Антон Панарин – Эволюционер из трущоб. Том 5 (страница 9)

— Всё в порядке, — сказал я и посмотрел вверх.

Твари благополучно миновали военную часть и рванули в сторону деревни. Я с облегчением выдохнул, поняв, что они бежали на запах пролитой крови. А значит, нам нужно быть осторожнее. Любое ранение привлечёт к нам слишком много существ. Леший подошел первым и присвистнул:

— Охренеть. Они там что, корову заперли?

— Дурак. Ты хоть раз видел рычащую корову? — огрызнулся Прохоров, который хоть и подошел, остановился от меня на шаг дальше, чем Леший.

— Заткнитесь, — остановил их я, ведь, как обычно, началась бы перепалка. — Внутри сидит здоровенная тварь, и у нас есть уникальный шанс получить уникальную доминанту. Это вам не с червей ДНК собирать. Уверен, там будет нечто полезное. — Сказав это, я присел и прикоснулся к зелёному следу на бетоне. Никакой реакции. А жаль. Можно было бы поглотить доминанту, не вступая в бой.

— Ты хочешь выпустить эту пакость? — изумился Артём.

— Типа того. А ты против?

— Конечно, против! На кой-чёрт доминанты покойнику? — выпалил Артём и в чём-то он был прав.

— Твоя позиция ясна. А ты что скажешь? — спросил я, посмотрев на Лешего.

— Да как скажешь. Если считаешь, что нужно открывать — давай сделаем это. Только чур, одна из доминант достанется мне, — с азартом ответил Лёха, но я заметил, что его потряхивает от адреналина.

— Да вы психи! На кой-чёрт нам лишний раз рисковать? — возмутился Прохоров, раскинув руки в стороны.

— Хммм… Дай-ка подумать… — наигранно протянул я и потёр подбородок. — Наверное, для того, чтобы увеличить наши шансы на выживание? К примеру, сегодня твои уши спасли нас от опасности. Кто знает, чем наградит нас тварь, сидящая в морозилке?

— Ублюдки, — прорычал Артём, сжав кулаки. — Вы конченые ублюдки. Поняли?

— Да, да. Мы знаем, — усмехнулся я. — Так что скажешь? Открываем дверь?

— Открываем. Но если я сдохну… — угрожающе сказал Прохоров и погрозил пальцем сначала мне, а потом Лешему.

Лёха не сдержался и пошутил.

— Если ты сдохнешь, то мы обязуемся больше не называть тебя рядовым Свининой.

От слов Лёхи я стал давиться смехом, чем ещё сильнее выбесил Прохорова. Впрочем, злость его только взбодрила.

— Да пошли вы в задницу! — выкрикнул он, и в этот момент на стене морозилки появилась новая вмятина, заставив нас вздрогнуть от неожиданности. — Открывай эту хрень, я пока за копьём схожу.

— Не беги вперёд локомотива, — сказал я и сел на пол. — Мне нужно подготовиться.

Призвав череп ящера и горсть Слёз Мироздания, я закрыл глаза и погрузился в Чертоги Разума. Только не в тот слой, где была пирамида и проживали Галя с Мимо, а немного глубже. Здесь не было ничего. Только пустота. Я отпустил череп и слёзы, но они не упали, а взмыли на уровень моего лица и зависли, мерно покачиваясь, словно плыли в невесомости. Вытянув правую руку вперёд, я нараспев выкрикнул:

— Моя душа, создай перо,

Чтобы узнать что суждено,

Законы Мироздания переписать,

Вселенной в глотку мою волю затолкать!

Дурацкое заклинание, которое я создал в прошлой жизни. Тогда я был мал и глуп. Думал, что мне всё под силу. Ха-ха. Впрочем, я и сейчас мал и глуп, и уверен, что мне всё под силу.

Одним словом, я нашел феникса, вырвал из его задницы перо и запечатал его в собственной душе. Эдакий переносной артефакт. Уникальность его была в том, что он, словно феникс, мог перерождаться, и недавно я ощутил его в своей душе.

Пространство между моими пальцами засветилось, и в воздухе материализовалось оранжево-красное перо. Правда, размер его оказался намного меньше, чем я помнил. Такое пёрышко могло бы принадлежать крупному цыплёнку. Хотя, какая разница? Если он сохранил первоначальные свойства…

Я взмахнул пером, представляя руническую цепь, которую собираюсь вплести в череп, и грязно выругался. Пёрышко оказалось дефективным. В нормальном состоянии я за жалкое мгновение мог вплести в любой предмет до десяти тысяч рунных символов, а в текущем состоянии мне было доступно плетение лишь из ста трёх рун.

Скажете, что и это очень много? Для одноразового артефакта — да. Но если вы захотите создать толковый артефакт, то этого будет недостаточно. Для начала, нужно сформировать внешний рунический слой, который будет отвечать за базовую логику движения энергии в артефакте. После вы формируете энергетическое ядро, магический накопитель.

А ещё прерыватель, позволяющий сбросить излишнее напряжение в артефакте. Любой знающий маг скажет, что только идиот станет пользоваться артефактом без встроенного прерывателя. Почему? Да потому, что артефакт превратится в бомбу, если его перегрузить. А перегрузить его может как маг, вливший в предмет огромный поток маны, так и всякие катаклизмы, вызывающие возмущение магических полей.

На заре моей карьеры в Дремору вторгся рой энергетических сущностей. Странные твари. Пытались выпить ману из нашего мира, при этом уничтожение живых их не интересовало. Сущности чем-то напоминали медуз, если смотреть на них со стороны духовного плана. Впрочем, это не важно.

Важно то, что великий царь Шаартас Седьмой, собрал свою армаду, вооружил её лучшими артефактами и отправил в бой. Ну, а как ещё? Дремора — магический мир, и у нас фактически всё работало от маны. А тут сущности пришли и обесточили половину планеты. Конечно, без войны не обойтись.

Так вот. Шаартас повёл свои легионы в бой, и как только они вошли в зону возмущения, создаваемого этими сущностями, произошел бабах. Даже не так. Произошел БАБАХ!!! Жадный дурак сэкономил на услугах артефакторов и заказал артефакты без прерывателей. Но в его защиту скажу, что установка прерывателей стоила неоправданно дорого.

Так вот, все его легионы за жалкое мгновение обратились в прах. Тогда и появилась крылатая фраза «Шаартасова жадность — могильщикам радость». Ладно. К чёрту воспоминания. Пора взяться за дело.

Я взмахнул пером, и в воздухе появились сто три синеватых рунических символа. Вращаясь по спирали, они стали опускаться на череп, проявляясь на нём в виде чёрных жженых отметин. Тонкие, мелкие рунические символы окутали череп со всех сторон и сформировали ядро и накопитель маны.

При этом никаких защитных контуров я не создавал. А зачем они? Задача этого артефакта впитать в себя всю мощь Слёз Мироздания, и превратиться в карающую длань великого владыки каши Мишаэля!!!

Выставив перед собой левую руку, я указал пальцем на череп. Повинуясь моей воле, Слёзы Мироздания одна за другой стали влетать в глазницы и исчезать в них, ярко вспыхивая. Чем больше Слёз поглощал череп, тем сильнее светились его глазницы. И вот наконец Слёз Мироздания не осталось. Идеально гладкая поверхность черепа сейчас была покрыта тускло светящимися рунами.

Артефакт готов к использованию. Нужно лишь активировать его, а потом… Я вывалился в реальность и увидел лица ребят, которые, словно завороженные, смотрели на меня, открыв рты.

— Ты…? — прошептал Артём.

— Ага. Создал артефакт. Буквально на коленке, — кивнул и посмотрел на череп, который выглядел точно таким же, каким я его видел в Чертогах Разума.

— Меня научишь? — спросил Леший с огоньком в глазах.

— Если освоишь контроль маны, то можем попробовать, — улыбнулся я.

— Шик! — Леший победоносно вскинул кулак вверх и спросил. — Так, а что дальше-то делаем?

— Дальше? — Я встал с пола и посмотрел в сторону морозилки. — Дальше ваша задача чертовски проста. Откроете дверь и тут же свалите как можно дальше. Это понятно?

— В смысле? — нахмурился Прохоров.

— В коромысле. Дверь открыли — и бегите в дальнюю часть склада. В бой вступите, когда я подам сигнал. Да и то лишь в том случае, если будет с кем сражаться. — На этих словах я хищно улыбнулся в предвкушении грядущего веселья.

— Самоубийца, — покачал головой Прохоров, но отговаривать не стал.

Я решил не рассказывать ребятам о своей задумке. Мой план был на грани провала, из-за чего Прохоров мог снова поддаться панике, а оно мне нужно? Выслушивать его истерики не имею ни малейшего желания.

Спустя минуту мы заняли позиции, согласно купленным билетам. Артём и Леший встали у двери, им я бросил связку ключей. Готов спорить, что покойный гвардеец нашел ключик и от морозильной камеры. Пока Артём искал новый ключ, я встал сбоку от двери и сжал в руке череп. По телу струился адреналин, заставляя колени предательски подрагивать.

Фух. У нас будет только один шанс. И если повезёт, то сражаться не придётся. Щёлк. В замочную скважину, как к себе домой, вошел ключ бронзового оттенка. Ребята посмотрели на меня, ожидая отмашки. Я сделал глубокий вдох, собираясь с духом, и кивнул.

Артём быстро провернул ключ в замочной скважине, и ребята рывком потянули дверь на себя. А если быть точным, то это дверь их потянула. Стальная громадина с грохотом ударила ребят, отбросив их к стене. Меня обдало холодом и нестерпимой вонью, от которой тут же затошнило. Послышался утробный рык, заставивший меня незамедлительно действовать.

Влив в череп ману, я с размаху закинул его в морозильную камеру, одновременно с этим призвал Мимо и Галину.

— Гламу… — только и успел проговорить комбинированный голем.

Галя и Мимо в форме гранитного голема разместились у входа в морозильную камеру. Как только череп ящера ударился об пол, рунное плетение ядра не выдержало, и самопальный артефакт взорвался. Громыхнуло так, что с потолка посыпалась пыль, а из морозильной камеры вылетели ошмётки зелёной слизи, которая, попав на голема, начала дымиться.