Антон Рябиченко – Наследник самозванца (страница 8)

Я не возражал, потому что чувствовал, что я сдохну сразу вслед с мальчишкой.

– Как тебя звать? – спросил я.

– Мать назвала Коди, а в деревне все кличут Плутом.

– С чего это?

– Да кто их разберет? – отмахнулся мальчишка.

– Ты с родителями живешь?

– Да не, померли они давно. Я с дедом живу, да только он пьет постоянно, а если я выпивку его спрячу, чтоб не пил, колотит меня смертным боем. Вот я раньше полуночи домой и не возвращаюсь.

– Как деда звать? Может, поговорить с ним?

– Так сейчас и поговоришь, Акимом его зовут. Мой дед – скорняк.

– Ну дела, – усмехнулся я, – но ничего, есть у меня одна идейка, как твоего деда пить отвадить. Только для этого мне нужно его напоить и остаться с ним наедине. Ты сможешь переночевать в деревне?

– Смогу, – кивнул мальчишка. – А ты деду ничего плохого не сделаешь?

– Напугаю чуть-чуть, но и только. Ну так что, договорились?

– Ладно, пойдем.

Дед оказался не в духе. Ну а как еще должен себя чувствовать алкоголик, которому нечего выпить?

– Где наливки? – накинулся он на мальчишку.

– Откуда я знаю, куда ты их спрятал. – Мальчишка укрылся за мою спину. – К тебе гость.

– Ты почто чужих в дом водишь?! – Неудовольствие деда перекинулось на меня.

– И вовсе он не чужой. Это мой друг, он меня накормил сегодня.

– Это что же, теперь всяк, кто тебя накормит, тебе друг? – нахмурился дед.

– Конечно, ты же обо мне не заботишься! – обиженно воскликнул мальчишка. – Старый трухлявый пень, все пьешь! И когда только напьешься?

– Да что о тебе заботиться, здоровый лоб уже, сам о себе беспокойся. Чего надо? – Это он уже мне.

– Шкуры нужно обработать.

– Я этим больше не занимаюсь, – буркнул старик. – Проваливай.

– Я же не просто так, я же за плату. Выпить хочешь?

– Выпить я всегда хочу. – Старик оживился на глазах.

– Не буду я на это смотреть, надоело. – Паренек скинул шкуры на пол и, топнув ногой, выбежал из дома.

– Ничего, жрать захочет – вернется. Ну так что ты говорил про выпить?

– Э нет, так не пойдет, сначала на шкуры посмотри, скажи, что с ними делать нужно.

– Да что на них смотреть, – раздраженно буркнул старик. – Волка и рысь убили вчера. Сначала звери сцепились между собой, а потом ты их и добил. Шкуру снимать ты совсем не умеешь, теперь с ней придется помучиться, но не порезал, и на том спасибо. Завтра мы их хорошо выскоблим и засолим, а дня через два, как подсохнут, я ими займусь.

– Ну уж нет, так не пойдет. Хочешь выпить – нужно выскоблить и засолить шкуры сегодня.

– Поздно уже, – стал отнекиваться дед.

– Ну так поспеши, – оборвал я его и помахал перед носом кувшином с элем.

Видя, что меня не уболтать, дед принялся за работу. По всему было видно, что он знает в ней толк. Скребок мелькал бабочкой, очищая внутреннюю сторону шкуры от мяса. Я понаблюдал около десяти минут и отошел в лес, якобы чтобы отдать еду своим спутникам, а на самом деле чтобы уложить еду в потайные отделения. Еще одним плюсом уплотняющих отделений было то, что еда в них совершенно не портилась, а это значит, что я могу создать для себя и рысенка стратегический запас.

Уложив продукты, я выпустил своего проснувшегося зверя на траву и поиграл с ним. От вчерашней травмы лапы не осталось и следа, котенок просто лучился энергией и бодростью. Более двух часов мы резвились с ним на поляне. Недостаток внимания матери накрепко привязал его ко мне. Наигравшись, рысенок напился молока и снова уснул, а я направился обратно к дому.

К моему возвращению старик уже закончил первичную обработку шкур и с нетерпением выглядывал меня.

– Наконец, – угрюмо пробурчал он. – Я уже думал за тобой по следам идти. Сколько можно бродить?

– Все получилось? – вместо ответа спросил я.

– Да все, все. Пора и выпить.

– Ты мне напоминаешь моего дядюшку. Он тоже сильно хотел выпить. Так сильно, что свалился в подвал и сломал шею.

– Хватит мне заливать про родственников, давай эль.

– Э нет, – покачал я головой, – наливать тебе я буду сам.

Я до краев налил эля в деревянную кружку Бена и протянул старику.

– Пей до дна!

– Это я умею, – повеселел старик и разом осушил сосуд с живительной влагой. – Хорош эль, – с удовольствием рыгнул он.

– И не говори, – раздался позади старика голос пирата.

От неожиданности старик свалился со стула.

– Что с тобой, деда? – обеспокоенно спросил я.

Но старый мастер лишь беззвучно открывал рот, силясь что-то сказать.

– Еще пить хочется? – Я забрал из трясущихся рук старика кружку и снова наполнил ее до краев. – Держи.

Старик судорожно ухватился за кружку, не отрывая взгляда от призрака.

– Да что ты смотришь, пей, – посоветовал ему пират.

Аким зажмурился и залпом осушил вторую кружку.

– А вторая пошла даже лучше, чем первая. Давай еще!

– Т-т-ты тоже его видишь? – заикаясь, спросил старик.

– Кого?

– П-п-п… – снова забуксовал скорняк, глядя на колоритного пирата.

– Еще выпить?

– Нет, – помотал головой Аким, – не надо. Ты видишь призрака?

– Какого призрака? Что-то ты, дедушка, выдумываешь, нет тут никаких призраков. Может, тебе пить больше не надо?

– Что значит не надо? – возмутился Бен. – Я только начал. Дед, а ну, быстро пей, не то я тебя…

– Налей мне еще, – поспешно попросил дед.

Я наполнил кружку до краев и снова протянул ее деду. Он осушил ее одним глотком, с ужасом косясь на привидение.

– Молодец, и еще! – насел на него Бен, и старик тут же протянул мне кружку.

Так всего за полчаса старик выпил два полуторалитровых кувшина крепкого эля. Когда же к концу подошел второй кувшин, старик начал клевать носом. Судя по зеленоватому оттенку лица, принятая доза была ему великовата.

– Ничего, старый трухлявый пень, через пару дней ты у меня пить бросишь, – улыбнулся я.