Антон Пухов – Электронные финансы. Мифы и реальность (страница 11)

Кроме сугубо законодательных моментов необходимо кратко осветить и то, насколько относительно рискованными могут быть отдельные «типовые» операции с электронными деньгами.

3.3. Операции с электронными деньгами – риски од/фт

Анализ той или иной деятельности в аспекте противодействия отмыванию доходов и финансированию терроризма невозможен без рассмотрения отдельных категорий операций, присущих ей. В главе, посвященной принципам функционирования систем электронных денег, были выделены следующие типичные операции: ввод средств, перевод средств между физическими лицами, оплата товаров и услуг, вывод средств. Мы будем придерживаться этой типологии и в этом разделе.

Ввод средств во многих случаях является неидентифицированным. Сюда относится внесение денег через платежные терминалы и офисы продаж. «Заградительным» положением на пути неконтролируемого ввода средств является установление сумм транзакций, которые могут осуществляться без проведения идентификации. Равно устанавливаются и ограничения на единовременно доступные средства на «кошельке». Тем не менее, не любой ввод средств является неидентифицированным. Средства могут переводиться также с использованием заведомо идентифицированных инструментов – банковских счетов, а также банковских карт. В отдельных случаях при внесении наличных также проводится идентификация (например, при обращении к услугам систем денежных переводов). Несомненно, персонифицированным способом ввода может считаться и пополнение остатка на «кошельке» с использованием средств на счете мобильного телефона. Насколько фактически рискованными являются операции неидентицированного ввода средств? Мировая практика показывает, что ограничение размеров сумм является исключительно эффективным препятствием на пути легализации преступных доходов, а опыт отдельных иностранных юрисдикций иллюстрирует возможность установления таких порогов на уровне, значительно превышающем эквивалент 15 000 рублей. В дополнение к этому, нельзя забывать, что достаточно много информации известно о самих «кошельках» и их владельцах. В действительности, сам по себе ввод средств в систему не может являться единственной целью преступников – так как с деньгами что-то нужно делать в дальнейшем. И на каждом таком направлении установлены дополнительные условия, препятствующие ОД/ФТ.

Оплата товаров и услуг. Логичной целью использования ЭД является осуществление платежей за товары и услуги. В «классических» схемах отмывания под оплату товаров и услуг маскируются денежные переводы в пользу фиктивных организаций. В сущности, для любого финансового учреждения принятие на обслуживание юрлица, потенциально осуществляющего фиктивную деятельность, представляет собой высокий риск. Поэтому организации предпринимают меры для избегания таких ситуаций. Операторы систем электронных денег не являются здесь исключением. Однако для них делать это проще по нескольким причинам. Во-первых, число пользующихся их услугами юрлиц значительно меньше, чем у банков. Во-вторых, к системам ЭД подключаются учреждения, предоставляющие ограниченный спектр услуг – например, мобильные операторы, отдельные интернет-магазины, хостинг-провайдеры и т. п. Контролировать соответствие реальной деятельности заявленной у провайдера спутникового телевидения проще, нежели у компаний, предоставляющих, например, некие неопределенные консалтинговые услуги. Разумеется, присутствует и формальный момент – подключение юридических лиц без процедуры идентификации, предусмотренной законодательством, невозможно. Российское законодательство также предусматривает наличие специального статуса «кошельков» юрлиц – «корпоративного». Для таких электронных средств платежа идентификация владельца обязательна, а аккумуляция средств ограничена 100 000 рублей (на конец рабочего дня Оператора).

Подразделениям финансовой разведки известны случаи, когда фиктивные организации, получая средства, перечисляли их потом под видом заработной платы и обналичивая через пластиковые карты. Реализовать такую схему с использованием систем электронных денег весьма проблематично не только по означенным выше причинам, но также и из-за особых ограничений, налагаемых на переводы между юридическим и физическим лицами. Федеральный закон «О национальной платежной системе» запрещает юрлицам переводить электронные деньги на неперсонифицированные «кошельки», что устанавливает дополнительный заслон на пути преступников.

Перевод средств между «кошельками». С формальной точки зрения, перевод между неперсонифицированными «кошельками» представляет собой обычную операцию по переводу денежных средств. Через системы электронных денег клиенты дают друзьям взаймы, возвращают долги или просто передают родным и близким небольшие суммы. С логической точки зрения, трудно сказать, что переводы между «кошельками» представляют собой сколько-нибудь специфическую с точки зрения ПОД/ФТ ситуацию. В конце концов, от перевода средств от одного лица к другому не меняются условия ввода или вывода средств. В дополнение к этому, Операторы проводят постоянный мониторинг операций, которые совершаются пользователями. Такой анализ позволяет своевременно выявлять деятельность по агрегации средств или иные паттерны, свидетельствующие о незаконной деятельности.

В категорию переводов между «кошельками» попадают весьма специфичные случаи «конвертации» электронных денег между системами. В действительности, никакой явной конвертации не происходит – определенная сумма переводится со счета Оператора «А» на счет Оператора «Б», баланс «кошелька» в одной системе дебетуется, а в другой – кредитуется. Для клиента эту операцию проще представить как «обмен», хотя в действительности это не совсем верно. Такие транзакции, с точки зрения ПОД/ФТ, являются одними из самых подозрительных. В отличие от операций вывода, о которых будет сказано ниже, здесь Оператор рискует перевести средства в адрес неизвестного получателя. Системаполучатель, в лучшем случае, будет знать только общие данные о происхождении средств. Чаще всего, Операторы требуют, чтобы при осуществлении «конвертации» был идентифицирован хотя бы инициатор. Полностью исключить риски ПОД/ФТ возможно, если конвертация осуществляется между системами, которые достигли договоренности предоставлять услуги обмена только идентифицированным пользователям. Другое решение – заключать соответствующие соглашения с обменными пунктами, функционирующими в сети в автоматическом режиме. Однако, несмотря на подозрительность операций по конвертации электронных денег, существуют два аспекта, частично нивелирующие связанные риски. Во-первых, переводы между системами не «обезличивают» деньги – в условиях унифицированных требований, связанных с выводом, в фиатной форме их сможет получить только идентифицированное физическое или юридическое лицо. Из какой системы будет осуществляться вывод – не столь важно. Во-вторых, обменные пункты пользуются все меньшей популярностью. Это связано с постепенным выравниванием комиссий среди систем и расширением способов ввода/вывода, а также негативным отношением со стороны самих Операторов. Возможно, со временем услуги, связанные с обменом ЭД, станут полностью не востребованы.

Вывод средств из системы. Формально, именно вывод средств может привлекать наибольшее внимание преступников. Сфера использования электронных денег ограничена, поэтому их вывод – ключевой этап потенциальной легализации. «Погашение» ЭД обусловлено максимальным набором ограничений и требований. Так, специализированное регулирование не позволяет ни при каких обстоятельствах получить деньги без должной идентификации. Клиентам всегда обеспечено право получить средства, ранее переданные Оператору, обратно. Тем не менее, их возврат всегда обусловлен прохождением полной идентификации. Возможны два случая.

Во-первых, перевод с неперсонифицированного «кошелька» возможен только на банковский счет – владелец которого заведомо идентифицирован. В таких случаях достоверно известен получатель средств, а значит, прозрачно и движение денег.

Во-вторых, вывод может производиться с персонифицированного ЭСП. Так как Оператору уже известна личность своего клиента, то при получении средств – наличными или переводом без открытия банковского счета – достаточно установления личности. Фактически, вывод средств является наиболее регулируемой операцией с точки зрения ПОД/ФТ. Такая ситуация вполне обоснована и, что немаловажно, приемлема для клиентов. Необходимо признать, что для физических лиц эта операция является, в целом, не очень типичной. Системы электронных денег используются в первую очередь для оплаты товаров и услуг – ввод средств с целью их последующего вывода может быть необходим пользователям только в ограниченном ряде случаев. С другой стороны, полный запрет на вывод средств противоречил бы самой логике ЭД, так как ограничивал права распоряжения внесенными суммами.

При рассмотрении специфики функционирования систем электронных денег с точки зрения ПОД/ФТ необходимо помнить, что деятельность по противодействию легализации доходов и финансированию терроризма является, скорее, вспомогательной. Необходимость в ней возникает не из-за «врожденных» рисков, характерных для финансовых потоков, а из-за совершения преступлений, из которых извлекается прибыль, а также терроризма. Хотя зачастую считается, что главной целью деятельности по ПОД/ФТ является получение сведений обо всех субъектах, вовлеченных в переводы денежных средств, это, на наш взгляд, не совсем так. В условиях, когда в обороте присутствуют наличные, являющиеся абсолютно анонимными, тотальный контроль не может являться самоцелью. Подразделения финансовых разведок государств понимают это, а потому акцент делают, скорее, на анализе транзакций, нежели на сборе максимального объема данных о субъектах. Системы электронных денег, в свою очередь, обладают возможностями по выявлению подозрительных транзакций, а также, при необходимости, фиксированию достаточной для проведения оперативно-розыскных мероприятий информации.