Антон Текшин – Непутевый Демон 5. Финал (страница 22)

— С чего ты это взял?

— Потому что они всё ещё живы, — подмигнул я ей.

Больше ко мне никто с расспросами не приставал. Остальные посчитали, что раз командир не счёл нужным вызывать подкрепление, переживать не стоит. У меня имелась и другая причина не ставить власти в известность раньше времени, но пока я предпочёл держать её при себе.

Несмотря на болтанку временами, полёт прошёл без происшествий. Наш кораблик достиг искомой реки, после чего направился вниз по течению. Выше залетать точно не было смысла ­— вода там отчётливо бурлила на порогах даже с высоты. Лишь к морскому побережью горы уступили место пологим холмам, а русло стало куда шире и прямее.

Острова нашлись без особых проблем, целых три штуки. На первый взгляд, ничего интересного — обычные клочки суши, заросшие густым лесом. На мой неискушённый взгляд — слишком уж плотным. Прямо ковёр какой-то, маскировочный. Стоило приглядеться к нему тепловым зрением, как последние сомнения отпали, как старая штукатурка под собственной тяжестью. Осталось только проверить наличие противовоздушной обороны, и при этом желательно не потеряв транспорт с экипажем.

— Ладно, я на выход.

Мне услужливо приоткрыли десантную дверь в задней части корпуса, через которую я выпрыгнул не обременяя себя местным аналогом парашюта. Он мне ни к чему.

Плотный ветер тут же начал вертеть меня, словно пушинку, в ушах засвистело, а нужный остров стал угрожающе расти в размерах. Но стоило распустить огненные крылья, как падение тут же превратилось во вполне комфортный полёт. Аж сердце в груди затрепеталою. Правда, внизу окончательно не выдержали, принявшись палить в мою сторону. Слабые вспышки не особо беспокоили, а вот пару сильных выхлопов я заранее погасил встречным выстрелом. Заодно ещё немного себя притормозил.

Обе ячейки бабахнули на загляденье. От взрывов частично пострадала растительность, обнажая деревянные постройки. С одной стороны экологично и не очень заметно. С другой — зря они так небрежно с пожарной безопасностью…

Когда я сел на остров, он уже вовсю пылал, а из укрытой сверху гавани пыталось отчалить судно. Пришлось подпалить и его. Воздушный разведчик завис перед ним и украсил воду весьма красноречивыми фонтанчиками прямо по курсу. После чего врубился громкоговоритель, в первый и последний раз предложив сдаться по-хорошему. Тут уже даже до самого тупого должно было дойти, что шутки кончились. Особенно, когда с борта посыпался десант в сером облачении.

Многие пираты предпочли улечься со сложенными руками, отбросив оружие в сторону, но нашлись и те, кто решил продать жизнь подороже. Хорошо хоть большинство избрало приоритетной целью меня, находившегося в одиночестве вдали от основной группы. Храбрецов я награждал огненной медалью в грудь, которая иной раз прожигала их насквозь. Кое-кто из особо шустрых корсаров успел подобраться вплотную, так что и у Паяльника нашлась работёнка.

Ну и конечно, у такой ватаги просто не могло не быть отчаянного вожака. Тот налетел на меня внезапно, вынырнув прямо из горячих клубов дыма. Как будто понимал, что там его будет труднее засечь огневику. Как типичный боец ближнего боя, он без лишних разговоров ринулся в атаку с парными топорами. Судя по свечению — зачарованными.

Один удар я смог заблокировать огненным мечом, а вот другой по хитрой траектории едва не отхватил мне голову. Я едва успел отпрянуть, и широкое лезвие рассекло лишь мои латы из керамических пластин. Дорогущих до ужаса, потому что секрет их изготовления до сих пор не смогли разгадать. Что ж, теперь о жаловании в ближайший месяц можно и не заикаться…

Топор после контакта с Паяльником никак не пострадал, однако продолжение дуэли не последовало. Вожак, а точнее — атаманша узнала моё оружие. Всё-таки владельцев огненных мечей в империи не так уж и много.

— Вот и свиделись! — нехорошо улыбнулся я и шарахнул по ней огненным ударом.

Рослую девушку в доспехах отшвырнуло прочь, приложив о полуразрушенную избу. Да так, что на некоторых брёвнах остались вмятины. Ну ничего, некоторым полезно получить по голове, чтобы мозги встали на положенное место. А я задолжал подарок одному курносому аналитику. Придётся отрабатывать…

На этом сопротивление окончательно затухло. Стоило пиратам увидеть поверженного лидера, которую я волочил по земле за собой, как всякое желание продолжать глупости у них отпало. Вот что значит — авторитет. Я нарочно притащил оглушённую противницу в центр островка, не гася Паяльника в руке. Выглядело очень красноречиво, и остальным десантникам осталось только упаковывать сдающихся. Одним словом, рутина.

В итоге мы взяли сорок два человека и три относительно целых корабля. Пожар на борту беглеца с моей помощью удалось погасить, после чего судно отбуксировали обратно. Думаю, косметическим ремонтом тут уже не обойдёшься, но это не наша забота. Пилоты умахнули к ближайшему городу за представителями клана «Древней», а мы остались сторожить пленных.

Коракс осмотрел самых тяжёлых, после чего заверил, что до суда доживут все, кого я сочту достойным. У нас раненных оказалось всего двое, включая меня. Удар топора оставил глубокую борозду на груди, зацепив сразу три ребра. Одно почти разрубил. Даже после прижиганий и работы целителя рана заживала неохотно — вот что значит зачарованное лезвие. Раньше подобная травма отправила бы меня в койку на несколько дней, а сейчас ощущался лишь дискомфорт во время дыхания. Всё-таки для того, чтобы сразить гранд-магистра нулевого ранга нужно что-то посерьёзнее.

Пиратов мы собрали под замаскированным пирсом, который почти не пострадал во время короткого штурма. Разве что живая маскировочная сеть пожухла от огня и дыма. Здесь было достаточно свободного места, чтобы держать всех на виду. На благоразумие пленных надеяться не стоило — люди в отчаянных ситуациях творят ту ещё дичь. Одного пришлось вылавливать прямо из реки, где он чуть не утонул. Тоже мне, морской волк.

Когда последняя изба оказалась потушенной и массовый пожар уже не грозил островной деревеньке я обратился к собравшимся:

— Империя недовольна вами! Молодые, сильные, зачастую одарённые — на что вы тратите свою жизнь?

Отвечать мне никто не стал. Многие и вовсе предпочли отвести глаза. Не из-за стыда, просто понимали, к чему я клоню.

— В любом случае, ваша воля сегодня закончилась. Хватит, нагулялись! Теперь у вас две дороги — служить или прислуживать задаром.

— Не по воровской чести это! — буркнул кто-то из задних рядов.

— Воровство и честь понятия несовместимые, — покачал я головой. — Ну-ка иди сюда, почитатель пиратских традиций.

Кислый быстро вытащил из сидячих щуплого мужичка, у которого расписано было даже лицо в виде оскаленного черепа. На обычных моряков такое может и произвело бы впечатление, а вот мне стало смешно.

— Так понимаю, трудиться на благо империи ты не хочешь? — уточнил я. — На рудниках тебе выбора не предоставят. Там либо вкалываешь до седьмого пота, либо питаешься одним воздухом. Но мы можем слегка ускорить события. Если тебе воровские принципы запрещают быть полезным для общества, придётся его от тебя избавить. Это будет чуть быстрее, чем голодная смерть в шахте. Что скажешь?

Пират насуплено молчал, не спеша просить казни.

— Ладно, я посчитаю до трёх, так что думай поскорее. Три, два…

— Катись в пекло! Ублю…

Договорить он не успел, вспыхнув с ног до головы. Даже крикнуть у него не получилось, потому что для этого тоже нужен воздух. Живой факел заметался по пирсу, потеряв направление, в котором находилась спасительная вода, после чего запнулся о бухту смотанного троса и рухнул на утоптанную землю. Там он и катался к ужасу дружков, что наблюдали за поджариванием заживо.

Я, конечно, собирался ускорить казнь, но мгновенной смерти не обещал. Её заслужить надо. Поборник воровской чести мучался где-то с минуту, пока не затих. Жестоко, спору нет, только этот контингент иначе не понимает. Мужичок хоть и хилый, но наверняка замучил немало ни в чём не повинных людей. Этой банде ещё повезло, что они старались отпускать моряков, иначе разговора вовсе бы не состоялось. Спалил бы тут всё к чёртовой бабушке.

— Продолжим, пожалуй. Кто ещё не готов приносить пользу империи?

Больше желающих не нашлось. Один из раненных даже набрался смелости спросить, что за службу я имел в виду.

— Ну не городскую казну сторожить уж точно, — криво усмехнулся я. — На Тёмный континетнт отправитесь, грехи отмывать. Кровью. Кто вернётся, сможет начать нормальную жизнь. Хоть в имперских войсках, хоть на стороне какого-нибудь клана. Умелым везде рады.

— А остальным, значит, каторга? — продолжил расспросы раненный боец.

— Обещать не могу, это уж как повезёт. Крови вы местной власти попили знатно, но с другой стороны пользы от вашей смерти немного. Кого-то, может, и казнят в назидание, чтоб народ порадовался. Но прямо всех, вряд ли.

— А к вам можно? — поинтересовался здоровяк со свежим фингалом под глазом и подпаленной одеждой.

Кажется, один из последних, кто бегал. Но не убегал. Остальные посмотрели на него с нескрываемым изумлением. Ну да, орден далеко не армия — оттуда не увольняются в запас.

— Если докажешь свою полезность, — ответил я. — Что умеешь, чем владеешь?

— Сержантские курсы не окончил, но в ополчении повоевал, — признался здоровяк. — Таннум подарил мне крепкую шкуру и терпение к боли. Вы, господин, не смогли сжечь меня вместе с хатой, когда я по вам из боевого жезла стрелял. Почти попал, кстати.