Антон Старновский – Библиотекарь государя. Академия (страница 50)

Больше всех переживала Варя. Её чрезмерная ответственность и прилежность в учёбе не давали ей покоя от осознания впустую потраченного времени.

— Да ладно тебе. У нас сейчас всё равно ничего важного. Так что не переживай. — Пытался успокоить подругу.

Иван же был рад. Ему только дай возможность поговорить — он этим обязательно воспользуется. Здоровяк без устали кормил нас своими охренительными историями, а мы вынуждены были это слушать.

Кстати. Иван, судя по всему, окончательно охладел к Амосовой. Потому что за всё то время, что мы тут находимся, он ни разу не обратил на неё внимания. Плюс, совершенно не стеснялся в выражениях и горланил на весь кабинет. А обычно при виде Виктории он сразу становился скромным, и помалкивал.

Екатерина же вся извелась. Я повернулся полубоком к Ивану, и поэтому мог следить за ней периферийным зрением. Девушка бесконечно меняла позы, бесцельно листала ленту в телефоне, глядела в окно, покачивая ножкой.

Даже не знаю, что же не давало ей покоя…?

В один момент Аксёнова поднялась из-за своей парты и двинулась к выходу. Проходя мимо незнакомки с синим каре, сказала:

— Если Алевтина вернётся раньше меня, скажешь, что скоро буду?

— Мне заняться нечем? — Любительница карате надменно посмотрела на Аксёнову. — Как вернёшься, сама и скажешь. — Отвернулась.

Екатерина не знала, как ей отреагировать. Она постояла ещё несколько секунд, растерянно глядя на дерзкую коротышку, и пошла дальше.

— Дурдом какой-то… — Еле слышно произнесла Аксёнова и вышла в коридор.

В кабинете повисла неловкая тишина. Все присутствующие, кроме Базарова, недоумённо посмотрели на незнакомку. Такое поведение сильно удивило. К чему была эта дерзкая выходка? Не понятно…

Екатерина, не прошло и пяти секунд, зашла обратно с раздражённым лицом. Сначала я удивился её скорости, но потом увидел позади Алевтину Игоревну.

«Ну наконец-то!»

Аксёнова простучала каблуками до своей парты, а из коридора в кабинет зашла замдиректора. Но явилась она не одна…

А с Винокуровым.

«Да ё-ё-ё-ё-ё-моё…»

Только этого кретина не хватало в нашей и без того сомнительной компании…

Марк презрительно оглядел всех присутствующих и сел за свободную парту. Алевтина Игоревна, запыхавшись, встала у большого стола в центре и опёрлась на него рукой.

— Извините за ожидание. — Произнесла она. — Просто кое кого очень трудно было найти…

«Хех. Оно и не удивительно. Винокуров тот ещё потеряшка».

Замдиректора тут же засыпали вопросами. Что? Зачем? Да почему?

— Тихо. — Скомандовала женщина. — Сейчас всё объясню. — Поправила очки и сложила руки у себя на груди.

— А сразу нельзя было…? — Шептал я на ухо Ивану.

— Ситуация следующая, Воронцов… — С прищуром на лице начала объяснять Алевтина Игоревна.

Весь рассказ занял от силы несколько минут. Дело в том, что уже на следующей неделе планировалось проведение ежегодного соревнования между двумя академиями. Между нашей, и между ещё одной из Москвы.

Как я понял, у двух этих заведений уже много-много лет существует вражда. Причины её неизвестны, но факт остаётся фактом.

Академия из Москвы, как говорят москвичи — лучшая в стране. В Петербурге же считают иначе. И для того, чтобы разрешить этот спор, каждый год устраивается мероприятие с проверкой умений учеников.

В этом году было решено послать на соревнование именно первокурсников, хотя обычно посылали кого-то из детей постарше. Короче говоря, нам несказанно повезло.

Повезло по самые гланды…

Почему выбор пал именно на людей, присутствующих в этом кабинете? Потому что, по словам Алевтины Игоревны, мы — самые способные из первокурсников. Впрочем, так оно и есть.

Вопрос в том, участвовать или не участвовать — не стоял в принципе. Замдиректора обещала устроить настоящий ад, если кто-то откажется.

Претендентов испытать её слова, разумеется, не нашлось.

Теперь, когда состав участников от академии был выбран, оставалось следующее — разбиться на пары. Потому что соревнование будет в форме парных дуэлей. Будут драться два наших ученика, против двух учеников из Москвы.

Отлично. Вот только…

Пара обязательно должна состоять из мальчика и девочки. Таков регламент. По-другому нельзя.

И Алевтина Игоревна, заранее всё продумав, уже назначила, кто с кем будет выступать. От услышанного я мгновенно напрягся и с тревогой стал дожидаться вердикта.

Кого же поставят вместе со мной…?

— Итак… — Начала Алевтина Игоревна.

Глава 30

Помнится, ещё полчаса назад я сетовал на то, что от похмелья нет никаких сил что-либо делать.

Так оно и осталось. Но…

Волнение, испытываемое из-за Алевтины Игоревны, нехило так меня взбодрило. Когда она объявила о том, что пары, которые поедут на конкурс между академиями, уже сформированы и обжалованию не подлежат, стало тревожно…

Я оглядывал кабинет, а именно находившихся здесь девушек, и думал, какой вариант для меня самый безболезненный. И вот с этим было сложно. С безболезненностью. Какие бы ситуации я не прокручивал, всё равно получалось так, что минимум одна из потенциальных партнёрш будет в сильном негодовании.

Поставят с Аксёновой — изведётся Варя. Поставят с Варей — подарившая мне поцелуй Екатерина окончательно сойдёт с ума. Поставят с Амосовой… и того хуже.

Показавшая себя странным образом синеволосая незнакомка тоже не внушала доверия. После того, как она обошлась с Аксёновой… бр-р-р-р.

Как же сложно с вами, — женщины!

Я незаметно ткнул Ивана в плечо и спросил, с кем он хочет выступать.

— С Варей, конечно! — Без раздумий ответил здоровяк. — Она же наша подруга. С кем ещё-то? — Удивлялся он.

Ну да. Резонно…

Ему то что? Ему с Варей будет идеально. У него с ней крепкие дружеские отношения без единого намёка на что-то большее.

Правда… если ему вдруг попадётся Амосова, думаю, несмотря на охладевшие чувства, всё-таки будет непросто.

— Итак… — Продолжила Алевтина Игоревна и стала шариться по карманам пиджака. — Вот какой состав будет у нашей команды… — То, что она искала, всё никак не находилось. — Да где же он…

— Алевтина Игоревна… — Варя кивнула на руку замдиректора.

Та опустила взгляд и увидела смятый в ладони листок.

— Да, точно… — Развернула его, и с интересом стала вглядываться в написанное.

«Только не с Аксёновой, только не с Аксёновой… или… только не с Варей, только не с Варей…хотя…только не с… короче, вот бы этот конкурс просто отменили к чёртовой матери, и всё!»

— Вчера я весь день изучала ваши личные дела, вашу успеваемость и ваши уникальные умения… поэтому те, с кем вам предстоит работать в паре — самые лучшие из возможных кандидатов. Ясно?

Конечно ясно. Женщина ты бескомпромиссная. Не тяни уже кота за это самое. Говори!

И Алевтина Игоревна начала.

— Первая пара: Винокуров и Романова.

Одновременно я испытал и удовлетворение, и разочарование. На первый взгляд меня избавили от Романовой, с которой в последнее время всё очень натянуто. И это, по сути, хорошо. Но… Варю: скромную, нежную, такую чудесную в пару с ублюдком Винокуровым! Это же… это же мрак какой-то.

Он же законченный урод, который способен на любую подлость. И он прекрасно знает, что мы с Варей хорошо дружим.

Вот чёрт.

Не умея совладать со своими чувствами, я стал ревновать. Да, вот так вот. В голову тут же полезли нехорошие картины, от которых становилось неприятно.