Антон Соя – Инициация Вики (страница 34)
– Мне кажется, что я теряю себя сейчас. Поцелуй меня еще раз, пожалуйста.
– Да, ты еще безумнее меня, Вики. Но не смею перечить вашему высочеству.
Так проходила их первая и, возможно, последняя ночь. А утро застало их на уютной кухне Тругота. Время от времени Вики пыталась позвонить Цою и Ване, но их телефоны молчали. К семи утра Вики уснула в объятиях Анжело чистым, пустым и счастливым сном младенца, сном, в котором не было ведьм, вампиров, зомби и несчастной проклятой любви.
История 20, в которой пути друзей сначала расходятся, а потом снова сходятся, футбольные фанаты частично теряют разум, а Лера Зомби знакомит своих новых друзей со старыми
Все еще немного контуженный Цой стоял на козырьке разбитого окна на третьей палубе «Дозарей».
– Вики и Карма погнались за вампирами? – спросил он.
– Боюсь, что все гораздо хуже, – грустно сказал Фил, присев рядом и нахохлившись. – Нас здесь определенно ждали. Авессалом переиграл меня. Карма была права. Вам с Ваней и Катей нужно возвращаться на грифонах в цифровую башню. Только там вы будете в безопасности.
– Я никуда не пойду без Вики. Она вернется сюда.
– Нет, Цой. Только не сюда. Ее похитили. Теперь нужно ждать сигнала от похитителей с требованиями. Они выйдут на нас.
– Фил! Мы же знаем, где их второе гнездо. Нужно немедленно атаковать боткинские бараки и освободить Вики.
– Они не потащат их туда. Это место засвечено. Вики там нет, а вампиры устроили засаду на нас. Мы и так наделали ошибок. Я возвращаюсь в башню Уробороса и доложу обо всем главам ордена.
– Это я виноват, что не смог ее защитить.
– Нет, Страж, это я во всем виноват, старый дурак. Мне и отвечать за все.
– Если с ней что-нибудь случится, я этого не переживу, – тихо сказал Цой.
– Хватит причитать, девчонки. – Ваня просунул очкастую голову в окно. – С Вики все будет в порядке. Если бы ее хотели убить, убили бы здесь. Она выберется и найдет нас. С Гертой она разобралась одна, между прочим. Опять же с ней Карма. А мы сейчас же навестим Леру Зомби, чтобы было не стыдно перед Вики, когда она объявится. Как вам такая идея?
– Гениально, – сказал Цой и полез обратно в помещение.
Фил улетел, не удостоив Ваню ответом. Старик тяжело переживал поражение, но еще больше переживал за Вики.
– А что нам делать с замершими людьми? – спросил Цой Ваню, когда они оказались на первой палубе.
– Хороший вопрос, – отозвался Ваня, – не знаю, брат.
– А если тебе попробовать сыграть на своей волшебной дудке? – предложила Катя. – Может, она их растормошит?
– Почему бы и нет, – согласился Ваня и поднес к губам футляр от флейты, с которым он не расставался с шести лет.
Чудесные звуки музыки Моцарта тонкой струйкой живой воды влились в какофонию разбитных ритмов, грохочущих на кораблике, и жизнь застывших тел моментально продолжилась, словно их сняли с паузы в остановленном на экране фильме. Катя смотрела на мальчишек взглядом полного триумфатора. Ваня перестал играть и огляделся. На их странную компанию никто, кроме пробирающегося к ним охранника, не обращал внимания. Почти никто из отдыхающих не заметил потери тридцати минут своей жизни. Упавшие поднялись, вилки с остывшей едой дошли до ртов, поющие караоке переключились на новые песни. Ну а те несчастные зануды, которые следили за временем – счастливые, как известно, часов не наблюдают, – удивились странной аномалии с потерянным получасом и тут же забыли о ней. А охранника Нурбекова Цой на прощание опять уронил на невский лед. Но очень аккуратно и вежливо. Нурбекову ведь еще предстояло разбираться с мертвыми вампирами и полицией. Кстати, о полиции…
– Черт! Это же джип Шкатова! Мы забыли про телефоны, и он нас вычислил! – Цой застыл у трапа, заслоняя друзей мощным торсом.
– Делимся, – решительно крикнул Ваня, усаживая Катю впереди себя на грифона. – Мы летим к Зомби, а ты на всякий случай слетай в Боткинскую больницу – глянь, как там и что. А потом к нам. Телефон выбрось!
Последние слова Ваня прокричал, уже летя над Невой. Цой на своем грифоне рванул следом за друзьями. И откуда в Ване взялась эта командирская лихость?
– Ну, капитан! Где же твоя хваленая молниеносная реакция? – Зверь обошел джип и, засунув руки в карманы дубленки, встал рядом с задумчивым Шкатовым. – Или ты их специально упустил?
– Я по детям без крайней необходимости не стреляю, – сказал ассасин, – к тому же вам нужна Вики. А без них мы ее не поймаем.
– Летели, как на пожар. Теперь стоим, – пожаловался Зверь. – Может, хоть на кораблик зайдем.
– Там ничего интересного, кроме двух дохлых кровососов, – сказал Шкатов, глядя в смартфон. – Охранник уже позвонил в полицию.
– Понятно, – сказал Зверь и зевнул. – Не очень ты, как я погляжу, вампиров жалуешь, капитан. Впрочем, я тоже. Начальство никто не любит.
– Товарищ полковник, мне тут еще два месяца назад секретная ориентировка пришла по темным каналам из Москвы на одного типа. Но вам-то, я думаю, можно показать. Знаком он вам?
– Конечно, – хмыкнул Зверь, глянув в смартфон Шкатова, – кто ж его не знает. Только у моего рода с ним никогда разногласий не было. Это вампиры на него тысячу лет зубы точат. Только вот, видит око, да зуб неймет. Под такой защитой он был, что мало не покажется. А сейчас, похоже, слили парня. Нет у него больше крыши.
– А что случилось? Не знаете?
– Слышал краем уха, что пошел против своих. Капитан, – Зверь опять хмыкнул, – ты, я слышал, неплохой ассасин. Я прирожденный убийца, несколько повыше тебя рангом. Но с этим парнем нам с тобой не тягаться, Шкатов. Забудь про это. Да и с чего ты взял, что он в Питере?
– Так вот же, фотку вчера мне прислали. Разве ж это не он? – Шкатов снова сунул свой телефон Зверю под нос.
На фотографии было запечатлено нечто странное – рядом с ангелом-хранителем города Санкт– Петербурга, что держит свой тяжелый крест на вершине Александрийского столпа посреди Дворцовой площади, стояла еще одна маленькая фигурка. Шкатов пальцами увеличил ее, и стало видно крылатого белокурого юношу с горящим крестом– мечом в руке.
– А вчера новая служебка пришла, товарищ полковник. Они там, в темном министерстве, считают, что это и есть наш Чистильщик.
– Брехня! Это не его стиль. – Зверь злобно посмотрел на капитана. – Ты мне зубы не заговаривай, Шкатов. Опять свою девчонку выгораживаешь. То у тебя Авессалом – Чистильщик, то ангел смерти. Лишь бы не Вики Адамсон. А я почему-то уверен, что это она.
– Может быть, потому, что у вас разнарядка на нее? Или заказ?
– Много болтаешь, Шкатов! – Недовольный Зверь забрался обратно в джип и, послушав рацию, крикнул капитану: – У тебя на Аничковом мосту зомби на людей нападают, балабол. Поехали скорее!
На Аничковом мосту и правда шла самая настоящая битва. Группа фанатов «Зенита» в сине– бело-голубых шарфах билась с тринадцатью зомби. Крепкие бритоголовые ребята соскучились по мордобою. Зима – мертвый сезон для футбола. Встретившись вечером в спорт-баре на Караванной и распалив себя обильными возлияниями, совмещенными с просмотром последнего матча лиги чемпионов с участием любимого клуба, стайка гоблинов выдвинулась на Невский проспект и пошла по направлению к Московскому вокзалу, распевая «Город над вольной Невой» и скандируя «Зенит. Зенит!». Каковы же были их удивление и радость, когда на Аничковом мосту, где брутальные атлеты-нудисты в любую погоду укрощают своих строптивых коней, они увидели идущую им навстречу группу живописных бомжей, скандирующих «Мозги-мозги» и явно желающих оскорбить святые чувства петербургских болельщиков. Конечно, если бы фанаты пригляделись внимательно, то поняли бы, что таких страшных бомжей не бывает, что среди них есть пара женщин, однорукая девочка и даже обезьянка, но все это не смутило близоруких и жаждущих драчки любителей футбола. Они хотели крови, а зомби искали мозги, и вот чудо, их обоюдные желания сбылись. Сбылись и мечты народа, тысячелетиями алчущего хлеба и зрелищ. Случайные прохожие освободили им место для боя, держа в руках мобильные средства съемки. Фанаты были корифеями уличных боев и без труда повалили на промерзшие плиты моста первых врагов, но «бомжи» оказались достойными противниками. Они стоически переносили пинки фанатов и даже лежа пытались зацепить их своими дрожащими костлявыми руками, чтобы притянуть к себе. Что им, как ни странно, периодически удавалось. В результате на мосту образовалась кровавая куча-мала. Когда фанаты поняли, что бьются с необычными противниками, было поздно. Двоих их товарищей уже колотили бритыми черепами о плиты моста в попытках выколотить глубоко спрятанные мозги, что оказалось чрезвычайно трудно.
Но любое старание может увенчаться успехом, и глазам питерских фанатов, не прекращавших пинать своих врагов, предстала уже вовсе неприглядная картина. Зомби наконец добыли то, за чем так долго охотились, и, урча, накинулись на свою жертву, пожирая содержимое ее черепа. Более страшного ритуала фанатам видеть еще не приходилось. Одному парню, по кличке Бивень, даже стало так плохо, что он лишился чувств, как кисейная барышня. Еще двоих фанатов вырвало, публика в ужасе разбежалась с криками: «Полиция!» Обалдевшие от зверства «бомжей» фанаты попросту поскидывали их с моста на лед Фонтанки. Но те, вместо того чтобы разбиться насмерть и заплатить своими жалкими жизнями за куцые мозги погибших бойцов, встали, отряхнулись и удалились в сторону Инженерного замка, торжествующе скандируя глумливый лозунг: «Мозги. Мозги». Ровно в этот момент у моста резко затормозил джип Шкатова и несколько полицейских машин с сиренами и сине-красными мигалками. Но на мосту к этому времени остались только несчастные фанаты, скорбящие над трупами друзей и обещающие проклятым «бомжам» все возможные кары небесные и земные при следующей встрече.