Антон Смолин – Последний Шанс (страница 14)

Погружённый в думы, Игорь и не заметил, что они уже прошли и мост над руслом высохшей реки, на котором вчера была, а сегодня удивительным образом уже исчезла аномалия. И ферму, и бывшую автобусную остановку. Синёв просто шёл, механически переставляя ноги и тупо смотря на ботинки сталкера. Очнулся новичок только тогда, когда увидел метрах в пятидесяти справа большого рыжего псевдопса.

— Окунь! — вскрикнул Игорь и дёрнул ведущего за рукав, указав на мутанта. — Вон там!

— Да знаю я, — проворчал сталкер, покосившись в сторону пса. — Не боись, в одиночку на вооружённых людей они не нападают, вдвоём могут, но и то только если сильно голодны. Просто иди и не обращай на него внимания. Сам свалит.

Слова Окуня немного утешили Игоря, однако не успокоили до конца, и он продолжал с опаской глядеть на зверя. Тот, в свою очередь, тоже внимательно следил за человеком. Постояв там ещё с минуту, он мотнул башкой и потрусил по своему прежнему маршруту. Вскоре он скрылся за деревьями и зарослями кустарников, однако его шкура ещё долго мелькала среди всей этой зелени.

Дорога не отличалась многообразием. Аномалий вообще не попалось, по крайней мере — прямо на пути. Мутантов, кроме того рыжего псевдопса, тоже больше не встретилось. Справа и слева то и дело мелькали развалины кирпичных или деревянных строений. Потрескавшееся дорожное полотно вело далеко вперёд и вовсе казалось бесконечным. Свинцовые тучи, уже закрывшие собой ясное небо от взора путников, выглядели сплошным серым покрывалом. Если бы не было асфальтовой дороги, и Игорю предложили найти обратный путь до деревни новичков — он едва ли бы смог это сделать. Лишь когда они поднялись на возвышенность, глазам открылась иная картина. Почти что прямо над головой нависал старый железнодорожный мост. Под ним, видимо, когда-то был оборудован блокпост. Об этом свидетельствовали два стальных каркаса в стороне от дороги. На них болтались остатки камуфляжного брезентового «покрывала». Под этой импровизированной палаткой в беспорядке были свалены деревянные ящики, бутылки из-под энергетических напитков, консервные банки, пустые магазины для автоматов и пистолетов и гильзы. Прямо в центре бывшего блокпоста стоял старый армейский «УАЗ». За ним дорога уводила вправо, а за деревьями, по левую сторону от асфальтовой полосы, виднелись два длинных кирпичных строения. Здания были огорожены по периметру колючей проволокой, натянутой между вбитыми в землю кольями. Внутри «кольца» без труда можно было разглядеть человеческие фигуры. Видимо, сей комплекс представлял собой базу какой-то группировки.

— Так, — произнёс Окунь, кинув вперёд болт; тот долетел до брошенной машины, со звоном ударился об её капот, отскочил от него и упал на землю, — мне в этот лагерь надо. Будь там улыбчив и дружелюбен, местные «вольники» не любят угрюмых. — Сталкер усмехнулся, ободряюще похлопал Игоря по плечу и, подняв болт, зашагал к лагерю.

По размерам он был чуть больше деревни новичков. И по значению важнее, так как здесь было сосредоточено много ремёсел, необходимых в условиях Зоны: крупная торговля — как едой, так и патронами, огнестрелом, — ремонт оружия и починка защитных костюмов и даже тюрьма для нарушителей или бандитов. Каждый в лагере занимался каким-то своим делом, и бездельников с первого взгляда не было.

Спросив у одного из охранников какого-то Рыбу, Окунь получил ответ и, руководствуясь им, зашёл одно из строений. В его стенах было много дыр, заколоченных как попало досками; осколки кирпичей отсюда давно убрали, и, судя по всему, даже периодически подметали пол. Были ещё и дыры в крыше, но только у входа, и то маленькие. Дальше ровными рядами были расставлены высокие стеллажи, заставленные какими-то коробками, ящиками и тюками; кое-где в «голом» виде лежало разобранное оружие, консервные банки и пачки старых газет. Но всё это было сосредоточено в основном по краям строения. Центр являлся неким коридором и тянулся вплоть до противоположного конца здания. Большинство стёкол — грязных, потрескавшихся, залепленных скотчем, — стояли на своих местах, а остальные «осиротевшие» оконные проёмы были забиты досками или листами фанер.

Благодаря тому, что центр был свободен, почти с самого входа Игорь разглядел в дальнем конце дома сидящего за столом широкоплечего человека. На столе стояла лучина, свет от которой помогал разглядеть небритое лицо и густые чёрные брови, поднятые вверх. Мужчина что-то говорил, и со стороны это выглядело так, будто он беседует сам с собой. Однако это не так. Откуда-то из-за стеллажей раздавался дробный стук клавиш и редкие отрывистые фразы.

Окунь прямиком направился к человеку за столом, и тот, завидев гостей, поднялся.

— Здорово, Окунище! — шутливо воскликнул он, улыбаясь и протягивая руку навстречу сталкеру. Мужчины обменялись крепкими рукопожатиями и стали говорить о каком-то «совсем обнаглевшем «долге», совершенно не следящем в последнее время за своими территориями». Игорь в это время скромно отошёл в сторонку и решил полюбопытствовать, кто это печатает. Слева от стола на табуретке сидел странного вида парень. Первое, что при взгляде на него бросалось в глаза, — это белые кроссовки на ногах. Игорь удивлённо приподнял бровь, вспоминая, что как раз такие в городе N поменял на ботинки, что сейчас были одеты на нём. Вообще говоря, сей субъект выглядел очень неопрятным: засохшая на куртке грязь свидетельствовала о лени её владельца; взлохмаченные засаленные волосы напоминали мини-взрыв на макаронной фабрике. Хоть Игорь почти в упор разглядывал «программиста» («компьютером» являлась древняя печатная машинка), тот не обращал на него внимания, а со смесью страха и недовольства смотрел на Окуня. Синёв повернулся и встретился взглядом с грузным мужчиной.

— О, а это кто? — прогудел он, вопросительно глянув на сталкера.

— Да напарник мой, — сказал Окунь. — Слушай, Валерьян, а что этот у тебя тут делает? — он кивнул на неопрятного «программиста».

Валерьян усмехнулся, вышел из-за стола, подошёл к парню, прочитал всё, что тот напечатал, и, наконец, ответил:

— Да это он зарабатывает так. Печатает мои обращения к кому-нибудь и относит. Почтальон мы его теперь зовём.

— Хе-хе, надо же… Ты дашь нам возможность поговорить немного?

— Да конечно. Рыба, выйдите с Окунем на улицу, прогуляйтесь, побеседуйте.

Парень нахмурился, резко вскочил и вперёд сталкера направился к выходу.

— Ну ладно, Валерка, приятно было повидаться. — Окунь и здоровяк обменялись рукопожатиями, попрощались, пожелав друг другу «надёжного ствола да крепкого жилета», и сталкер направился вслед за Почтальоном. «Программист» с виноватым видом стоял у входа, опёршись спиной о стену дома и постукивая себя указательным пальцем по лбу.

— Ну, здравствуй, — сказал Окунь насмешливо. — Помнишь про долг?

— Да помню, помню… Слушай, а давай я тебе треть верну, а остальное потом?

— Издеваешься? Я уже второй раз от тебя это «потом» слышу, а денег ни разу не видел. Давай, возвращай сейчас и всё сразу.

Рыба вздохнул, запустил руку в карман и со словами «не видать мне ботинок и защитки» вынул умеренную пачку денег и протянул сталкеру. Тот взял её, засунул в нагрудный кармашек и лукаво произнёс:

— Вот теперь счёт закрыт. С вами не очень приятно было иметь дело, товарищ. Всего наилучшего. Игорь, пошли, — и Окунь направился к выходу из лагеря. Синёв послушно побрёл за ведущим, и ещё услышал, как Рыба что-то неразборчиво буркнул обиженно. «Странный этот парень, очень странный… Надо будет потом спросить у Окуня, почему он в кроссовках».

Они вышли из лагеря и вернулись на асфальтовую дорогу. Меньше чем через километр оказались у поворота, уводящего направо. Окунь, не сворачивая, остановился и обернулся на Игоря. Глянул в ПДА, хмурясь и часто касаясь пальцами сенсорного экрана. Хмыкнул, выключил устройство и спрятал в нагрудный карман комбинезона. Затем вытащил из нагрудного кармашка маленький бинокль и прильнул к нему, приглядываясь к чему-то за поворотом.

Игорю был непонятен смысл всех этих манипуляций, однако он не хотел мешать ведущему и молча и с интересом следил за его действиями.

Наконец Окунь опустил бинокль, скинул рюкзак, расстегнул его и сказал, не оборачиваясь:

— Итак, впереди — брошенный блокпост. С первого взгляда он выглядит вполне безобидно, но это впечатление может быть обманчивым. Там частенько любят таиться мародёры. Они устраивают вольным ходокам засады… — Окунь на пару мгновений замолчал, очень аккуратно извлёк из рюкзака что-то завёрнутое в тряпку и продолжил: — Сейчас я никого не вижу, и ничьих отметок ПДА тоже нет. Но это только усиливает подозрение. Поэтому действовать нам надо крайне осторожно. Я попытаюсь высмотреть кого-нибудь, потом мы в любом случае, увижу я кого или нет, приблизимся к блокпосту, и там будем действовать по обстоятельствам. Старайся не шуметь даже травой, просто очень аккуратно шагай, нет — крадись — следом за мной. Иначе нас могут заметить и открыть огонь. Но сначала компьютер выключи, чтоб не засекли.

Сталкер встал и, держа в руках «АК» с только что прикрученным к нему прицелом, проскользнул между растущими у поворота деревьями и «потонул» в зелени. Игорь немного замешкался, возясь с ПДА, но после того, как выключил, быстро юркнул за сталкером, выискивая глазами его следы на земле в виде примятой травы.