Антон Шушарин – Дневник малолетки. История наркомана-неудачника (страница 2)
Сигарет давно не было. Как ни клянчи, сотрудники не дадут, а других арестантов я не видел.
– Что такое «дорога»? – спрашиваю. Макс посмотрел на меня, как на чудо природы, потом начал объяснять.
Дорога – это волшебный канатик, благодаря которому люди из разных камер общаются, передают друг другу записки, делятся продуктами. Конечно, это запрещено, сотрудники следят и пресекают, но дорога – это жизнь. Одни обрывают, другие ставят заново, такая игра.
– Ща, всё покажу! Давай свою мочалку!
Максим раздергал мою мочалку на нитки, начал плести косичку. Я ему помогал. Как два паука работали весь вечер допоздна. Устали, легли спать.
Утром привязали к верёвке пол-литровую пластиковую бутылку (типа груз), выкинули в форточку, стали спускать, рассчитывая словиться с арестантами, сидящими этажом ниже.
Я думал, Максим специалист по дорогам, но оказалось немного не так. Оказалось, что «катать дорогу» с утра это идея безумца. Сотрудники засекли наши движения по камере видеонаблюдения, пришли два инспектора, молча отобрали верёвку. Спустя какое-то время пришёл воспитатель. Этот говорил очень громко и много, и матом, и по-всякому. Ему сильно попало от руководства. Нас с Максимом максимально бомбило. После этой истории мы недели две вообще с места не двигались, выполняли все требования, вели себя как шёлковые.
20 апреля
Вчера решили «чифирнуть»! Дело было так.
Меня водили к адвокату. Сказал, что всё «на мази», есть шанс соскочить на условное осуждение. У меня же всего один эпизод (у Миши два), притом через тридцатую статью (попытка).
– В существующих обстоятельствах мы можем рассчитывать на применение шестого пункта пятнадцатой статьи с применением в последующем семьдесят третьей, – адвокат потёр лысину. Может, правда, а может «баулит» на деньги мою семью.
– Будем надеяться, – сказал я, и выклянчил две сигареты, себе и Максу. Есть всё-таки польза от адвокатов!
В камеру летел как на крыльях. Это был самый радостный день за время отсидки в СИЗО.
– Не спеши, – мягко сказал Макс. – Сигарет всего две. Надо усилить эффект чифиром.
– Чего? – опять незнакомое слово в лексиконе сокамерника. – Кефир?
– Чифир!
Он взял большую кружку, высыпал в неё целую пачку чая россыпью («рассыпуха» называется), залил всё это дело кипятком, дал настояться и процедил. Я наблюдал со своего места.
– На, пей.
Я выпил, передал Максу. Покурили.
В глазах у меня сначала всё рябило, потом поплохело, потом вырвало. Такое себе удовольствие этот арестантский чай. Я обругал Макса и пролежал весь день лицом к стене. Голова болела неописуемо.
25 апреля
Дни сурка.
Время тянется медленно, однообразно.
Вспоминаю свою жизнь на воле, путь, который привёл меня к изоляции от общества. Изоляция! Оказалось, что я настолько преступник, что необходимо отделить меня забором и бетоном от обычных людей. С этим я свыкнуться не могу.
Приходил воспитатель. Сказал, что я хуже Макса-убийцы.
– С чего бы я хуже?
– Да не ты хуже, а преступление твоё хуже!
– Скажете тоже.
– Скажу! Скольких ты подсадил на наркоту? Скольким людям жизнь исковеркал? Сколько человек умрёт теперь по твоей вине от передоза или ломки? Сколько сойдёт с ума и покончит с собой? Сколько пойдёт на преступление, возможно на убийство, ради новой дозы?
С этой стороны на своё преступление я не смотрел. Даже страшно стало. Отец всегда говорил, что нельзя употреблять наркотики, мол, это зло, смерть, ад, все дела.
Про распространение никто ничего такого не говорил. Я поражён был, если честно. Воспитатель-то прав, по сути. Я ведь почти тысячу закладок сделал, если честно. Даже жутко. Как мы с Мишаней докатились до такой жизни… Где ты, Мишка?
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.