Антон Русич – Долгий путь домой. Корсар (страница 3)

– И этого может нам хватить с головой. Пока фрегаты будут нас трепать и оттягивать на себя дронов, эсминец нам загонит пару ракет в корму – сделал грустные выводы Сашка.

– Полностью согласен. Поэтому предлагаю сыграть в их игру и заставить их понервничать. Саша, не снимая полей и максимально не заметно паркуйся в тени вот этого булыжника – подсветил я один из крупных астероидов – на момент входа в систему транспорта мы окажемся на минимальном расстоянии от вектора разгона. Отсутствие охраны заставит пиратов нервничать или расслабиться, в обоих вариантах они наделают ошибок. Я не думаю, что у них выдающиеся тактики у руля, так что это может дать нам хороший шанс.

– Но капитан рудовоза решит, что мы его кинули, если не обнаружит нас в системе! – удивился моему решению Саша.

– Да пусть думает, что хочет. Наша задачей является обеспечить его безопасность – подытожил я, давая понять, что разговор закончен.

Вот уже восьмой час Ласточка болталась в тени крупного астероида, укрытая полями преломления. Лежа в капитанском ложементе, я откровенно скучал, любуясь танцем лучей местной голубой звезды, что, отражаясь от глыб льда тысячами солнечных зайчиков, скакали по поверхности серых булыжников. Они плыли в черноте космоса среди ярких огоньков далеких звезд. Капитан рудовоза, выйдя из прыжка и не обнаружив нас, сильно занервничал. Раз десять пытался связаться с нами, но не получив ответа, долго ругался в эфире. Причем так, что некоторые портовые грузчики удавились бы от зависти. Оставшись без ответа, тот начал разгон по расчетному вектору на свой страх и риск, ну, а куда ему деваться.

– Внимание! Через шесть минут транспорт окажется на минимальном расстоянии от края астероидного поля – оповестил Умник (искин корабля) механическим голосом.

– Саша, плавно выводи реактор на пятьдесят процентов мощности. Лиска, подготовь два звена средних дронов – раздал я указания своему экипажу – тяжей придержи. Как только мы начнем движение, сбросишь их здесь. Рядом с этим металлическим булыжником их трудно будет засечь, и они станут нашим козырем в рукаве.

В рубке повисло тяжелое напряженное ожидание. Кажется, время уплотнилось и течет, словно кисель. Рудовоз, надсадно пыхтя соплами старенького движка, продолжал неспешный разгон. Таймер на обзорном экране вел свой неспешный отсчет. Сканирующие системы ласточки и двух легких разведывательных дронов, укрывшихся маскирующими полями среди промороженных глыб, словно уши замершего в засаде зверя, старались уловить любое сканирующие излучение или тепловую сигнатуру факелов двигателей противника.

– Фиксирую сканирующее излучение и попытку захвата цели – сообщил Саша спокойным голосом – провожу идентификацию целей. Три фрегата. Предположительно, два средних фрегата «Шинур» третьего поколения, производства империи и ударный фрегат «Катр» четвертого, производства Минтар.

На тактической голограмме отобразились отметки кораблей противника с краткими табличками данных и пунктирными линиями векторов движения. Катр для меня стал сюрпризом. Дорогая игрушка. Фрегат несет шесть средних дальнобойных кинетических орудий крейсерского класса и может доставить кучу проблем. Нет, за сохранность рудовоза я не переживал. Пираты не станут уничтожать транспорт с ценным грузом на борту, но вот выбить двигатели ему могут. И как потом его тащить? Пары залпов ударному фрегату вполне хватит продавить слабенький щит рудовоза, а может и одного. Нет, нельзя давать ему выйти на рубеж открытия огня, нельзя. Мысленная команда и над отметками фрегатов появились цифровые маркеры.

– Саня, как только фрегаты пересекут указанную плоскость – на тактической схеме отобразился круг плоскости, центром которой являлась Ласточка – врубаешь форсаж и открываешь огонь по номеру один. Лиска, сброс тяжей и старт обоих звеньев средних дронов. Их цель под номером два.

Не прошло и минуты, как корабль прыгнул с места, открывая беглый огонь из всех шести плазменных орудий по указанной цели. Ударный фрегат обладал для своего класса запредельной огневой мощью, но за это пришлось платить низкой манёвренностью и слабыми щитами. Несколько плазменных сгустков растеклись по силовому щиту, и он схлопнулся, неспособный переварить такое количество энергии. Ошеломленный неожиданной атакой, пилот фрегата даже не попытался маневрировать, продолжая идти по выбранному курсу. Десяток секунд и Ласточка прошла сквозь облако раскалённых обломков, еще недавно бывших грозным боевым кораблем, разгоняясь в сторону цели номер три. Цель номер два совершала хаотичные маневры, стараясь сбросить с хвоста десяток дронов, что словно рассерженные пчелы, больно жалили, практически продавив щиты.

– Фиксирую новую цель – сообщил Умник – эсминец класса «Невил» третьего поколения идет курсом на перехват.

На тактической схеме появился новый маркер, доставшийся по наследству от погибшего товарища под номером один.

– Саша, разворачивай, наша цель – первый номер. Лиска, как только дроны добьют двойку, перекидывай их к транспорту и не подпускай к нему третью цель.

Я взглянул на индикаторы работы систем корабля. Мощность реактора девяносто семь процентов, щиты семьдесят. Да, я рисковал, бросая корабль в бой с не вышедшим на полную мощность реактором, отдавая все энергоресурсы на форсаж двигателя и работу орудий, тем самым оставив Ласточку без щитов. Так никто не делает, не принято так вести бой, но мы имели лишь одно преимущество, это эффект неожиданности, и я старался выжать максимум из него. Задержись мы для накачки реактора, и фрегаты противника успели бы добраться до транспорта, изрядно его потрепав, и нам бы однозначно не удалось так легко вывести из боя два фрегата противника. Капитан эсминца действовал стандартно, выходя из режима маскировки, дождался выхода на полную мощность энергоустановки и полной накачки щитов, тем самым подарив нам так необходимое время.

Корабли неслись встречным курсом.

– Фиксирую множественные ракетные пуски – все таким же спокойным голосом доложил Сашка.

Мысленным усилием изменяю схему распределения энергии, напитывая щиты передней полусферы.

– Лиска, легкие дроны на перехват ракетного залпа!

– Выполняю – раздался голос девушки из системы оповещения корабля.

Легкие разведывательные дроны не обладают значимой огневой мощью, но имеют прекрасную маскировку. Основное же их преимущество – это скорость и манёвренность, что лишь немногим уступает тяжелой противокорабельной ракете.

– Сань, как только выйдем на дистанцию уверенного поражения, открывай беглый огонь по носовой части эсминца.

Пилот ничего не ответил, сконцентрировавшись на выполнении противоракетного маневра. Гравикомпенсаторы не справлялись с перегрузками, сдавило грудь, стало тяжело дышать. Аптечка ПБС вкатила мне противошоковый коктейль. Несколько уколов и мир перед глазами приобрел необычайную резкость, а разогнанное восприятие замедлило бег времени, позволяя четче реагировать на стремительное изменение ситуации.

Орудия ПКО и дроны почти справились. Из полтора десятка ракет цели достигли лишь две. Их подрыв просадил щит до сорока процентов и выжег десяток эмитеров перегрузкой энергоконтура. На перезарядку у эсминца уйдет примерно минута, но этого времени мы ему не дадим. Плазменные орудия открыли беглый огонь, вынуждая противника накачивать энергией переднюю полусферу щита.

– Лиска! Тяжам фас! Подпали ему хвост.

Из-за астероида выметнулись две зеленые отметки и синхронно выплюнули бронебойные болванки, разогнанные до умопомрачительных скоростей тяжелыми электромагнитными орудиями. Ослабленная пленка энергощита не смогла их остановить. Снаряды проломили броню противника, словно раскаленный нож масло. Эсминец чихнул дюзами и свалился в неуправляемый дрейф, не подавая признаков жизни.

– Командир. Цель номер три встала на вектор разгона, пытается уйти в прыжок – доложила Лиска.

– Пусть уходит. Все равно догнать не получится. Что с дронами и транспортом?

На тактической схеме одна отметка дрона была черной и замерла без движения, еще две имели желтую пульсирующую окраску и двигались к кораблю с заметным отставанием от основной группы.

– Один получил критические повреждения и не отвечает на запросы, два других повреждены, но не критично. Охраняемый транспорт не получил повреждений – отрапортовала девушка – капитан транспорта пытается выйти на связь.

– Саня, бери десантный бот и два БРК (боевой роботизированный комплекс, состоящий из нескольких боевых роботов различных назначений: штурмовики, РЭБ, техник-взломщик электронных систем и т. д.) и дуй на эсминец, это наш законный трофей, и я не собираюсь его здесь бросать. Лиска, соединяй с транспортом.

На обзорном экране появилось изображение азиата лет сорока по земным меркам, но с учетом возможностей медицины содружества нельзя точно определить его возраст. Этому космическому китайцу может быть как сто, так и двести лет. Желтоватое лицо на экране растянуло тонкие губы в вежливой улыбке.

– Господин Меченный! Заставили же вы меня понервничать! Вы уж простите старого дурака за то, что я в эфире наговорил. Это все от страха! – затараторил капитан транспорта.

– Все в порядке, капитан Ли. Я вас прекрасно понимаю и прошу простить меня за то, что не предупредил о своих планах. Тактическая ситуация требовала поступить именно так и никак иначе.