Антон Пономаренко – Вьерд. Чума. Книга 1 (страница 2)

– Ещё чего. – буркнул Грабл и, схватив в охапку своё добро, поспешил в город.

– В вашем уроке истории есть одна неточность. – подошедший мастер Боледо ловко перебрасывал медную монету между толстыми пальцами. – Изначально у королевств были вполне обычные названия, которые уже никто и не упомнит. А вот цветами магов они стали называться, когда власть перешла к магократам.

– Благодарю, мэтр, за научение. – второй стражник поймал монету, брошенную мастером.

– Выпейте за моё здоровье. – вторая монета улетела первому. – И передайте капитану, чтобы навестил меня вечером. Негоже, когда представителей торгового союза так холодно встречают.

– Сделаем. – хором ответили стражи и вздрогнули.

В тайнах горше всего их раскрытие.

Архимаг Синельди был очень старым, почти древним магом. Шутка ли – прожить четыре тысячи лет. Несмотря на удивительный даже для многих магов этого мира возраст, а мир назывался Вьерд, Синельди Блаженный прекрасно себя чувствовал, как физически, так и ментально. А уж про магические каналы в его теле так и говорить нечего. Хоть сейчас побеждай драконов или телепортируйся в новые миры. Собственно говоря, телепорты и были главным умением Архимага. Помимо путешествий по мирам, астралу и другим планам собственного мира у тощего старика Синельди были ещё и обязанности. Он был ректором Семицветной Академии, названной так по семи цветам факультетов и семи башен того же цвета, где эти факультеты находились. Оранжевый факультет астральной магии, к которому относился Архимаг, носил, как можно было понять из названия, оранжевые цвета. Поэтому Синельди был облачён в оранжевую мантию, болтающуюся на его тощем теле. Длинные седые волосы выглядывали из-под капюшона. Сам же Архимаг сидел в своём кабинете в оранжевой башне, и занимался одним из самых скучных для него занятий. Он проверял новые заклинания подмастерьев, кандидатов в полноценные маги. Одним из испытаний в Академии было создание собственного нового заклинания. Разумеется, большая часть подмастерьев не создавала ничего оригинального и нового, а просто изменяла старые заклинания своих учителей. Среди подмастерьев Академии это почти стало традицией, но, к своему удивлению, среди десятка пергаментов с аккуратно расчерченными схемами заклинаний он обнаружил что-то новое. Старик отложил этот пергамент, а на остальных проставил печать со штампом «одобрено Архимагом Синельди Блаженным». Затем щёлкнул пальцами, и стопка исчезла с лёгким хлопком. На самом деле она не исчезла, а мгновенно перенеслась в другую точку этого мира к дежурному ученику Оранжевой башни. А тот уже отнесёт их учителям подмастерьев и, в отличие от Архимага, пешком, по длинным переходам между башен Академии. Архимаг взял заинтересовавший его пергамент. Так это ещё и его подмастерье! Заклинание перемещения предметов в пространстве. Хм, а кажется это всё же неновое заклинание. Синельди уже видел эту схему работы с потоками маны и астралом. Решил заодно и проверить. Он взял со стола стек для письма на восковой дощечке, наполнил его заряженной астральной маной, прочертил в воздухе схему заклинания, и затем активировал. С одной из полок в кабинете сорвался пергамент и упал на стол, заодно уронив с полки ещё десяток других. Что ж. Заклинание работает. Просмотрев вызванный свиток, он понял, что подмастерье не скопировал, а сам додумался до этой схемы. Ему на глаза попался одни из упавших свитков. Там его собственной рукой было написано предсказание, свиток был почти его ровесником ещё со времён Исхода. На пергаменте было написано:

«Красная комета пронзит три неба, три пары рук проклянут империю, три беды ждите».

Он записал это предсказание много лет назад со слов первосвященника. Архимаг Синельди Блаженный невольно посмотрел на небо через окошко в кабинете. Голубое небо мира Вьерд рассекала красная стрела кометы. Три беды пришли в его мир. Чума, война и мор. Так было принято толковать эти беды среди мастеров священного слова Церкви, магов Академии, адептов запрещённых сект Неназываемого и даже болотных ведьм, шаманов Орды и диких горных племён. Лишь дварфам в их подгорном царстве не было дела до предсказаний людей до этого дня. Сам Архимаг никогда не забывал эту историю.

Мастер Скорпмор был человеком ленивым. Это отражалось как на его внешности( огромным пузо, которое не скрывал даже просторный чёрный балахон), – так и на его характере. Потому вместо работы упокоителем нежити он выбрал дежурство в магической страже. Молодому некроманту Скорпмору всего и надо было, что следить за картой-артефактом. На карте отображалась империя с её четырьмя королевствами, степи орды, горы гномов и территории болот, часть моря за горами. Всё остальное было очерчено линией пустоты – непроходимой границей. Линию пустоты большая часть обывателей мира Вьерд считала краем света. Маги же знали, что это силовой барьер, но кем и когда он создан было неизвестно. Те экспедиции, что смогли преодолеть барьер, не вернулись. Также карта показывала магическую активность: если где-то происходило изменение магического фона, на карте-артефакте светилась точка, обозначавшая эту местность. Если магический фон сильно искажался, то точка света на карте становилась ярче и меняла цвет. Скорпмору было лень запоминать обозначения цветов, и он всегда вешал в кабинете шпаргалку на пергаменте. Кабинет дежурного стражи располагался наверху сторожевой башенки, построенной на границе болот и империи. Сама башенка была окружена лесной чащей, и от неё не вела ни одна дорога. Дежурные маги прибывали и убывали через телепорт на первом этаже.

Некроманту Скорпмору было ужасно скучно, и он буквально дремал над картой. Подходил к концу довольно скучный месяц дежурства. Практически никакой магической активности за пределами нормы. Всего несколько заметок в журнале, о которых даже не стоило сообщать по амулету связи в Академию магов. «Зелёный… Ещё раз зелёный… Что за зелёный?!» – подумал в дрёме Скорпмор. Хотя уже не в дрёме, он явно проснулся и тело среагировало раньше ленивого разума. Сердце замерло на пару мгновений, по позвоночнику пробежал могильный холод. Некромана активировалась, прошла волной по телу. Откат магии окрасил ногти чёрным и немного болезненно пробудил Скорпрмора. Такова была расплата за его магию. Некромант глянул на листок – «Зелёный – превышение магического фона при сильном ведьмовском ритуале. Сообщить в Академию, подготовиться к атаке». Скорпмор вытянул амулет связи из-под чёрной робы и сообщил коротко и чётко в Академию.

– Пост Болотная башня. Двенадцатый час, год четыре тысячи шестьдесят шестой от Исхода. Дежурный магистр Скорпмор Кость, Чёрная башня. Зелёная активность, болото в трёх милях на юг от поста.

– Принято, Кость, ожидайте группу подмастерья Пепла, возможно вторжение иномирян, подготовьте пыточную.

Подмастерье Пепел был жёстким, иногда даже жестоким, но всегда оправданно. Он не был садистом и причинял боль только по долгу службы. Пепел служил в магическом надзоре, который ловил магов, преступивших закон, и прочих нарушителей спокойствия империи или неугодных Академии, когда это касалось магии. Сейчас долг привёл Пепла на болота. Болота были межевой территорией между Зелёным и Белым королевствами. Хотя все, включая магов, считали, что болота принадлежат местным ведьмам. Связываться с ними тут опасались даже полноправные маги, а подмастерья и подавно. Пепел же, хоть и был всего лишь подмастерьем, обладал боевым опытом и к бою был готов, как и его люди. Ему служили два наёмника, такие же лысые и поджарые, как и он сам. Единственное, чем отличался Пепел от своих наёмников, это лицо на удивление без шрамов и будто скопированное с одной из статуй Крылатого в столице. Лишь полное отсутствие волос на голове делало его отталкивающим. Налысо бритые головы являлись не прихотью моды, а производственной необходимостью, так как подмастерье шёл по пути магии Огня. Спаленные волосы или подпалённая одежда были повседневностью. Практичная униформа из кожаных камзолов с особой пропиткой защищала от огня, высокие сапоги способствовали перемещению в любых условиях, в том числе и на болотах. Медным жезлом с янтарным навершием Пепел освещал путь. Магический свет легко было контролировать. На болотах даже днём было темно, а сейчас глубокой ночью без факела и вовсе ничего не увидать. А помимо ведьм и злых духов тут были и звери, а возможно и чудовища. С чудовищами помогли бы справиться люди Пепла. Два наёмника, вооружённые арбалетом и копьём соответственно, держались позади. Такое построение не приветствовалось Академией из-за ценности магов, но было отработано тройкой многократно. На счету группы было без одного со скверную дюжину магов-отступников. Тех магов, что нарушили закон, убили кого-то без разрешения, творили запрещённые заклинания или связались со скверной. Чаще всего Пепла посылали разбираться с чудовищами, природу происхождения которых никто так и не понял. Да и в целом о них вспоминали только во время нападений на глину, на людей, не обладающих магией. Иногда за неугодными Академии магами по слухам посылали двух неизвестных ему учеников, но Пепел никогда не видел задержанных преступников.