Антон Старновский – Попадалово. Том 1. Том 2 (страница 65)

— Красиво… — Заключил я. А когда опустил взгляд вниз, заметил, что Макс с Вальдемаром отдаляются от меня.

— Давай быстрее. — Звал меня Макс. — Займём места в первом ряду.

Я догнал друзей, и мы, пролавировав меж снующих туда-сюда людских толп, добрались до кожаных сидений. К счастью, ещё не все места первого ряда была заняты. Вернее, свободными оставались ровно три. Да ещё и в самом центре. Сам Бог велел усесться нам именно здесь.

Посередине оказался я. Слева — Вальдемар, справа — Жирный Макс.

Я ещё раз достал из кармана телефон и прямо при мне циферблат на экране блокировки сменился числом "10:00". В то же мгновение на сцене появился молодой парень лет двадцати. Он был одет как с иголки, в принципе, как и подавляющее большинство присутствующих здесь.

— Дамы и господа! — Умеючи поднёс он ко рту микрофон. — Приветствую вас на ежегодном празднике, посвящённому дню знаний! — Поклонился залу. — Ведущим сегодняшнего мероприятия буду я — студент пятого курса, Васнецов Никита Савельевич.

Лицо парня было конопатым, улыбка чрезмерной, а манеры слегка гейскими.

— Не нравится он мне, — шептал Вальдемар, — какой-то слишком, ну…

— Манерный? — Предположил я.

— Да. Вот. Подходящее слово. — Подтвердил Вальдемар. Тот Вальдемар, который тоже был не совсем обычной персоной, тем не менее, всегда вёл себя как настоящий мужик. Без лишнего трёпа и рассусоливаний.

Дальше из уст конопатого парня тоннами посыпались скучные банальности. Тем не менее, из-за правил этикета его внимательно слушали. Он благодарил учителей, хвалил остальных студентов, обещал нам всем продуктивного года и много чего ещё.

Потом на сцену вышли мини-аристократики и спели какую-то ерунду. Далее поочерёдно выходили преподаватели и задвигали такие же неинтересные речи, какие всегда толкают на подобных мероприятиях.

— Ску-ко-та! — Возмущался Макс, а я его в этом абсолютно поддерживал. Уже хотелось чего-то необычного, хотя бы минимально интересного. Но пока этого не происходило, приходилось развлекаться собственными силами. Для этого я незаметно осматривался по сторонам и изучал присутствующих.

Сначала попытался найти знакомые лица. И это у меня вышло. Справа, примерно в пяти сидениях позади, гордо восседала София. Та самая, у которой проблемы с отцом. София Александровна Горчакова. Она сидела слегка обособленно от остальных, положив ногу на ногу, и безотрывно глядела на сцену с приподнятым подбородком.

"Как же, всё-таки, хороша…"

Девушка была одета в такой же, как и все, пиджак. Но снизу, в отличие, например, от меня, на Софии элегантно сидела коротенькая чёрная юбка. Она имела ровно такую длину, чтобы завлечь, но недостаточную для того, чтобы разглядеть лишнего. В общем, как обычно, и здесь был достигнут идеал.

Я бы так и продолжал тайком рассматривать её, но в один момент она заметила это, и стрельнула взглядом в ответ. Пришлось ретироваться, и искать кого-нибудь уже слева. И вот там уже было поурожайнее. Через два сидения был тот самый паренёк, что разочарованный ушёл от Алисы. А ещё через два сидения от него, сидела и сама Алиса. И, удивительно, она была не в костюме служанки. Сподобилась, всё-таки, одеться прилично.

Потаскушка.

Парень, видимо, тоже заметил Алису, и поэтому был сам не свой. Ёрзал, краснел, цокал. Пытался обратить на себя внимание, но безуспешно. Ведь Алиса уже нашла себе новенькую жертву. Она сидела рядом с темноволосым качком. Положила руку ему на колено, а голову опустила на плечо. Что-то активно шептала на ухо, отчего спутник улыбался во все тридцать два зуба и возбуждённо смотрел в ответ.

С каждой секундой парнишка закипал всё сильнее и становился сам не свой. Он без конца оборачивался на свою бывшую любовь и её новую игрушку. Страшно представить, что сейчас творится у него внутри. Судя по виду, он любит воспринимать всё близко к сердцу и поэтому… всё может вылиться в ещё один конфликт.

"Ладно, большого никаких знакомых лиц я не вижу…" — Подумал я и вновь повернулся на сцену.

— Привет, Сол. — Послышалось комариное жужжание у меня за спиной.

"О Боже, нет…"

Я медленно повернулся назад, и увидел, как прямо за мной, занимая лишь половину кресла, сидит Маргарита.

— Привет. — Со злобой процеживая сквозь зубы, ответил я ей. — Ты меня преследуешь?

— Нет. — Сказала Маргарита. — Это судьба, Сол.

— Что тебе от меня нужно? — Стараясь не привлекать внимание Вальдемара с Максом, спрашивал я у Маргариты.

— Ты же успел заметить, как злится тот парень из-за вашей общей с ним подружки? — Спрашивала она.

Я промолчал.

— Знаю, что заметил. — Ответила за меня Маргарита. — Как думаешь, через сколько секунд … бомбанёт?

— Что ты имеешь в виду?

— Ну-у, когда, по-твоему, обиженный парень не выдержит, и устроит скандал?

— Да откуда мне знать!? — С нервозностью отвечал я. — Может, ничего и не случится.

— Ты ведь и сам не веришь своим словам, Сол. — Незаметно постучала Маргарита меня по голове. — Мы ведь оба знаем всю ситуацию. А я ещё и хорошо знаю этого паренька. Думаю, что он точно взорвётся. Вопрос только в том, когда это произойдёт. — Размышляла девушка. — Какие твои ставки?

— Да отцепись ты от меня! — Чуть громче, чем планировал, сказал я, и из-за этого привлёк внимание Вальдемара.

— Что такое? — Взволнованно спросил он.

— Да ничего страшного. Комар просто доканал тут один. Всё жужжит и жужжит над ухом.

— Комары, это да… — Вздохнул Вальдемар. — Их нужно давить. — Договорил он и переключил внимание обратно на сцену.

— Лично мне кажется, что не пройдёт и минуты, как… — Не успела договорить Маргарита, как я незаметно уткнулся ладонью ей в лоб и мягко толкнул.

"О, всё, теперь не жужжит…"

— И сейчас на сцену приглашается всеми уважаемая Галина Ивановна Петровская! — Проговорил в микрофон Никита Савельевич.

Откуда-то из дебрей зала появилась престарелая бабка. Она походила на бабу ягу двадцать лет спустя. Ужасно старая и дряхлая, настолько, что с неё чуть ли не буквально песок сыпался. Она ковыляла в сторону сцены, помогая себе небольшим костылём зелёного цвета.

В знак уважения к Галине Ивановне все присутствующие активно захлопали в ладоши. И вот, под аккомпанемент аплодисментов, старуха взбирается по ступеням, которые ведут на сцену.

В то мгновение, когда Галина Ивановна занесла ногу, чтобы взобраться на последнюю ступень, с рядов позади донёсся громкий взрыв. Вся аристократическая толпа тут же вздрогнула, подскочила со своих мест. Ото всюду послышались женские крики, топот каблуков.

Наша троица — я, Вальдемар и Жирный Макс, как самые закалённые жизнью люди, особо не паниковали. Мы остались сидеть на своих креслах и лишь одновременно обернулись назад.

Маргарита оказалась совершенно права. Причём на все сто процентов. На том месте, где минуту назад сидел обиженный парнишка, теперь не было ничего, кроме обугленного сидения. Рядом с ним стояли другие, охваченные огнём. От того места в разные стороны расползались оглушённые люди. Некоторые из них горели.

Двое парней, пиджаки которых во всю пылали, не могли найти сил, чтобы снять их с себя. Я среагировал быстрее остальных, и, сняв свой, побежал тушить бедняг. Сначала накинул свой пиджак на одного, полностью покрыв пламя, потом и на другого. Добив огненные языки до конца прямо ладонями, лёг отдохнуть.

Перевёл взгляд на Вальдемара и Макса, что сейчас занимались примерно тем же самым. Они помогали пострадавшим встать, потушить огонь. Алисы среди пострадавших не было — она успела скрыться.

"Куда же делся этот парень?" — Думал я, лёжа на спине и глядя на красивый купол. — "Неужели, действительно взорвался? По крайней мере, поблизости его не видать…"

Все вокруг бегали, суетились, кричали. Один я, казалось, лежал, и ни о чём не беспокоился. Представлялось, будто время сейчас замедлилось. Да, я ни о чём не беспокоился, кроме одного — чёртово пятно от борща теперь нечем было скрыть.

Глава 11

— Парень, с тобой всё в порядке? — Спрашивал знакомый мужской голос. Меня попытались поднять с пола, но я лишь отмахнулся.

— Всё хорошо. Просто, решил прилечь.

— Э-м… хорошо… — Согласился голос. А я вяло повернул голову и рассмотрел его владельца. Это был Никита Савельевич. Тот самый манерный ведущий.

"Ого… я думал, что такой персонаж, как он, одним из первых улизнёт из зала и спрячется под кроватью"

Всеобщая паника потихоньку утихла и сейчас все занимались в основном тем, что устраняли беспорядок, учинённый взрывом. Продолжать кайфовать посреди этого хаоса становилось как минимум неприлично, и я встал.

Примерно через три минуты после взрыва рядом со зданием послышалась громкая сирена. Когда она затихла, в зал ввалилась пара тройка человек в белых халатах. Вместе с ними прибыли и люди в красном. Но так как тушить было почти что нечего, то совсем скоро пожарники ушли.

Да, каких-то сильных разрушений этот взрыв не причинил. Всего-то несколько пострадавших, остающихся в сознании, и получивших лишь небольшие ожоги, испорченная мебель и … один пропавший без вести.

Этот самый парень, красневший из-за ревности к Алисе, бесследно пропал. Конечно, можно было бы предположить, что он просто-напросто покинул зал ещё до взрыва. Но… ведь я за всем этим наблюдал. Да ещё и слова Маргариты…

Скорее всего, парень буквально взорвался. Взорвался от злости и ревности? Но почему же, если взрыв произошёл, можно сказать, в самом центре, то эффект от этого был такой слабый? И какого чёрта, собственно, он взорвался? Это что за способность такая?