Антон Рябиченко – Капитан «Ночной насмешницы» (страница 17)

Вполне возможно, я допустил ошибку, доведя дело до дуэли. Может, стоило хотя-бы попытаться разрядить обстановку, а не обострять самому? Хотя нет, ничего бы не вышло. Это сейчас у ночных гуляк запал угас, а в таверне они были на взводе и дело не могло разрешиться никак иначе. Ладно, сейчас важно остаться в живых, а еще лучше победить. Уж если драться, то так, чтобы ни у кого более не возникало желания со мной ссорится.

Раздался звук гонга. Де Виром сорвался с места и закрутил вокруг меня смертельный танец. Он был, казалось, в нескольких местах одновременно, нанося стремительные удары из немыслимых положений. Я оборонялся, изучая его возможности. До сегодняшнего дня, из моих противников только твари Пыльного замка могли похвастаться подобной скоростью. Похоже, аристократы знают методики не только ускорения, но и укрепления тела. Организм обычного человека не выдержал бы таких нагрузок.

Нежелание раскрывать все свои способности снова едва не сыграло со мной злую шутку. Хоть я и подметил повышенную скорость противника, но недооценил весь его потенциал. Уворачиваясь от пьяницы, он не задействовал и трети своих возможностей. В самом начале боя я едва не пропустил несколько смертельно опасных ударов. К тому же, техника фехтования де Вирома была мне совершенно незнакома. В ней преобладали колющие удары, изредка чередующиеся с режущими. Веса шпаги не хватало, чтобы наносить полноценные рубящие удары, но это сполна компенсировалось просто огромным количеством уколов. Будь мы в доспехах, я бы не переживал по этому поводу. Чешуйчатая броня наверняка бы выдержала укол шпагой, но по правилам поединка нас лишили брони.

Мой меч был гораздо тяжелее и отражать стремительные атаки противника было трудно. Более того, из-за меньшего веса шпаги Нильс и уставал меньше. Кроме того, де Виром сразу нащупал моё слабое место. Мой меч не имел сложной гарды, защищающей кисть, и пару раз я едва не лишился пальцев.

Постепенно я приспособился к темпу противника, подметил его основные приемы и связки, и стал атаковать в ответ. Но все мои удары с лёгкостью отражались. Де Виром, казалось, чувствовал куда я нацелюсь в следующее мгновение и успевал среагировать. Моё превосходство в скорости движений, силе и выносливости полностью нивелировались большим весом клинка и предвидением противника. 

Как он это делает? Это точно не магия. С жрецами богини смерти шутки плохи. Любого, нарушившего правила поединка и использовавшего заклинание, вмиг распознали бы. Возможно, это пассивный навык. А что, если... 

Следующие пять моих ударов стали экспериментальными. Я старался запутать противника, глазами намечая одно место атаки, но усиленно думая о другом. Все пять ударов были уверенно отражены противником и во всех пяти случаях он попытался контратаковать используя предвидение. Ему было наплевать на все мои невербальные сигналы, каким-то образом он чувствовал мои намерения.

Что-же, с этим тоже можно работать. Сейчас я сделаю тебя любимым финтом мастера Сидикуса. Показать колющий удар в руку, как только он купиться, провести колющий в грудь. Я начал движение. Де Виром мгновенно парировал оба укола, но тут же вскрикнул от боли, когда мой кинжал вонзился ему в ногу чуть выше колена. Что что, а метать ножи и кинжалы у меня получается славно, и что более важно, на чистых рефлексах. Даже думать не надо.

От боли Нильс поплыл, а я не дал ему возможности прийти в себя. Ложное прицеливание, выпад в неожиданном направлении и руку противника украсил глубокий разрез. Ложный выпад, рубящий удар и шпага выпадает из руки ослабленного ранениями де Вирома.

- Сдаюсь, - мрачно прошептал он, когда я приставил меч к его груди.

- Тогда я возьму это, - я подобрал свой кинжал, а также оружие противника и направился на выход.

К Нильсу уже спешили жрецы богини смерти и среди них затесался один целитель. Что же, де Вирома подлечат, а мне тут делать больше нечего.

* * *

- Постой! - Окликнул меня Нильс едва мы вышли за стены храма Морены.

Его дружки покинули арену как только поединок закончился, оставив де Вирома самого улаживать формальности с выкупом. Возможно, они пощадили чувство гордости товарища, потерявшего фамильную шпагу, не желая быть свидетелями его позора. Ведь отдавать древнее фамильное оружие - это так унизительно. Но мне показалось, что причина этого поспешного бегства была гораздо более прозаична. Банальное нежелание занимать проигравшему деньги на выкуп оружия.

- Развлекайтесь дальше, парни. - Отпустил я своих стражников. - А мне придётся немного поторговаться.

- У него ничего нет, - улыбнулся Брент.

- А я знаю оружейника, который даст за шпагу неплохие деньги. - Добавил Верус. - Ты сможешь потратить их с пользой.

- Например, пропить, - тут же откликнулся Бен. - Ты не забыл, что мы так и не попробовали эля?

- Ладно парни, я сам разберусь. Хорошего вам вечера.

Мои друзья молча отсалютовали рукой и направились на поиски дальнейших развлечений, а я остановился, дожидаясь когда де Виром нагонит меня. Похоже, он не имеет ни малейшего представления с чего начать разговор. С каждым шагом идет всё медленнее, будто решительность покидает его.

Эти юные аристократы чересчур щепетильны в вопросах чести. Сейчас ему придётся унижаться перед недавним победителем в почти безнадёжной попытке вернуть фамильную ценность. И это унижение, которое он запомнит на всю оставшуюся жизнь, сделает его моим злейшим врагом. Навсегда. Или... Некоторые слова лучше не слышать.

- Не желаешь выпить? - Спросил я как только он приблизился. - Готов поспорить, ты страдаешь от жажды не меньше меня. Пойдем, обсудим наши ошибки. Я угощаю.

Глава 6. Мадам Дорин

Яркая синяя вспышка озарила морское дно. Стайка донных рыб пустилась наутек, спасаясь от десятка темных силуэтов незнакомых в этом месте существ. Но им навстречу тут же ринулась пятёрка хищников. Акулы остервенело накинулись на прибывших, отрывая от них крупные куски мяса, перемалывая кости. Их жертвы пытались неумело защищаться, неуклюже размахивая ржавыми мечами. Лишь одна фигура, вооруженная хопешом устрашающего размера, смогла оказать достойное сопротивление и выпотрошила самую крупную акулу. Но к месту схватки уже спешили её родственники, привлечённые запахом крови, и вскоре всё было окончено. Крупные куски достались акулам, а мелкие опустились на дно, обеспечив небольших рыб едой на несколько часов. Течение унесло следы крови и вскоре морское дно около портальной арки вернулось к привычному виду. К тому самому, что оставался неизменным вот уже несколько веков.

* * *

- Вставай Верус, - постучал я в комнату старого наемника, которую он делил с Эрном. - Наш варвар вляпался.

В этом походе всех своих четырех спутников я экипировал амулетами ордена Серебряного Льва. Поэтому мог отслеживать их физическое состояние даже на расстоянии. И пять минут назад, мой амулет командира звезды показал, что Эрн ранен. При этом, связь с ним была утеряна.

- Что с ним? - Сонно спросил Верус.

- Не знаю, лучше скажи, где вы с ним расстались?

- Ясно где, - хмыкнул полупьяный наёмник, - в борделе. Я устал, а ему, как всегда, было мало.

- Старая калоша! - Буркнул призрак. - Настоящий пират не уходит из борделя сам, его выгоняют когда заканчиваются деньги. Вот Эрн молодец.

- Возможно, Эрн сейчас истекает кровью, - оборвал я его и добавил, обращаясь к Верусу: - Где ты его оставил?

- В "Полночном цветке". - Пробормотал Верус. - Это чуть дальше по улице в сторону южных ворот.

- Буди Хоука и Брента, встретимся там. Только не ломитесь внутрь, наблюдайте снаружи. - На ходу бросил я, сорвавшись с места. - И выпейте "малый антидот", протрезвеете.

Груля снабдила нас некоторым количеством универсальных зелий антидотов. Они помогали от пищевых отравлений, укусов ядовитых гадов и слабых ядов, попавших в организм любым возможным способом. Более сильные отравления требовали специфического лечения и специализированных антидотов. Поэтому в наших походных наборах были только "малые антидоты". Побочным действием этого зелья было мгновенное отрезвление. В другой ситуации я бы не стал тратить драгоценный флакон ради приведения тройки гуляк в чувство, но сейчас в опасности была жизнь Эрна. Так что я посчитал оправданной такую расточительность.

Что за напасть? Днём - дуэль. Ночью - нападение. Может, это месть моих утренних знакомых? С них станется. Я уже начинаю ненавидеть этот город и его жителей. Впрочем, мы сами виноваты. Нужно быть незаметнее и не искать приключений на свою задницу. Спал бы сейчас Эрн на постоялом дворе, не пришлось бы вытаскивать его из передряги.

Расстояние до "Полночного цветка" я преодолел за считанные минуты. Во время своих утренних похождений я проходил мимо этого особняка, стоящего на некотором удалении от соседних зданий, и даже подвергался прессингу пирата, настаивающего, что дом терпимости - лучшее место, чтобы узнать городские новости и почувствовать откуда дует ветер.

Вышибать двери я не стал. Амулет Эрна сигнализировал, что он находиться где-то рядом, ранен, но его состояние стабильно. Мне нужно, не привлекая лишнего внимания, попасть внутрь, осмотреться и выяснить кто напал на рыжебородого гиганта, а самое главное, зачем? И легче всего это было провернуть, прикинувшись клиентом.