Антон Панарин – Где моя башня, барон?! Том 7 (страница 25)

— Спасибо тебе, друг. Ты даже не представляешь, насколько мне помог. Всем нам помог, — обратился я к Дорохову. Закрыл ему веки, и спешно покинул это место. Скоро сюда нагрянет тайная полиция. Народу будет столько, что лучше мне свалить по-быстрому.

Я услышал странный звук. А потом заметил в воздухе стальную птицу с пропеллером на крыше. Вертолёт. И он приближался. Меня ищут, кого же ещё.

Уже сбегая по лестнице вниз, я заметил в одном из окон ещё три вертолёта. Пришлось накинуть ускорение, чтобы покинуть дом и место схватки.

Скоро на меня будет объявлена охота. И тот, кто мне может помочь не отвечает. На ходу я пытался созвониться с Гвоздевым-Романовым. А он был вне зоны действия сети.

Вот же зараза! Как не вовремя. Скользнув в проулок, я пробежал его насквозь, затем выскочил на большую улицу, перебегая дорогу. Несколько автомобилей засигналили мне вслед. Ведь я за малым не попал под их колёса.

Бирюк. Я вспомнил про бродягу. Вот он меня и укроет на время. Пока я не дозвонюсь до Никитича.

Угловой переулок — всплыл адрес в моей памяти. Да, точно. Он должен быть там.

Задал я навигатору на смартфоне маршрут. Пять с половиной километров — не такое уж большое расстояние. Особенно, когда ты бежишь под усиленным покровом маны. Руну я использовать не стал. Организм ещё не отошёл от предыдущего использования. Да и рана ещё не заросла полностью.

Я бежал по улицам. В ушах свистело от ветра, дыхание прерывалось. Сердце билось в груди так, что готово было выскочить, а перед глазами мелькали тёмные и цветные пятна.

Но вот я заскочил в знакомый переулок, и добрался до того места, где наткнулся ранее на Бирюка. Этот пройдоха оказался там же, где и раньше. Теперь он укрывался грязной коробкой и ворочался во сне, недалеко от мусорного бака.

— Подъём, страна! — выкрикнул я ему на ухо.

— А ну пшли нахер отседа! Нахер! Зашибу! — закричал бомж, подскакивая на ноги и хватая с земли кусок ржавой трубы.

— Воу, полегче, приятель, — я отошёл от просвистевшей в воздухе железки. — Ты не узнал меня, что ли?

— Иди отседа, иначе зубы повышибаю, — угрожающе захрипел бродяга. Затем прищурился, опустил кусок трубы. — Точно. Землячок. А ты как здеся очутился?

— Помощь твоя нужна, — хмыкнул я, услышав над головой клёкот вертолёта.

— Опять скрываешься от кого? — оскалился в беззубой улыбке Бирюк. — Чо на этот раз натворил? Опять полицаев помял?

— Ну вроде того. Хорошо помял, — усмехнулся я. — Но я не убегаю. Мне бы просто переждать полчаса.

— Да хоть месяц, — причмокнул довольно Бирюк. — Я тут знаю одно тихое местечко. Погнали…

Он застегнул свои лохмотья на единственную пуговицу. Затем резко побежал по проулку и юркнул между домами.

Пространства было не очень много. Но у меня получилось протиснуться. Правда, скрытые ножны пришлось снять и держать в руке. Они цеплялись и стучали по кирпичным стенам, мешая продвигаться вперёд.

Наконец-то мы вышли на небольшой пятачок. Он был скрыт от посторонних глаз. Что меня вполне устроило, так это шиферный навес. Хоть и слегка дырявый, но всё же укрытие. И это всё было зажато со всех сторон высотками.

Мы расположились на потёртых скамьях, за дубовым треснувшим столом, который пованивал то ли рыбой, то ли протухшим мясом. Но не критично.

— Ну как тебе? — довольно улыбнулся Бирюк.

— Неплохое укрытие, — оценивающе хмыкнул я в ответ и вновь набрал Никитича. И вновь не смог дозвониться. Где его черти носят⁈

— Ща, организуем чаю, — Бирюк сорвался в сторону дыры в заборе, и я услышал его хриплый строгий голос.

На третий раз Гвоздев-Романов взял трубку.

— Владимир, ну вот сейчас совсем не до тебя, — услышал я из динамика его напряжённый голос. — Мы зачищаем местность от тварей. Давай в другой раз.

На фоне я расслышал крики, выстрелы и непонятный скрежет.

— Никитич, дело жизни и смерти, — подчеркнул я.

— У тебя всегда так. Я не удивлён, — сухо произнёс император.

— Борщов — слуга Башни, — с ходу выложил я.

— Ну вот, и ты туда же. Где вы только этот бред берёте? И тебе уже Шиша мозги промыл, что ли? — категорично процедил Гвоздев-Романов. — Это он всех подозревать начал. Так и до меня доберётся…

— Нет, я сам в этом убедился. Никитич, послушай. Сведения стопроцентные, — подчеркнул я.

— Сейчас… Уйду в тихое место, — пробурчал император. И через минуту посторонний шум исчез. — Ну и? Допустим, что Борщов слуга. Хотя и сомневаюсь. Допустим. Тогда надо распускать всю тайную полицию, а тех, кто будет сопротивляться ликвидировать как изменников Родины.

— Да я с радостью могу этим заняться, — ухмыльнулся я.

— Я не сомневался, что ты так скажешь… Но я должен предупредить Вересова, министра обороны. Чтоб тебя не трогали. И сам понимаешь. В этом деле нужны доказательства. Веские и железобетонные.

— Я отключусь, а ты проверь телефон. Сейчас скину тебе всё, что нужно, — произнёс я.

Через пять минут Никитич перезвонил, и в этот раз он был обрадован.

— Ты где это взял, Володя⁈ — воскликнул он. — Это ведь полностью меняет дело!

— Мне передал тот, кого уже нет в живых, — вздохнул я. — Ну так что? Даёшь добро?

— Действуй, — сухо откликнулся император. — Даю зелёный свет. И оборонка уже в курсе, гвардейцы тебе помогут, если нужно.

— Сам справлюсь, — коротко бросил я, отключаясь.

Ну вот и всё. Хана тебе, Борщов.

Пока Бирюк вернулся с чайником и разливал по видавшим виды чашкам напиток, я отправил Гоба на разведку. А через минуту зелёный вернулся с хорошими новостями.

Я глотнул терпкого чая, затем вскочил, хлопнув удивлённого бомжа по плечу.

— Ну всё, Бирюк. А это прими в благодарность, — я бросил тугую пачку сторублёвых купюр на стол и устремился к выходу, лишь услышав за спиной радостный смех охреневшего от счастья бродяги.

Рана зажила, я восстановился. И это позволило использовать ускоряющие руны. Я добрался до места, где укрывался Борщов, менее, чем за пять минут.

Недалеко от торгового центра «Мегаполис», в это же время

Борщов нервничал, елозил в кресле и посматривал на телефон. Тот молчал.

Не думал он, что Авдеев окажется таким серьёзным противником. Получается, что он недооценил его. Хотя вроде же всё сделал правильно. Засада была организована идеально. Где он прокололся?

Проведя рукой по заросшей щеке, он нервно потарабанил пальцами по столу. Затем бросил взгляд на склонившегося над пультом Петрухой. Тот переговаривался с группами агентов через наушники с микрофоном.

Искали уже пятнадцать минут. Но барон Авдеев будто сквозь землю провалился.

— Что говорят вертушки? — обратился Борщов к Петрухе. — Ну! Ты с ними говоришь?

— Да, Пётр Евстигнеевич. С ними, — ответил агент. — Ищут. Но пока безрезультатно.

— Твою же мать, — зарычал Борщов. — Куда он делся⁈

Дверь отодвинулась в сторону, и в салон заскочил запыхавшийся Коля.

— В общем, заметили Авдеева, — выдохнул он. — У стекляшки неподалёку. Но он снова исчез. Завалил двух наших.

— Немедленно поднимай третьего и пятого, — подскочил Борщов. — Ставьте заграждение и врубайте замедлитель. Живо!

— Они в засаде, Пётр Евстигнеевич, — пробормотал агент.

— Коля-а-а, ты не понимаешь, — подскочил к нему Борщов. — Он пришёл за нами. Он скоро будет здесь.

В груди его чаще забилось сердце. От адреналина закружилась голова. Он упал в кресло, хватая телефон.

— Всё надо делать самому, — прошипел Борщов, и вздрогнул, слыша крики и выстрелы снаружи. Затем — хрипы и тишина.

Мысли метались в голове Борщова. Он кинулся под столик, расчехляя мощный замедлитель. Пальцы его дрожали, соскальзывали с тугих зажимов. Капсула не хотела открываться.

В этот момент крыша чёрного бронированного микроавтобуса заскрежетала. Главное не отвлекаться. Машина усилена магией, бронированная, с тремя степенями защиты. Она выдержит. Главное, активировать артефакт.

Обшивка треснула. А затем на глазах изумлённого Борщова крыша раскрылась в разные стороны, словно лепестки цветка. И внутрь заглянула хищная оскалившаяся морда зелёного уродца.