Антон Панарин – Эволюционер из трущоб. Том 16 (страница 5)

Тронный зал запорошило пеплом от мёртвой плоти, который кружился в воздухе и оседал на пол серым покрывалом. Запах был отвратительный. Гниль, жженая плоть, сера и что-то ещё более мерзкое, что невозможно описать словами.

Император улыбался, стоя в центре этого пепельного круга. Его тело дымилось, пока изодранная кожа, свисающая лоскутами, быстрыми темпами восстанавливалась.

— Время умирать, — шепотом проговорил он, но этот шепот был громче любого крика, а в следующий момент он исчез.

Глава 3

Император исчез с того места, где стоял. Мелькнул фиолетовой вспышкой, направляясь к Артёму, но путь ему преградил успевший восстановиться Хазаров.

— С дороги, — усмехнулся демон.

Рука молниеносно взметнулась вверх. Пальцы вонзились в горло Хазарова, пробив балахон и плоть под ним. Император схватил его за шею мёртвой хваткой и резко, с нечеловеческой силой дёрнул на себя.

Голова оторвалась от тела с мерзким хрустом разорванных позвонков и мышц. Из шеи хлынул фонтан чёрной крови, заливая пол и грудь Императора. Тело Хазарова качнулось и рухнуло, дёргаясь в конвульсиях.

Император небрежно держал в руке голову некроманта, словно трофей или спортивный приз. Капюшон упал, обнажив лицо Хазарова, измождённое, покрытое шрамами от ожогов, с ввалившимися глазами и иссохшей кожей. Его губы беззвучно шевелились, пытаясь произнести последние слова.

— У тебя мерзкая душонка, но и её я съем, — произнёс Император, поднося голову к своему лицу.

Рот демона снова открылся неестественно широко. Из глаз Хазарова начал сочиться светящийся дым. Душа потянулась тонкими струйками тумана и исчезал в этой бездонной глотке.

Глаза Хазарова в последний раз вспыхнули тусклым зелёным светом и погасли. Голова в руке Императора превратилась в иссохший череп, обтянутый серой кожей. Демон небрежно бросил череп на пол и ударил по нему ногой, расколов на части. Он облизнулся, словно ребёнок, наевшийся конфет.

— Знаете, а на вкус не так уж и плохо, — довольно пробормотал он. — Души некромантов обладают такими изысканными оттенками вкусов. Смерть, тлен, вечность. Просто восхитительно.

Он медленно повернулся к нам с Артёмом, вращая шеей и похрустывая позвонками, словно разминался перед тренировкой. На его лице играла предвкушающая улыбка хищника, загнавшего жертву в угол.

— Посмотрим, как тебе придутся по вкусу руки проклятых, — усмехнулся я, тяжело дыша.

Тело дрожало от усталости и перенапряжения, но я как раз закончил изменять руническую формулу пентаграммы, начерченной на полу. Император собирался что-то сказать, но не успел. Руки, торчащие из трещин в полу, резко рванули в его сторону и стали цепляться за его одежду, ноги, даже схватили самодержца за глотку.

— Ха-ха-ха! Обратил моё же оружие против меня? — расхохотался демон. — Смышлёное дитя, однако ты всё равно подо…

Слушать эту чушь я не собирался, поэтому с радостью активировал доминанту «Жнец». Кровь, которой Император был облит с ног до головы, моментально превратилась в мою собственную, то есть токсичную. Кислота стала разъедать плоть Императора, заставив его орать от чудовищной боли. Кожа, мышцы, даже кости тлели на глазах. Однако, эта тварь даже не думала подыхать.

— Вам меня не убить, мальчишки! Я всё ещё Владыка Проклятых! — взревел демон.

Его глаза полыхнули фиолетовым пламенем, а тело стало с невероятной скоростью восстанавливаться. При этом кожа в районе сердца начала просвечивать, будто под рёбрами бушевал неукротимый поток энергии.

— Так вот, где ты прячешь свою батарейку, — расплылся я в довольной улыбке.

— Сдохни! — послышался многоголосый рёв Императора.

Из его пасти вырвался поток фиолетового пламени, заставив меня отпрянуть в сторону. Отпрянуть-то я отпрянул, вот только правую руку он сумел задеть. За жалкое мгновение плоть сгорела, оставив лишь обугленные кости. О-о-о! Это была просто дикая боль. Боль, от которой хотелось орать. И я заорал:

— Тёма! Сейчас!

Над моей головой ярко полыхнула пентаграмма, созданная Артёмом. Рунические символы по её контуру задрожали, пожирая остатки маны брата, а в следующее мгновение с потолка обрушился чудовищный поток пламени.

Я использовал конгломерат «Пламярождённый», чтобы не поджариться заживо, а после рванул в сторону Тёмы и подхватил его в последнюю секунду перед падением. Он потратил слишком много сил и потерял сознание. Пламя ревело, слизывало со стен позолоту, поджигало ковры, а ещё нещадно грызло нашего Императора.

Резкий порыв ветра сдул не только пламя, но и сбил меня с ног. Пепел поднялся в воздух, создав подобие дымовой завесы, через которую я увидел Императора. Его самодовольную улыбку. Фиолетовые глаза, пылающие голодом и предвкушением пиршества.

А ещё появившиеся демонические перепончатые крылья, раскинутые в стороны. Его раны затягивались прямо на глазах, а сгоревшая кожа отваливалась кусками, уступая место новой, всё такой же чёрной от рун.

Положив Артёма на пол, я понял, что мы проигрываем. Медленно, но верно. Каждая наша атака бесполезна против регенерации демона. Каждая его атака смертельна для нас. Это лишь вопрос времени, когда он убьёт нас обоих и сожрёт наши души. Но сдаваться я не собирался. Тем более перед лицом неминуемой смерти.

— Чего уставился, падаль крылатая? Слабо схлестнуться врукопашную? — выкрикнул я, хрустнув костяшками пальцев.

Артём приоткрыл глаза и хрипло произнёс:

— Это самый идиотский план из всех, что я слышал. Мне нравится, — его глаза снова закатились, и он отключился.

— Ха-ха-ха! Врукопашную? Со мной? Дитя, ты, похоже, страдаешь слабоумием или слеповат. Ты не видел, как я оторвал голову твоему некроманту? — издевательски спросил он.

— Некроманту оторвать голову может и пятилетка. Делов-то, — усмехнулся я. — А ты попробуй провернуть тот же самый трюк со мной.

— Воистину, людская глупость не знает границ, — иронично произнёс Император, покачав головой, и тут же набросился на меня.

Маргарита Львовна бежала по длинному дворцовому коридору на пределе своих возможностей, не обращая внимания на боль в лёгких и усталость в мышцах. Впереди, метрах в двадцати, мелькнула фигура в тёмно-синем платье. Её родная сестра Роза Львовна, которая удирала со скоростью испуганной крысы, почуявшей кота.

Роза обернулась на бегу, не сбавляя скорости. В руке блеснул пистолет. Маленький, изящный, женский — но от этого не менее смертоносный. Она выстрелила три раза подряд, целясь сестре в голову и грудь.

Пули просвистели в воздухе, но Маргарита была готова. Перед ней мгновенно материализовался водяной щит. Плотная стена из воды толщиной в ладонь. Пули влетели в воду, резко потеряли скорость и застряли в толще жидкости. Они неподвижно повисли, словно застыли во времени.

— Ты от меня не убежишь, тварь! — яростно завопила Маргарита Львовна, не сбавляя скорости. — Я тебя из-под земли достану!

Роза не ответила, экономя дыхание. Выстрелила ещё раз, потом ещё. Щит отражал пули одну за другой. Магазин опустел. Роза с проклятием отбросила бесполезный пистолет в сторону и продолжила бежать.

Но Маргарита Львовна решила из защиты перейти в нападение. Резким движением она выбросила вперёд правую руку. Вода из щита трансформировалась, сжалась и вытянулась в длинную стрелу, острую как игла. Она со свистом полетела вперёд.

Водяная стрела преодолела расстояние в двадцать метров за долю секунды и со свистом насквозь пронзила правую ногу Розы под коленом, войдя сзади и выйдя спереди. Кровь брызнула на ковровую дорожку, заставив мать Императора кубарем полететь на пол.

Роза пронзительно взвыла от боли, как раненое животное. Тяжело дыша, она попыталась подняться, оттолкнуться руками от пола, но раненая нога не слушалась, дёргалась без толку, ещё и скользила по пролитой крови.

— Помогите! Гвардейцы! Ко мне, немедленно! — отчаянно завизжала она, уползая по коридору на руках и волоча за собой раненую ногу.

Из-за поворота выбежали пятеро Имперских гвардейцев в алых мундирах. Мечи обнажены, щиты подняты. Они увидели Розу Львовну, которая ползла, истекая кровью, а после посмотрели на бегущую следом Маргариту Львовну.

— Немедленно убейте эту суку! — истерично завизжала Роза, тыча пальцем в сестру. — Убейте её сейчас же, или вас казнят за неповиновение!

Гвардейцы не стали задавать вопросов. Они автоматически подчинились приказу, как их учили годами муштры. Бойцы выстроились стеной, полностью перекрыв коридор. Мечи были направлены на Маргариту, щиты сомкнуты.

— Стоять! — рявкнул командир. — Сдавайтесь без сопротивления, или…

Договорить он не успел. Маргарита не сбавила скорости. Руки взметнулись над головой, призывая всю оставшуюся ману. Вода материализовалась в воздухе, сформировав огромный серп с лезвием длиной в три метра. Он закрутился, неистово набирая скорость и плотность, а после метнулся вперёд, опережая гвардейцев. Он пролетел по горизонтальной дуге на уровне шей бойцов.

Пять голов одновременно отделились от тел. Срезаны чисто, как коса срезает траву. Кровь фонтаном хлынула из обрубков шей, заливая стены, потолок, пол. Головы с глухим стуком покатились в разные стороны. Тела на мгновение застыли, ещё не понимая, что мертвы, а затем безвольно рухнули на пол.

Маргарита Львовна тут же потянулась к воде, из которой частично состояла кровь убитых гвардейцев, и направила её в сторону сестрёнки. Сделать это было не просто, ведь маны фактически не осталось, по этому старушке пришлось пожертвовать часть жизненной силы, во имя мести конечно же.