Антон Старновский – Библиотекарь государя (страница 9)
– Да успокойся ты.
Я поднялся с дивана и подошёл к креслу, где сидел дядя. Дал ему пощёчину. Он снова вскрикнул, но перестал двигаться. Отлично.
– Значит так, дорогой дядя. Сейчас ты расскажешь мне всё, о чём знаешь.
– Я не понимаю, о чём ты говоришь…! – Дядя Олег продолжал тереть свои краснющие влажные глаза. – Я ничего не понимаю…!
Я ещё раз ударил его. Но теперь не ладонью, а кулаком. Пока что не сильно.
– Как ты смеешь, я же твой дядя… Я не сделал ничего плохого!
– Если будешь продолжать придуриваться, в следующий раз ударю с использованием энергии. – Сказал я и поглядел на «Ё», ливитирующее над креслом.
Я стал догадываться, что моё плохое самочувствие связано с перегрузкой от использования сразу двух Букв. Поэтому пока что решил обходиться лишь одной «Ё».
Я схватил дядю за руку и отодвинул его рукав. Поглядел на часы поближе.
– Эти часы стоят как десять зарплат моей матери. С твоими доходами ты бы никогда не смог себе их позволить.
– Но… но… – Замялся дядя. – Мне подарил их один хороший клиент. Я не платил за ни…
От удара, усиленного энергией, дядя Олег вывалился из кресла. Он прополз несколько метров и сел, упершись о стену. Глаза его слегка отошли, и он смог немного их разлепить. Зато теперь держался за разбитый подбородок.
А я ведь предупреждал…
– Не держи меня за идиота. Ты думаешь, если мне восемнадцать, то можно крутить мной, как тупым куском дерьма? Не выйдет, дорогой дядя. – Я медленно подошёл к нему. – Через месяц с небольшим нас должны выселить из квартиры. Моя сестра работала в стриптизе, чтобы покупать мне лекарства. Моя мама не вылезала с работы, дабы мы не сдохли с голоду. Наконец, я сам на протяжении года корчился от адской головной боли. Но что же ты делал в этот самый момент?
– Я… – Дядя Олег попытался убрать руку от подбородка и что-то сказать, но ему было больно.
– Давай подскажу. В этот момент ты заказывал себе дорогие часы и прочую хрень. Ты покупал себе и своей семье дорогущие дома, приезжая в этот лишь для того, чтобы мы ничего не заподозрили. Ты заваливал своего увальня подарками и запрещал ему видеться со мной, так как малолетний идиот мог проболтаться.
Из глаз дяди Олега покатились слёзы.
– Как я это узнал? Да очень просто. Стоило понаблюдать за вами всего полчаса.
– Прости… – Сквозь боль произнёс он.
– На кой мне твои извинения? Мне нужна информация. Пока не получу её – твоя последующая жизнь будет оставаться под вопросом.
– Хор…ошо… – Сказал дядя и попытался встать. Я кое-что по…кажу тебе. – Я подал ему руку и помог подняться.
– Что именно?
– Один доку…мент. Он в сос…едней комнате…
– Показывай.
Дядя Олег пошёл по коридору, а я за ним. Он остановился возле своего бывшего кабинета, стал рыться в карманах. Я сосредоточил в ладони энергию и выставил её вперёд.
– Закры…то… – Испуганно произнёс дядя и достал из кармана маленький ключ. Открыл им дверь, и, навалившись на ручку, ввалился в кабинет.
Я встал в дверях и стал наблюдать. Он подошёл к большому столу, заваленному бумажками, и начал в нём рыться. При этом он стоял ко мне спиной.
– Ну чё так долго-то. – Он искал «документ» уже минуты три.
– На…шёл… – Произнёс дядя Олег и застыл на месте.
– Ну? Чё завис-то?
– Сука! – Провизжал он, и, резко повернувшись, запустил в меня огненный шар.
Я такого поворота не ожидал, но, тем не менее, мгновенно скрылся за дверью. Впрочем, можно было и этого не делать. Когда я снова заглянул в кабинет, то увидел, что хиленькое заклинание угодило в стену. Примерно в метре от того места, где я стоял.
Я разогнался и, за секунду преодолев расстояние от двери до стола, энергетическим кулаком со всей силы ударил дядю. Безвольное тело перелетело через стол и врезалось в шкаф с книгами.
– Мде…
Я подошёл к столу и увидел, как на одном из листков ручкой была нарисована корявая буква «Н»
– А, вот оно что…
Я взял прожженный после использования Буквы лист и потряс его, чтобы потушить.
– Ух ты, даже стол успело немного прожечь. Поэтому таким мудакам как ты и нужно всегда иметь при себе макп. – Говорил я тому, кто в ближайшие несколько часов вряд ли сможет что-то услышать.
На что этот идиот вообще рассчитывал? Одолеть меня каким-то хиленьким фаерболом, имея при этом Букву пятого ранга? Наивный…
Хотя, он же из-за ослепления вряд ли видел моё золотоё «Ё», так что, наверное, думал, что я всё ещё тот же слабак.
Вот и что теперь делать? Ублюдок не пожелал со мной общаться. Теперь придётся говорить с тётей. Эх, а так этого не хотелось. Не люблю устраивать разборки с женским полом…
Но, чего уж тут поделать?
Минут через десять вернулась тётя. Помимо витамина С накупила кучу всякой ерунды из супермаркета.
– А что-нибудь холодненькое взяла? – Спрашивал я, пока тётя разувалась, сидя на стуле в коридоре.
– Нет. А что?
– Пойдём, покажу. – Я позвал тётю за собой и двинулся к кабинету.
Жестом пригласил её внутрь, пропустив перед собой. Тётя толкнула дверь и шагнула внутрь. От увиденного она выронила телефон и медленно повернулась в мою сторону.
Я уже был наготове. Рядом с лицом красовалось ровненькая Буква, а выставленная вперёд рука готовилась пронзить энергией всё что угодно.
– Извини, тётя, но с вами по-другому никак. Сейчас ты расскажешь мне всё, что вы скрывали.
Она заплакала.
Она продолжала плакать, стоя на месте, и боясь пошевелиться.
– Да ладно тебе. Присядь. С дядей Олегом всё хорошо, жить будет. Просто он непонятливый у тебя. Ты ведь не такая?
Ревущая тётя сделала три шага в сторону и опустилась на кресло. Прошло ещё минут десять перед тем, как она успокоилась.
Я на неё не наседал и спокойно ждал, перебирая бумажки на столе. Наконец, она собралась с духом и начала говорить.
– Когда твой отец умер… весь наш род остался ни с чем. Мы были в растерянности, не знали, что делать… Власть перешла к… – Тётя поглядела на лежащего без сознания мужа. – Олегу… да, он был очень зол на твоего отца, но… к вашей семье мы всегда относились хорошо, правда…!
«Ага. Поэтому не помогли нам ни копейкой в трудную минуту?» – Подумал я, но перебивать тётю не стал, дабы не скатиться в очередные разборки. Я нуждался не в этом, а в информации.
– … Очень долго Олег искал пути, договаривался, и, в конце концов, ему удалось договориться с иранскими поставщиками.
А-а-а! Вот откуда деньги пошли. Ну, так я и предполагал. Так как порты в Чёрном Море забрали целиком, то оставались только в Каспийском.
После иранской революции торговля угасла и там, но теперь…
– Как давно у вас наладились дела? – Спросил я.
Тётя опустила голову.
– Года три тому назад.
– Сука… – Не сдержался я. – Три года…? Три года! Три, мать его, года! – Я отпрянул от стола и подошёл к тёте. – Скажи мне, дорогая, почему вы не удосужились помочь нам хоть чем-то? Хоть чем-то!
С большим трудом успокоившись, тётя снова начала лить слёзы.
– Простите нас… простите…