Антон Старновский – Библиотекарь государя. Академия (страница 5)

Если честно, я ещё не до конца понимал, что эти двое значат друг для друга. Знаю, что они как-то вместе участвовали в одной военной кампании, и что, вроде как, Иисус чем-то очень выручил Фёдора. Но подробности оставались для меня загадкой.

— Рад тебя видеть. — Улыбнулся Иисус. — Всем доброго дня. — Он поздоровался также и со всеми остальными.

После того, как Фёдор сделал шаг назад от Иисуса, со своих мест повскакивали бойцы из четвёрки. Они выстроились в ряд перед Иисусом и синхронно отдали ему честь.

— Здравия желаем, товарищ лейтенант!

«Ого… он и до лейтенанта успел дослужиться! Чудо, а не человек…»

— Вольно. — Скомандовал Иисус и стал поочерёдно обниматься с парнями.

— Рада видеть вас у себя дома. — Мама осторожно встала из-за стола и поклонилась Иисусу. — Будете кофе? Или, может быть, чай?

— Не отказался бы от кофе.

— Конечно. Вам с молоком и сахаром?

— Только с молоком. Спасибо.

Пока мама занималась кофе, а сестра скучала из-за того, что внимание Четвёртого переключилось на Иисуса, все остальные начали тёплый разговор.

Не знаю, как так вышло, но Фёдор с бойцами и Иисусом как-то незаметно перешли на разговоры о давно прошедшем времени. Оказывается, хорошие знакомые не виделись уже очень давно. Из-за плохой жизни и загруженности по работе в последний раз они встречались аж несколько лет назад.

Когда мне потребовалась команда профессиональных бойцов, Иисус позвонил старому другу и предложил ему мои услуги. Это и послужило началом сегодняшней встречи.

Так вот, что же касается общих воспоминаний Фёдора и Иисуса. Из ностальгического разговора я понял, что Иисус участвовал в конфликте где-то на юге Африки. В то же время там находилась и «ТЬМА» со своим полковником. Иисус был отличным разведчиком, что собирал информацию о готовящемся нападении противника. Фёдор с бойцами же занимался непосредственным уничтожением врага.

В один момент произошла такая ситуация, что главный штаб не санкционировал отход наших сил из-за превышающих сил противника, и небольшой по численности батальон остался один на один с врагом.

Если ударившийся в воспоминания Фёдор ничего не перепутал, то триста человек должны были сдерживать стремительный натиск нескольких тысяч разъярённых боевиков. Ситуация казалась безвыходной, и Фёдор с четвёркой уже готовились к худшему. В то время «ТЬМА» была ещё далеко не такой сильной, как сейчас. Парни только начинали свой путь, и не владели даже чем-то близко похожим на тот же густой чёрный туман, действие которого мне удалось лицезреть в поместье дяди Олега.

Всех спас Иисус.

Спас, пожертвовав своей военной карьерой.

Он связался с другой нашей боевой группой, что находилась неподалёку. Иисус каким-то образом выдал себя за одного из высших офицеров, и отдал приказ направить эту группу к ним. По итогу подкрепление прибыло вовремя, и атака была отбита.

После долгих разбирательств Иисуса уволили со службы. Благо, что не отправили под трибунал, хотя он находился на волоске от этого решения. Из-за удачного стечения обстоятельств и настойчивой помощи от Фёдора, дело ограничилось меньшим из зол.

После услышанного у меня больше не оставалось вопросов, откуда у Иисуса такая репутация. Становилось очевидным такое отношение к нему Фёдора и бойцов. Да и всех остальных, кто знал его достаточно хорошо.

Также, меня удивляло то, что подобные темы парни обсуждали… абсолютно трезвыми. Единственное, что они пили — это кофе. Да и в целом они были теми ещё трезвенниками. Видимо, армейская дисциплина давала о себе знать.

Когда мама с Соней утомились от армейских разговоров и ушли в гостиную, мы, наконец-то, перешли к главному. К тому, какие вести принёс нам Иисус.

— Так вот, что по поводу ваших Дуровых… — Начал он и повернул голову на меня. — Андрей, оказывается, конфликт с ними имел ещё дядя Олег.

— Что? Дядя Олег? Но что они не поделили? — Удивлялся я.

— Вот с этим сложнее. Судя по данным, что мне удалось собрать, я не нашёл ничего, где дела Воронцовых могли бы соприкасаться с Дуровыми.

— Но…причина, как я понимаю, должна быть. — Высказал предположение Фёдор. — Значит, она лежит не в экономической плоскости.

Иисус кивнул и снова посмотрел на меня.

— Андрей, очень кстати, что ты рассказал мне про ситуацию с твоей сестрой.

— Что за ситуация? — Подал вдруг голос Четвёртый.

Иисус оглянулся на дверь и чуть понизил тон.

— Пусть Андрей расскажет.

Я вкратце описал парням ту историю, когда ублюдок Кирилл порезал Соню. Нужно было видеть, как на услышанное реагировал Четвёртый. Парень, всего час знающий мою сестру, переживал от услышанного так, словно в эту самую секунду кто-то резал его самого.

Он ходил по кухне со злым лицом и руками за спиной. Его голубые глаза, казалось, приняли оттенок чего-то серого, почти чёрного.

— Вот же подонок. — Отреагировал на рассказанное и Фёдор.

— Такие вот дела…

В разговор снова вступил Иисус:

— Это началось не так давно. Я нашёл информацию о том, что имущество дяди Олега подвергалось нападениям уже не в первый раз.

— Не в первый раз?

— Да. Когда твой дядя наладил дела с портом?

— По моему, году три тому назад.

— Тогда всё более-менее сходится. Насколько я понимаю, в один момент об этом прознали Дуровы. И начиная с позапрошлого года, или немного раньше, делам твоего дяди стали мешать.

— Каким образом мешать?

Иисус достал из кармана пиджака небольшую записную книжку с чёрной кожаной обложкой и открыл её на середине.

— В первый раз это случилось с его машиной. Дорогой мерседес был подорван прямо на парковке. Потом… — Иисус смочил палец и перелистнул страницу. — Был уничтожен его домик в пригороде Парижа. Потом…

— Так. Хорошо. Дуров планомерно уничтожал имущество дяди. — Начал рассуждать Фёдор. — Этим самым он хотел дать ему какой-то знак? Что он хотел этим сказать?

— Кажется, я начинаю понимать, где собака зарыта. — Сказал я и почесал подбородок. — Вот только… для подтверждения моей теории остаётся непонятной одна деталь. Я думаю, что Дуровы хотел сделать так, чтобы Воронцовы никогда не смогли высунуть и кончика носа, оставаясь на дне до конца своих дней. Но… если цель была в этом, то почему они просто не нарушили работу портов, откуда и шёл основной доход?

— А. — Фёдор, пьющий кофе, поставил кружку на стол. — Я знаю, почему. Всё дело в интересах государства. После того, как у страны начались огромные проблемы с западом, то… было принято решение переориентироваться на восток. Нам позарез нужно было наладить сотрудничество с третьими странами. Одной из таких стран и был Иран. А если какой-нибудь из кланов, даже такой, как Дуровы, будут пойманы на том, что ради своих разборок они жертвуют интересами страны, то… последствия будут ожидаемы.

— Так, подождите! — Четвёртый остановился возле стола и положил на него руки. — Я не сильно знаком с делом, поэтому резюмируйте, пожалуйста, ваши выводы. — Рыжий парень изо всех сил пытался вникнуть в ситуацию, которая напрямую затрагивала мою Сестру, на которую он, очевидно, положил глаз.

Я взял на себя ответственность пояснить ему весь расклад.

— Дело обстоит так. Когда Дуров младший обидел Соню… его отец откупился от моей мамы, чтобы замять это дело. Впрочем, он и этого мог не делать… но суть не в этом. А в том, что когда он узнал, что Воронцовы хоть как-то пытаются снова стать влиятельными, он решил, что это прямая угроза ему и его клану. Ведь чем сильнее Воронцовы, тем сильнее шанс, что Дуровым однажды отомстят за содеянное с Соней.

— Обязательно отомстим… — Прошептал Четвёртый.

— И своими подрывами то машин, то домов, Дуров старший вставлял палки в колёса Воронцовым. А наши порты от не трогал потому, что мог получить по шапке от правительства.

— А-а-а. Спасибо. Теперь до меня дошло… — Вздохнул Четвёртый.

— Да. — Кивал головой Иисус. — Я пришёл к таким же выводам. И они кажутся мне верными. А иначе во всём этом нет никакого смысла.

— Звучит складно. — Подтвердил Фёдор. — В конце концов Дуров не выдержал, и просто ликвидировал вашего дядю.

— Хех. — Усмехнулся я. — И сделал он это ой как не вовремя. Ведь этим он только приблизил момент, когда Воронцовы сожрут Дуровых.

Четвёртый, услышав мою реплику, немного воодушевился.

— Полагаю, он уже знает о том, что со смертью дяди на Воронцовых не поставлен крест. — Сказал Иисус. — И поэтому…

— Конечно. Так и есть. Думаю, Кирилл уже рассказал своему отцу, в какое поместье он заглянул на днях. И нападение на один из домов, принадлежащих роду, — это истеричная реакция на осознание собственного провала.

— Андрей. — Фёдор сделал серьёзное лицо. — Пока он всего лишь нанёс вам ущерб в несколько миллионов. Но это ведь только начало. Теперь твоя жизнь и жизнь твоей семьи в опасности.

— Я это понимаю. Поэтому, надо быть осторожнее.

И вот по поводу «осторожнее» у Фёдора было немало соображений. Во-первых, он посоветовал нам обязательно купить себе бронированные автомобили, и с этого момента передвигаться только на них.

Во-вторых, поместье должно быть под постоянной защитой, и поэтому «ТЬМЕ» лучше особо не покидать это место, чтобы в случае чего сообща дать отпор.

В-третьих, их пятерых, всё-таки, слишком мало. И так как «ТЬМА» представляет реальную ценность только все вместе, то сопровождать, скажем, маму в какой-нибудь поездке должен кто-то ещё.