Антон Перунов – Такара (страница 15)

И все-таки вещей оказалось очень много. Чего только стоили две канистры бензина, набор инструментов, паяльная лампа, домкрат, насос, провода для «прикуривания»? Чего только не найдется в багажнике у хозяйственного мужика! Не все вещи Ирины поместились в ее рюкзак, да и какой смысл тащить с собой две пары туфель, ворох непрактичной одежды и пару гламурных журналов? Гаев судьбу этого тряпья уже решил — «сама не потащишь, никто не потащит». С подобной проблемой столкнулся и Дорохин: снаряжение и тушенку еще удалось распихать большей частью по рюкзакам группы, а вот с остальными вещами… Больше двух бутылок водки — которые из запасов Федора — тащить на себе он счел преступлением. А ведь еще оставались два «пузыря» и непочатая двухлитровка пива — запасы, как бы случайно позабытые Яковом, которые никто не трогал. Во избежание так сказать оказаться в должниках у друга детства. При мысли бросить все это добро у Мишки сердце обливалось кровью и в лице Ирины он нашел союзника и музу.

Решение пришло внезапно, простое как все гениальное — выкопать схрон внутри палатки. Время есть, руки есть, секретность обеспечить проще простого — закрыть вход и пару раз прогуляться с увесистым узлом из брезента до ручья — сообразил Мишка. А потом аккуратно поместить в нутро матери-земли добро, вернуть на место дерн и побольше натоптать при демонтаже палатки. И всех делов. И само собой герметично упаковать вещички перед тем, как. Но и тут все просто — бесплатных супермаркетовских пакетов хоть ешь одним местом, да и у Федора нашелся полиэтилен, накидки на кресла и резиновые коврики — накрыть сверху плотно упакованный хабар. пзместиться а вторую вещами забить, которые не самые главные. трументы? екшись от Михаил ребята вяло перебрасывались словами. бо

Увидев, чем занимается приятель, Тим снял аккумулятор и выкрутил две фары. Арсений помогал выносить и сваливать в ручей вынутую землю, а затем убрать все следы работ.

Темнота подкралась незаметно. Берег и редколесье покрылись яркими точками костров, в двух местах бушевали настоящие «пионерские». Не иначе какие-то глупцы развели в надежде на спасателей. И чтобы было не так страшно ночевать в диком лесу на другой планете. Еще эти большие костры означали сбившихся в кучки выживальщиков. Как минимум еще две стаи, помимо организаторов и «Робинзонов», уже отделившихся от основной массы «попаданцев»…

В самый неподходящий момент, когда сборы шли полным ходом, в их палатку повторно сунул свое мурло и дыхнул мультикомпозитным перегаром не к ночи помянутый Яков.

— Здаров, чуваки. Че такие скучные да вялые? Может, накатим по маленькой?

— Яш. Тут такое дело…

— …Ты малость не во время.

— Да ну! Яков Батькович всегда приходит во время. Как солнышко! — Придуривался мужчина в самом расцвете сил. Физических, но отнюдь не моральных. За его спиной вырисовывался крепкий паренек лет двадцати двух — двадцати трех с невыразительным лицом, вооруженный обычным охотничьим ножом. Чувствовалось, что Яша набирает силу и все более самоуверенно ведет себя.

— …

— Опа! А чего это вы свою Елену Прекрасную от народа прячете? — выказал свою начитанность и зоркий глаз пришелец.

— Да это соседка. Мы вот парня ее схоронили недавно, — взял слово Михаил, — Слушай, Яша…

— Короче, так. Олег Олегович сказал всех баб собрать. Эй, встала, сюда пошла.

— Не, братан, не по закону. — Заявил Тим. Михаил за его спиной сделал Ирине жест оставаться на месте. Девушка, вдруг впавшая в прострацию, не заметила ни приказа Якова, ни жеста Михаила.

— Яш, а ты никак у «Робинзонов» на побегушках? — зло клюнул друга детства Миха. Тим попытался одернуть приятеля, но Яша все услышал и набычился.

— Короче. Я вам сказал. Бабу в НАШ лагерь. По-быстрому, — процедил Яша, но потом сбавил обороты. — Справитесь, так и быть слово за вас скажу.

— Понятно. — Неожиданно легко согласился Тим.

— Завтра утром, край к обеду баба у вас будет. Сами приведем, не беспокойся, — Тим толкнул открывшего было рот Миху локтем в бок.

— А пока сам, понимаешь, дело молодое, мы уж ей по праву первой ночи растолкуем новые порядки? О-кей?

— Вижу, всосали, пацанчики, молодцом, — Обрадовался Яша. — Ну, давайте, смотрите, бля, без кидалова, завтречка ждем. Не будете дурить, возьму к себе в бригаду бойцами. Ясна!? — С чуть ли не начальственными нотами закончил Козлевич.

Вход палатки сомкнулся, оставив ребят наедине с нехорошими мыслями.

— Так, сон отменяется. Всем вставать и одеваться. — Скомандовал Тим, как только шаги Якова с бойцом стихли за деревьями.

Все начали в темпе собираться. Ирина выглядела даже в свете фонаря очень бледной, улыбка на ее лице не просматривалась совершенно. Вскоре все четверо собрались у почти потухшего костра.

— Новая вводная. Торжественное отплытие утром отменяется, уходим ночью, примерно после двенадцати. То есть у нас есть три-четыре часа. Сейчас задача накачать лодки и перетаскать вещи к ним. Палатки тоже надо сворачивать. Короче, валим резво как понос. Главное не терять бдительность — слишком много шустриков вокруг. Так что ты Сеня бди. Если крайняк — стреляй. Сможешь?

Арсений неуверенно кивнул и хлопнул по деревянному прикладу «тозовки-горизонталки», словно проверяя на месте ли оружие. Тим секунду смотрел на него, потом кивнул и повернулся к Мишке.

— Миха, на тебе переноска вещей. Я буду лодки качать и собирать, тебе в помощь Ирина. Лодки спустим в бухточке у оврага, как раз никто не увидит. Только темно там, как… короче очень темно, так что по осторожней, глаза себе не повыкалывайте ветками.

— Раз темно, фонарик возьми. — Предложил Михаил — Все равно из-за костров не заметят, если под ноги светить, а не по сторонам.

— А что случилось-то? — Тихо спросил Сеня.

— Дерьмо случилось. У нас есть пять-шесть часов, чтобы быть далеко-далеко, а потом придут резвые ребята, охочие до нашего добра и начнут нас принудительно раскулачивать вплоть до полного уничтожения. Так я это вижу. Ответил на твой вопрос?

Арсен подавленно кивнул.

В тот день визитом Якова неприятности ребят не исчерпались. Едва они принялись за работу согласно новой вводной, как зашумел подлесок и через несколько секунд выплюнул черную бормочущую тушу. Отряхивая налипшую хвою с потного лысого черепа, к костерку вышел давешний ЧОПовец. «Кафешный матершинник» — опознал пришельца сидящий у палатки Мишка и положил испачканную в земле руку на помповик.

Кроме чуба и усов здоровяк слегка преобразился — униформа украсилась репейникоподобными семенами растений нового мира, кобура со служебным «Иж-71» уступила место более солидному стволу, на бычьей шее появился автомат Калашникова. Над всем этим великолепием сверкала лысая башка с намокшим и спутанным «оселедцем», а под мощными надбровными дугами бешено вращались глаза, расстреливая искрами ненависти крохотный пятачок с двумя палатками и четырьмя людьми. Обдав Мишку слезоточивым духом изрядных потняков, пришелец бесцеремонно откинул полог палатки, сунул ствол автомата сначала в одну, затем в другую и разочарованно взрыкнул.

Озирая окрестности, здоровяк набрал в легкие воздуха, словно собирался что-то спросить у людей, которых казалось бы не замечал в упор, но пока суть да дело, свирепые взгляды прояснили ситуацию и вопросы отпали сами собой.

— Мыкола! Бондарь! — Донеслось примерно из тех зарослей, откуда пару секунд выскочил бесцеремонный оккупант. Судя по интонациям и тембру голоса, там пасся такой же волколось с автоматом, если не страшнее. Может потому и не вылез? — улыбнулся своей шутке Мишка, не сводя настороженного взгляда с обернувшегося на зов ЧОПовца.

Помянув чью-то «крэв», вторженец небрежно опрокинул котелок с мясом дрофы и скрылся из глаз.

Ребята впали в ступор от подобного вторжения в их частную жизнь.

— Уф! Что это было?! — Опомнился Гаев.

— Аборт козлячий! — Вскипел Мишка, что не помешало ему снизить громкость до безопасного уровня.

— Не козлячий, хуже. Бендеровский. — Арсений ухватил себя за богатый русый вихор.

— Я испугалась. — По слогам и как-то отрешенно призналась Ирина.

— Ющероид! — Не унимался Мишка.

— Звероющер! — В Арсении проснулся биолог.

— Газокрад. Муйданщик. Хряк пропиндосский! — Сыпал как из пулемета Дорохин.

Тим жестом оборвал галдеж и сборы продолжились еще энергичнее.

Тим еще днем провел предварительную разведку подходов к бухточке, выбрав кратчайший маршрут от места их базирования. Чтобы не слишком светиться перед отплытием он слегка расчистил тропинку и пообрубал «лишние» ветки. Проверил дно, и остался доволен — твердый плотный песок вперемешку с гладко обкатанными водой небольшими камнями. И глубина почти сразу начинается — просто идеальный причал. Ко всем прочим достоинствам, это направление обезлюдело и не пользовалось популярностью у сборщиков хвороста. Восстанавливать биотуалеты местное человечество посчитало ниже своего достоинства, а здешние кусты идеально подошли на роль отхожего места и помойки.

Все же Тим решил чуток помочь ребятам и, взяв моток белой веревки, обнаруженной в числе прочих вещей в «Луазе», последовательно привязал ее по ходу устроенной еще днем тропинки. Получалось что-то вроде ориентира, который существенно облегчал перемещение в темноте, снижая вероятность выколоть глаз острым сучком или наступить на остатки жизнедеятельности. И хотя луна на светила вовсю, но под кронами деревьев это помогало слабо.