Антон Старновский – Библиотекарь государя. Буква (страница 43)
— Это же… — Обомлела девушка. — Господи, какое красивое… — Раскрыв рот, смотрела на кольцо. — Но…
Я мгновенно дёрнулся в сторону, открыл дверь и выскочил наружу. Подошёл туда, где сидела Екатерина, открыл дверь и выхватил у неё колечко. Пригнулся, сел на правое колено и сказал: — Дорогая Екатерина, и хотя мы знакомы с тобой не так уж и долго, но и этого мне хватило, чтобы убедиться в своих чувствах. Я очень люблю тебя, и хочу сделать тебе предложение. Выходи за меня замуж!
Всю эту речь я заучил ещё несколько дней назад. Поэтому она отскакивала от зубов. От этого, кажется, чуть пострадала искренность сказанного, но… я был рад, что мне это, всё-таки, удалось.
Екатерина замерла, не понимая, как реагировать. Она переводила взгляд с кольца на меня, и обратно. Я видел, что она хочет что-то сказать, но не может. Не получается.
— Я… я… — Стала заикаться. — Я… — Резко нахмурилась и выпалила: — Твою мать! Согласна я! Согласна! Конечно согласна! — Глаза девушки покраснели и из них стали катиться слёзы. Она выставила вперёд дрожащую ручку, и я надел на безымянный палец кольцо. Даже не рассматривая его, Екатерина выскочила из машины и набросилась на меня, обхватив ногами и руками.
Я кружил её по парковке минуты три, а когда силы покинули моё тело, опустил на землю. Но девушка отдыхать и не думала. Она схватила меня за руку и потянула обратно в машину.
Дверь захлопнулась, и Екатерина спешно стала раздеваться.
— Ты даже не представляешь, как поднял мне настроение. Ты даже не представляешь, как я рада… ты… иди ко мне…
— Стой-стой-стой. А что, если Евгений вернётся? Или кто-нибудь другой решит спуститься на парковку?
— Плевать. — Отрезала девушка. — Совершенно плевать.
— Согласен. — Сказал я, увидев кружевное нижнее бельё. Теперь мне тоже было плевать.
— А хотя стой. — Остановилась Екатерина.
— Что такое?
— Сейчас. — В одних трусиках пролезла меж кресел и приблизилась к бортовому компьютеру. Пока она куда-то нажимала, я наслаждался прелестной картиной, неожиданно открывшейся мне. — Во! Нашла!
После небольшого звукового сигнала все окна в машине, включая переднее, покрылись тонировкой.
— О. Не знал о такой функции…
— Теперь будешь. — Не желая не терять и секунды, Екатерина вернулась ко мне, и мы продолжили.
Домой я поехал с сильным воодушевлением. Когда закончил с Екатериной, она, не снимая с лица улыбку, попрощалась со мной и упорхала в дом, ужинать. Я — к себе.
Наконец-то, я совершил задуманное. И хотя сделать предложение пришлось не совсем в тех обстоятельствах, что я предполагал заранее (вернее, совершенно не в тех), тем не менее, был доволен. Реакция Екатерины перекрывала всё. Она настолько обрадовалась моему жесту, что с души упал камень весом в тонну. Нет, в сотню тонн. В тысячу.
И когда самое сложное позади, дело оставалось за малым. Всего лишь… устроить свадьбу и съехаться нашими огромными семьями. Ерунда ведь, не так ли? По сравнению с тем, что предшествовало этому — уж точно…
Рассказывать об этом остальным — пока что не решался. Хотя и по моей счастливой роже можно было понять очень многое. Все, кто встречался мне дома этим днём — непременно замечали изменение, и спрашивали, что произошло. Я же отнекивался и старался поскорее удалиться.
Уже когда поднимался по лестнице на свой этаж, столкнулся с Соней. Она, выглядящая так же, как и я — чрезмерно счастливой, утащила меня к себе в комнату.
— Что случилось? — Спрашивал я.
— Сейчас я тебе всё расскажу. Сейчас такой тебе расскажу… офигеешь!
Дверь захлопнулась, и мы с сестрой уселись на красном диванчике. Вернее, я уселся, а она встала напротив и, еле сдерживаемая от эмоций, стала говорить:
— В общем, тут такое дело… — Крутила ножкой Соня. — Ты только не ругайся… если что, ты первый, кому я это рассказываю…
— Вау… польщен, польщен… и что за новость?
— Мне сделали предложение! — Вскричала сестра и, услышав свой голос, погрузилась в какой-то транс. Казалось, она парила в воздухе.
— Сделали предложение… — Повторил я, не осознавая смысла этих слов. — Сделали предложение… А! Что?! — Наконец-то дошло. — Серьёзно?
«Как так-то? И Соне тоже сделали предложение? Это что ж за день сегодня такой…»
— Но… кто сделал?
— Что значит кто! — Возмутилась Соня. — Гена мой, конечно. Кто же ещё? Сделал мне предложение руки и сердца, и я ответила согласием…!
— Это… просто прекрасно! — Обрадовался я. И, хотя где-то глубоко внутри понимал, чем конкретно этот союз может навредить всем нам, тем не менее, сейчас не мог реагировать как-то иначе.
Всё-таки, сегодня особенный день.
— Андрей, ты правда рад за нас?! — Вытянулась на носочках Соня.
— Ну конечно! Что за вопросы? Рад!
— Ура-а-а-а! — Сестра упала ко мне на диван и сжала в объятиях. — Я так рада, что ты рад! А то напридумывала там себе…фу-у-у-х…
— Слушай… раз пошла такая пьянка… я тоже хочу тебе кое-что сообщить…
— Что…? — Почему-то напряглась Соня.
— Я тоже сегодня сделал предложение. Екатерине.
Сестра подвисла. А потом закричала.
— Тише ты. Тише. Чего орёшь?
— От радости! От чего же ещё! Это просто… это… у меня слов нет, Андрей. Как всё хорошо складывается…!
— Да. Складывается довольно интересно…
— Нам точно нужно делать свадьбу в один день! Такой праздник закатим… весь город на уши поставим. Как тебе идея?
— Посмотрим. Идея хорошая, но нужно хорошенько всё обдумать… ладно, я, наверное, оставлю тебя с твоей радостью наедине. Вымотался за сегодня. Спать очень хочется.
— Давай, братишка, отдыхай. Ты и так подарил мне сегодня больше эмоций, чем за прошедшие несколько месяцев. До завтра.
Добравшись до комнаты, я быстренько ополоснулся в душе, и лёг спать. Отрубился почти моментально. С хорошими мыслями обычно легче расслабиться. Они успокаивают тебя, согревают.
Следующее утро, да и весь день в целом не предвещал чего-то грандиозного. По сравнению с предыдущим — уж точно. Но это не значит, что никаких целей передо мной не стояло. Как минимум, одна стояла. Начинать налаживание контакта с Варей. Момент для этого — идеальный, потому что будет отсутствовать Екатерина.
Вот только… как именно его налаживать, пока что не представлялось ясным. Ведь насколько я понимаю, Романова относится ко мне далеко не так, как к Ивану. То есть, не как к другу.
Иначе бы она не стала так странно себя вести, видя меня с другими девушками. По-моему, всё очевидно.
Скорее всего, я даже не просто нравлюсь дочке императора, думаю, она влюблена в меня. И это не тщеславие…нет… это объективный вывод, сделанный из множества факторов.
И из всего это следует только два пути. Первый — играть на самом простом. На любовных чувствах. То есть, попытаться доказать Варе, что и она мне нравится. Что она мне небезразлична, и возможно, что я её люблю. И хотя сама эта дорога несложная (потому что изображать любовь для меня — проще простого), но она сильно осложняется присутствием Екатерины.
Во-первых, сама Варя знает, что у нас с Екатериной не просто дружба. А во-вторых, если Екатерина прознает о моих телодвижениях, то трудно будет списать всё это на «часть плана, задуманного с Евгением».
Второй путь — это путь дружбы. Самый честный, но самый неэффективный. Здесь мне ничего не придётся изображать, ведь я и правда считаю Романову своей подругой, здесь никому не нужно врать, и не от кого прятаться.
Вот только…
Захочет ли Варя развивать дружеские отношения с тем, в кого она влюблена? Будь я на её месте — я бы не захотел. Да и кто захочет находиться во «френдзоне…?»
Мало кто.
Если избрать этот путь, то велика вероятность, что за месяц я не успею наладить с Варей отношения, и по итогу не попаду в дом императора. А идти на подобный риск — опасно.
Вот и как поступать в этой ситуации? Не ясно…
Немножко подзагруженный размышлениями о Варе, но в целом счастливый, спустился вниз и позавтракал очередным шедевром от Насти. В этот раз — «Макароны „Пенне“ с курицей по-мексикански».
Пока к нам не присоединился Иван, случился следующий разговор. Я задал Насте интересующий меня вопрос:
— Как ты думаешь, что важнее: глобальные замыслы, или простые, человеческие отношения?
Настя задумалась. Как обычно сняла колпак и начала его мять.
— Знаете… я и сама часто задумываюсь об этом. Оправдано ли, например, убийство одного человека ради того, чтобы остальным жилось лучше? Наверное… как девочка, я бы ответила, что нет, неоправданно. Тут соглашусь с Достоевским. Но… если бы все были такими, как я. Где бы мы в итоге оказались? Может, иногда лучше кем-то и пожертвовать?