Антон Панарин – Где моя башня, барон?! Том 2 (страница 16)

Поскольку я одет как официант, меня здесь и за человека не считают. Я просто ходячий предмет мебели. Мне свистят, машут рукой, говорят «эй ты!» и совершенно не боятся при мне ляпнуть лишнего.

— Я слышал, что графа обокрали. Да, да. Увели артефакты из-под носа. Представляете? А с виду так и не скажешь, что он простофиля, ха-ха, — прошептал мужчина с вороньим носом и захохотал, прикрыв рот ладонью.

— Если он не покажет сегодня свою добычу, то будем считать, что слухи правдивы, — улыбнулась в ответ дама с глубокими морщинами и пышным задом. Затем увидела, что я стою без дела и махнула мне: — Мальчик, принеси нам шампанского. Здесь такая духота, что мне нужно срочно освежиться.

— Сию секунду, — я поклонился и просто отошёл вглубь зала на десяток метров.

— … монголы бросили все силы на захват башни? — с придыханием спросила молодая девица, смотрящая на своего кавалера как на божество.

— Так и есть, моя дорогая. Но не стоит волноваться. Император-батюшка всё держит под контролем. Ещё ни одна башня не выскользнула из наших рук, — подкрутив усы, сказал мужчина.

— А как же та башня, которую разграбили поляки ещё до того, как подошли наши войска? — поинтересовался проходящий мимо старик.

— Этим псам повезло. В открытом столкновении у них не было бы и шанса! — решительно выпалил кавалер барышни, будто был готов в любую секунду отправиться громить поляков.

Со всех сторон доносились напыщенные разговоры, заполненные самолюбованием и лестью до краёв. При этом хозяина поместья мешали с грязью куда чаще, чем прочих.

Забавно. Вроде граф, но в высшем обществе любовью не особо пользуется.

— Валентина Павловна, как вам бал? — спросил толстый мужчина с бакенбардами и промокнул платочком лысину.

— Сущая безвкусица, — хмыкнула не менее пышная дама. — А вы видели всех этих животных? Он пытается нас удивить? Больше похоже на бросание пыли в глаза. Так делал мой покойный муж, когда погряз в долгах. Вечно бодрился и хвалился направо и налево тем, как замечательно у него идут дела. А после заложил наш особняк и повесился. Слава богу, хоть на это у него хватило мужества.

Пока я пропитывался зловонием высшего общества, ко мне подкрался дворецкий Мышкина. Крепкая рука тряхнула меня за плечо, и я услышал возле уха шипение:

— Ты чего прохлаждаешься? Живо за мной.

Меня потащили сквозь толпу к столам с башнями из шампанского. Дворецкий толкнул меня к столику и процедил:

— Схватил поднос и пулей к гостям. Иначе… — он пригрозил мне пальцем и молча растворился в толпе.

А я парень понятливый. Мне дважды объяснять не нужно. Я взял один бокал шампанского и залпом осушил до дна. Тьфу. Кислятина. И как они это пьют?

— Тебе чё, жить надоело? — спросил ошалевший официант, заметив мою выходку.

— А разве что-то случилось? Я ничего не видел, — улыбнулся я и взял поднос с бокалами.

— Рисковый, — ухмыльнулся парень и, осмотревшись по сторонам, незаметно плюнул в один из бокалов. Замечая, что я напрягся он улыбнулся в ответ: — Не боись, твой был чистым.

— Смотрю, на балу все развлекаются как могут? — хмыкнул я.

— Именно так, дружище, — злорадно оскалился официант. — Зато потом будет что вспомнить.

Мы разошлись в разные стороны. Я нырнул в толпу и спустя минуту стоял с пустым подносом, заваленным не менее пустыми бокалами. Вернулся к столу, взял новый поднос — и так ещё пять раз кряду.

Нет, я не прислуживал местной публике. Я пытался отыскать в толпе графа Мышкина. Вот только этого подонка нигде не было видно.

Внезапно накачивание гостей алкоголем завершилось, и начались танцы. Официанты облегчённо выдохнули, заняли места у стен, оставив весь зал в распоряжении господ.

Аристократы танцевали, смеялись, приставали друг к другу. Среди вальсирующих пар я и заметил графа Мышкина. Он довольно бестактно приставал к молоденькой девице, которая явно не являлась его женой. Не могу его осуждать, девица и правда была хороша.

А вот жена графа вальсировала со статным мужчиной слегка за сорок. Седые волосы, мощный двойной подбородок, нос с горбинкой и тяжелый давящий взгляд. Я узнал его. Это князь Черняев. Его фотографию я видел на развороте газеты, которую оставлял в номере дед Катерины.

Спасибо говорливым официантам, иначе я бы не узнал, кто из присутствующих дам является женой Мышкина. Впрочем, эта информация для меня бесполезна.

Вальсируя, князь мило беседовал с графиней, и казалось, что это сугубо официальный танец. Если бы не руки князя, которые то и дело норовили соскользнуть ниже. Он всё время поправлял себя, но ничего не мог поделать с вожделением.

Судя по взгляду графини, ей это нравилось. Вот так сюрприз. Главный гость бала спит с женой Мышкина? Или мне только так кажется? Хотя, учитывая то, что Мышкин так бесстыже клеится к молоденькой девице, в семье у них не всё гладко.

В течение часа гости стёрли ноги до кровавых мозолей и отправились пировать. На втором этаже поместья расположился невероятно длинный зал, в котором столы стояли в форме полукруга. Во главе стола, разумеется, сидел граф Мышкин и взирал на всех с нескрываемым превосходством.

Должен его похвалить. Он первостатейный актёр. Делает такой вид, как будто собственноручно покорил башню и прямо сейчас продемонстрирует публике свои трофеи.

Я вместе с остальными официантами стоял за спинами господ, чтобы не портить вид и вовремя забирать пустые тарелки. Кстати, граф очень прагматично рассадил гостей. Чем богаче был наряд у гостя, тем ближе он сидел к Мышкину.

По правую руку князь Черняев, по левую жена. С каждой стороны по паре графов и графинь, ну а дальше начиналась солянка. Бароны сидели вперемешку с обычными богачами и прочими гостями. Такое ощущение, что Мышкин хотел показать своё отношение к тем, кто ниже его по статусу. Указать, где их место.

Мышкин встал, окинул гостей взглядом и постучал ножом по бокалу, привлекая к себе внимание. В этот момент я расплылся в улыбке и не смог отказать себе в удовольствии.

— Я рад видеть всех вас на балу, посвященном моему триумфу! Зачистка башни далась мне нелегко, пришлось принести определённые жертвы. Но лишь благодаря моей настойчивости и самоотверженности башня была покорена! — Мышкин с довольной улыбкой сказал это и поднял бокал. Зазвучали бурные аплодисменты, хотя я-то знал, что ему верят единицы. — Я предлагаю…

— Позвольте, — обратился я к даме, с которой флиртовал Мышкин, и выхватив у неё бокал шампанского, залез на стол. Пока гости пребывали в шоке, я повторил жест Мышкина и постучал по бокалу ножом. — Я предлагаю дать слово мне!

— Что вы себе позволяете⁈ — возмутилась девица.

Мышкин уставился на меня. Глаза его вытаращились будто у филина, он задрожал. Конечно же он узнал меня, и на его лице проскочила буря эмоций от испуга до ненависти.

Глава 5

— Охрана! Выбросите отсюда этого безродного пса! — зарычал Мышкин, и несколько крепких охранников тут же оказались рядом.

— Безродного? Граф, вы лжец каких поискать! — усмехнулся я и пошёл по направлению к графу, расталкивая блюда ногой. — Я вызываю на дуэль графа Мышкина за то, что он незаконно бросил меня в башню умирать!

Охранники были так близко, что могли бы, протянув клинок, пронзить меня насквозь, вот только им мешали головы высокопоставленных гостей. Гости как завороженные следили за мной, искренне радуясь тому, что праздник испорчен. Теперь поводов для сплетен у них будет через край. Наслаждайтесь, дамы и господа!

Отложив салфетку, со стула встал князь Черняев.

— Что всё это значит? Будьте добры объясниться, молодой человек, — требовательно сказал он, сделав жест охране, чтобы они повременили с моей поимкой.

— Дмитрий Александрович, не слушайте его. Парень безумен, — Мышкин натянуто улыбнулся князю Черняеву и, переведя взгляд, зыркнул на охранников.

— Евгений Александрович, вызов на дуэль это серьёзный шаг, и если парень его сделал, значит, у него были веские причины. Я хочу их услышать, — спокойно произнёс князь, а затем повернулся ко мне, изучающе взглянув на меня: — Как вас зовут?

— Авдеев Владимир Константинович, сын барона Авдеева, — представился я и показал пальцем в сторону графа. — Мышкин Евгений Александрович против моей воли увёз меня умирать в башню. За это я хочу вызвать его на дуэль.

По залу прокатилась волна шушуканий, что явно разозлило Мышкина. Его ноздри раздулись как меховые горны, а по лицу поплыли красные пятна.

— Ха-ха! Против вашей воли? Что за вздор? Вы отправились в башню с дозволения вашего батеньки, — надменно засмеялся Мышкин, пытаясь вернуть расположение публики.

— Дозволения не было. Мой отец пропойца, погрязший в долгах, и вы воспользовались его слабостью, предложив кругленькую сумму. Можно сказать, купили меня словно вещь. Вот только я не припомню, чтобы в империи была узаконена торговля людьми! — парировал я, отодвинув ногой тарелку с запечённой уткой.

— Нет, это бред какой-то. Охрана! Вышвырните отсюда этого недомерка! Он портит праздник моим гостям! — взвизгнул Мышкин, побледнев.

— Дамы и господа! Это всё, что вы должны были знать! Граф — лжец и трус! Он не соблюдает кодекс чести истинного аристократа! — выкрикнул я, уворачиваясь от тянущихся ко мне рук охранников. — Испугался восемнадцатилетнего парня! Позор!

Мои слова заставили гостей не стесняться и во весь голос начать обсуждение увиденного и услышанного. Глаза Мышкина скакали с одного гостя на другого, ища поддержки, но её не было. И тогда граф решил заливисто засмеяться, чтобы не потерять лицо окончательно. Его гулкий смех прокатился по залу.