Надо с этим что-то делать…
Воспользовавшись паузой, Павел кратенько пересказал мне произошедшее недоразумение. В целом, всё оказалось не так уж и драматично, как восприняли это девушки. Обрадованный успехом новообращённый маг полез изучать интерфейс прямо там, где его и настигло просветление. То есть, посреди кухни.
В пашином арсенале уже традиционно оказалось два заклинания — боевое «Удар ветра» и защитное «Воздушный барьер». Естественно, он начал со сладкого, повторив в точности то, что было показано в Книге Знаний. К счастью, на линии огня, а точнее — мощнейшего потока воздуха никого не оказалось, и он беспрепятственно долетел до самой двери. Ну да, беспорядка немного навёл по пути, но в нашем полупустом доме разбиваться было практически нечему.
Будь створка не заперта — её бы просто распахнуло, как от крепкого пинка, а так получилось, что получилось. Закрываться нам теперь придётся лишь на цепочку — замок на пазы не попадает никак.
Я, в свою очередь, поведал о встрече с руководством лагеря и о предложении, от которого нельзя отказаться. Раз моё согласие в участии даже не обсуждалось, о своём собственном желании скататься в центр реабилитации упоминать не стал. Ребята только сочувствующе покачали головой.
Наконец, наши ночные кухонные посиделки подошли к концу, и мы разбрелись по своим палатам. В нашей, мужской не имелось даже тумбочки, поэтому одежду пришлось складывать на стул. С твёрдым намереньем подождать, пока заснёт мой сосед, и разобраться с настырным голосом, я отрубился, едва коснувшись подушки.