Антон Старновский – Дворянин с кувалдой (страница 26)
Наскоро со всеми попрощавшись, на чёрном фургоне мы с охраной помчали домой.
Письмо, переданное Патриархом рода Белецких, я сунул в карман пиджака, и сразу же про него забыл. Сейчас были дела поважнее.
Кирилл с Ильёй. Вот идиоты!
Я же просил дождаться меня, а потом начинать опыты. А они… взрыв устроили. Чёрт. Надеюсь, никто не пострадал. Единственное, что успокаивало — голос Анатолия не звучал встревоженным. Значит, должно быть, дело не так уж и плохо.
Хотя… зная хладнокровность нашего управляющего, он бы и при ядерном взрыве сохранял спокойствие.
На дорогах было относительно спокойно, поэтому мы добрались до поместья уже минут через десять. Ещё сидя в машине, я заметил тоненькую дымную струйку, что исходила со стороны главного здания.
Когда оказался ближе, то никакого пожара не обнаружил. Должно быть, его уже локализовали.
Хорошо.
— Отойдите, — руками я расталкивал столпившуюся в коридоре перед спуском в подвал родню. Родственники со встревоженными лицами глядели на меня, желая услышать ответ. — Всё в порядке, можете расходиться, — произнёс я, но встретил лишь недоверчивые перешёптывания.
На лестнице столкнулся с Анатолием.
— Лекари уже там?
— Нет, господин. Ваши люди отказались от лекарей, — объяснил старик. — Спускайтесь, вас ждут.
Пройдя через приоткрытую дверь, увидел следующее.
Выбитые окна, разбросанные по углам компьютеры и приборы для опытов. Почерневшие от взрыва стены и взъерошенные головы Кирилла с Ильёй. Они сидели на полу и глядели в сторону небольшой голубоватой лужицы в центре комнаты.
— Что произошло? — спросил я и захлопнул дверь.
— Ну… — подал голос Кирилл и схватился за голову. — Эксперимент немножко вышел из-под контроля.
— Немножко?..
— Я переборщил с реагентами.
Ещё раз смерив взглядом разруху, я вздохнул и присел на корточки рядом с парнями.
— Ну, ничего. Начнём сначала, и когда-нибудь у нас обязательно получится. Первый блин, как говорится…
— Посмотри туда, — Кирилл кивнул на лужицу и странно улыбнулся. Илья же, кряхтя, поднялся на ноги, и начал шариться в свалившихся в кучу вещах.
— Что ты имеешь в виду?
— Илюха, ты нашёл? — Кирилл повернулся на друга.
— Вот он! — воскликнул Илья и поднял над головой небольшой железный шприц. Передал его мне и снова присел у стены.
— Набери немножко, — произнёс Кирилл, продолжая всматриваться в поблёскивающую на закатном солнце лужицу.
Так я и сделал. Заполнил шприц примерно на треть и приблизился к Кириллу. Он вытянул свою мускулистую руку, на которой зияла небольшая рана с запёкшейся кровью. Поняв, к чему он клонит, я прыснул на неё немного голубой жидкости.
— Ай! — воскликнул Кирилл и сморщил лицо. Схватился за руку, рана на которой начала шипеть и еле заметно дымиться. — Больно, чёрт!
— Изощрённый ты мазохист, дружище, — усмехнулся я, продолжая разглядывать болезненный процесс на руке Кирилла.
Примерно через минуту, когда рассеялся дым и затихло шипение, я заметил, как рана хоть и небыстро, но стала затягиваться.
— Да ну!
— Вот оно… — осклабившись, произнёс Кирилл. — Вот! — сжал покрепче руку и приблизил рану к лицу. Понюхал. Снова поморщился. — Воняет, конечно, но… эффект на лицо! Работает!
— Не зря мне мама говорила, что я богом поцелован… — качая головой, произнёс Илья.
До самой ночи мы разгребали последствия взрыва в лаборатории. Выносили испортившееся оборудование, подметали, собирали весь полученный опасным путём реагент.
У нас получилось! Чёрт, вся эта затея действительно сработала.
Нет, конечно, это лишь шаг в изобретении настоящего целебного элексира, но зато какой! Кирилл пояснил, что пока что ему удалось создать то, что может залечивать раны лишь при непосредственном контакте. То есть, если жидкость попадёт на кожу или прочие болезненные места.
Чтобы элексир действовал в полную силу, чтобы он залечивал повреждения только лишь попадая в организм — должно пройти ещё немало времени и удачных опытов.
Но это не главное. Главное, что начало положено, и теперь абсолютно ясно, что дело это — не безнадёжно.
Кровь пауков на Земле обладает целебными свойствами, и это теперь очевидно.
Об успехах я сообщил Анатолию и предупредил, чтобы тот приберёг финансы на будущее, когда мы займёмся непосредственно распространением элексира. Да, это случится не скоро, но лучше подготовиться заранее.
Даже когда Кириллу с Ильёй удастся создать то, что задумывалось, для начала нужно применить эликсиры для внутреннего пользования.
Они смогут очень пригодиться в грядущей войне с Кощеевыми.
О письме вспомнил лишь глубокой ночью. В тот момент, когда начал раздеваться для принятия ванны.
Я ощупал карман пиджака и понял, что конверт всё ещё не открыт.
Я достал его и расположился в кресле, под прямым светом настенной лампы. Начал рассматривать светящиеся символы, сверяя их с теми, которые были на кувалде. Они, безусловно, различались, но лишь порядком расположения. Уверен, это один и тот же язык.
Древняя магия Первозданного.
— И… как тебя открыть?
Я крутил конверт и так, и сяк. Пытался вскрыть печать, но ничего не выходило. Конверт был аномально крепким, будто не из бумаги сделан. Ножницы его не брали. Не брал и острый кухонный нож, специально принесённый из кухни.
— Какой же идиот…
Спустя минут десять безуспешных попыток открыть конверт до меня, наконец-то, дошло. Наверное, сказывалось еле сдерживаемое желание спать… поэтому я знатно глупил.
Кувалда!
Это же очевидно!
Я перевернул её бойком кверху и положил на него конверт. И, о чудо, потребовалась пара секунд, как печать стала растворяться прямо на глазах. Золотые символы засветились ещё сильнее, послышался треск.
Как только процесс завершился, и отставил кувалду в сторону и вскрыл злосчастный конверт.
Ладно, зато теперь я уверен — Белецкие точно не читали написанного дедушкой. Они бы просто-напросто не смогли сделать этого без Кувалды Первозданного.
И вот, я достал неожиданно свежий, прямо как новый — сложенный пополам лист бумаги. Ему ведь больше десяти лет, а так хорошо сохранился.
Снова древняя магия?..
Расправив лист, и как следует проморгавшись, я уставился на написанное.
Там было всего две строчки.
Как только я дочитал написанное, лист с написанным тут же сгорел прямо у меня в руках. Растворился за секунду, будто его и не было.
Медленно моргнув и приоткрыв рот, я поглядел в окно. Поднялся с кресла и остановился по центру комнаты.
— И… что это, мать вашу, значит⁈
Ладно-ладно. Хорошо. Начнём сначала.