Антон Панарин – Где моя башня, барон?! Том 7 (страница 42)

Когда остальная группа выскочила из портала, не произошло ровным счётом ничего. Никакого послания Башни, ни движения, ни даже звука. Лишь лёгкий запах металла витал в воздухе.

В группе тут же начало разгораться обсуждение. В основном среди гвардейцев, которые хотели отличиться перед монархом. И вновь кто-то из них обратился к Никитичу «Ваше Величество». Шиша хрюкнул от смеха, похлопал Гвоздева-Романова по плечу, отчего тот удивлённо посмотрел на него.

Я решил пока не участвовать в этой болталке. Нужно подождать послания и обдумать какого чёрта с потолка свисают копья. Сел на большой плоский камень в стороне. А рядом присели Илья и Шиша. Они о чём-то тихо спорили.

— А я тебе говорю, что это император, — Илья взглянул в сторону Гвоздева — Романова.

— Да ты гонишь. Это же Гвоздев, глава нашего СОХ, — хохотнул Шишаков. — Гвардейцы просто прикалываются с ним.

— Гвоздев и есть император, — произнёс я.

— Да ну, — Шиша оторопел от такой новости, аж отшатнулся.

— Ну да, — кивнул я.

— Да вы что? Вы решили меня разыграть? — Шишаков хмуро оглядел нас. — Если честно, сейчас не до розыгрышей. Мы в такой жопе находимся, что шутить как-то не к месту.

— А я не шучу, Саня, — серьёзно взглянул я на Шишу. — Так и есть. Просто императору пришлось скрываться под обликом Гвоздева.

Шишаков какое-то время молчал, осмысливая услышанное. Затем вновь взглянул в сторону Гвоздева-Романова.

— Никитич — император Российской Империи, — пробормотал он, затем зажмурился и вновь открыл глаза. — Получается, что СОХ создал сам… Романов?

— Так и есть, — кивнул я.

— Погоди… Это надо осознать, — вскочил Шишаков, затем сощурился и выдавил кривую улыбку. — Да нет, конечно. Вот вы прохиндеи. Ну вот точно решили меня разыграть. Володя, я от тебя такого точно не ожидал.

— Потом сам спросишь у него, — произнёс я. — Как выйдем отсюда.

В это время в стороне громыхнуло. Стена сдвинулась с места. Она медленно и неумолимо поползла к красной черте.

А со стен отделились сотни мшистых фрагментов и собрались перед нами в послание Башни:

'Донорам не место в Башне!

Вы здесь чужие!

Башне нужны лишь ваши души! Она ждёт их!

Приятного падения!'.

Частицы мха разлетелись в воздухе. А стена продолжала двигаться, подталкивая нас в сторону красной черты.

— Вообще ничего не понятно, — честно ответил Никитич, затем покосился на потолок. — Это явно ловушка. Но как она срабатывает? Хм… приятного падения, — вспомнил он слова из послания.

— Это возможно упадёт сверху, Ваше Величество, — произнёс один из гвардейцев.

— Ты сам понял, что сказал? Это нам пожелали приятного падения, а не этим копьям, — пробурчал Никитич.

— Я могу пойти добровольцем, — вызвался один из гвардейцев.

— Сказал же, хватит геройствовать. У тебя одна жизнь, — зарычал на него Гвоздев-Романов. — Надо по-другому проверить.

— Тогда выпустим иллюзию, — произнёс я, подмигивая Никитичу.

— Да, кстати. У нас Володя мастер иллюзий, — подыграл мне Романов.

— С какого это перепугу? — удивлённо пробормотал Шиша.

— С такого. Подвинься, — я оттолкнул его в сторону, подходя к красной черте. Затем приказал Гобу появиться на середине зала.

В группе зашумели, когда увидели теневое пятно и выскочившего из него Гоба. Только у зеленомордого так и не получилось приземлиться на каменный пол. Он полетел к потолку, прямо на копья. Причём скорость полёта его всё увеличивалась. В последний момент он вернулся в тень.

— Теперь всё понятно, — обернулся я к остальным. — Потолок притягивает к себе. Как только переступим через красную линию, нас зашвырнёт на копья.

— Я попробую создать силовое поле, — Никитич сжал посох, кристальное навершие на котором вспыхнуло.

— Не утруждай себя. Здесь пробовать ничего не надо. Мы и так пройдём на другую сторону, — ухмыльнулся я.

В это время Брумгильда закончила шелестеть своими книгами и сообщила, что сможет сделать тоннель. Правда, он продержится недолго.

— И как ты это собираешься делать? Опять иллюзия? — спросил Шиша.

— Нет, всего лишь тоннель. У нас есть полминуты, чтобы пробежать по нему на другую сторону, — сообщил я.

— Тоннель. Я лично в иллюзию не полезу, — произнёс Шишаков.

— Жить захочешь, и не туда полезешь, — строго заметил Романов, затем прищурился и оценил расстояние до противоположной стены.

— Примерно двести метров, может, чуть больше, — сообщил он.

— Двести тридцать, — произнёс один из гвардейцев, замерив расстояние небольшим приборчиком, закреплённым на запястье.

— Э нет, я так быстро даже на тренировках не бегал, — покачал головой Шиша.

— Ты не понял, Александр. Не пробежишь — попадёшь вон туда, — Никитич махнул рукой на шипастый потолок, затем хмыкнул. — Да к тому же у тебя покров есть. Забыл, что ли?

— Он ещё должен восстановиться, так-то, — пробурчал Шишаков.

— Но никуда ты не денешься, Саша, придётся бежать. Как и всем остальным, — с прискорбием сообщил я ему.

Шишаков мрачно кивнул в ответ. Понял, что здесь далеко не тренировка в СОХ. В этом поганом месте мы стараемся выжить и добраться до сердца Башни. Или что там у неё? Ядро? Источник?

Пожалуй, отправлю-ка я Гоба на разведку. Пока мы переходим через тоннель, он успеет всё разузнать. Зелёный всё понял, хихикнул и приступил к заданию.

Ну а Брумгильда — просто умница. Справилась. Перед нами пространство засияло и сгустилось в виде небольшого тоннеля. Пора!

Я врубил покров, а вот руны тратить не стал. И так спокойно доберусь до противоположной стены, силы ещё пригодятся.

Восемь секунд — и я пересёк красную черту у противоположной стены. Следом показался Романов, затем Илья и Шишаков. Буян с Роксаной упали рядом, они выдохлись. Сопели как паровозы, стараясь восстановить дыхание. Да и гвардейцы преодолели коридор, кроме одного.

Он почти добежал, но то ли споткнулся, то ли ногу подвернул. Тоннель растворился в воздухе, и гвардеец с диким криком полетел на копья. Я видел, как они пробили его тело, будто картонное.

Портал уже вспыхнул перед нами. Троллиха сообщила, что всё нормально, можно переходить. Вновь полёт в никуда, а затем холодный каменный пол третьего этажа.

Теперь надпись собралась из мелких камней, которыми была усыпана стартовая площадка.

'Доноры, здесь вы познаете танец четырёх смертей!

Какой из них вы подохнете — решать только вам'.

— Как недружелюбно, — скривился Буян. — Впереди какие-то плиты.

Я рассматривал пристально чёрно-белые ячейки. Будто шахматы. Но смертельные.

— Какие есть версии? — окинул нас взглядом Никитич.

Гоб вернулся с плохими новостями. Он не смог пробиться даже на этаж выше. Тёмный заслон был непрошибаем даже в астрале. Башня упорно защищается и не хочет, чтобы мы узнали раньше времени, что нас ждёт.

«Гобби, пробегись по плитам, но постарайся выжить», — отправил я зелёному ментальное задание.

— Наблюдаем за моей иллюзией, — вздохнул я и приготовился запоминать безопасный маршрут.

Гоб выскочил на первую плиту. Ничего не произошло, затем прыгнул на вторую, и ледяные шипы вырвались снизу. Зелёный кое-как успел отпрыгнуть на соседнюю ячейку. Ну а там огненные струи, которые слегка подпалили его задницу. Гоб хихикнул и перепрыгнул на безопасную ячейку, расположение которой я также запомнил.

— Какая правдоподобная иллюзия, — принюхался один из гвардейцев. — Пахнет палёным мясом.

Я поймал на себе пристальный взгляд Шишакова, но не стал реагировать. Сейчас не до этого. Всё моё внимание сосредоточено на одном зелёном карлике, который решил выбрать другую тактику.