Антон Панарин – Эволюционер из трущоб. Том 14 (страница 8)

— Грабим склад, — решительно сказал я и отправился в ломбард.

На удивление, лавка Шульмана была заперта. Это мне показалось странным. Чтобы этот скряга запер магазин днём и лишился возможности заработать пару лишних шекелей? Нет, на него это точно не похоже. Внутри не горел свет, но эхолокация отрисовала образ Измаила Вениаминовича. Прямо сейчас он находился в подвале и активно жестикулировал.

— Интересно, что там происходит…

Я призвал Мимо в форме паука и положил его на пол. Мимик мгновенно юркнул в дверную щель. Минуту спустя, он уже прыгал по ступеням, ведущим в подвал. Добравшись до последней ступеньки, я активировал пространственный обмен и прислушался.

— Шуля, ну ты и жучара. Хе-хе-хе, — хрипло рассмеялся незнакомый голос. — Совсем совесть потерял.

— Ыбра, ну до тебя мне далеко, — послышался голос Шульмана. — Столько кубов веры выторговал за жалкую пыль. Ты, хоть деревяшка, но в душе еврей. Ха-ха-ха! — радушно рассмеялся Измаил Вениаминович.

— Тихо! Слышишь? — настороженно проскрежетал голос того, кого назвали Ыбра. Звучал он так, будто хрустели ломаемые ветки.

Стало ясно, что меня заметили, поэтому я не стал скрываться, а толкнул дверь и вошел внутрь.

— Измаил Вениаминович, мне срочно нужно… — сказал я и замер, уставившись на странную картину.

Шульман сидел перед открытым шкафом, держа в руке бокал коньяка. Внутри же шкафа красовался прилавок, за которым расположился сморщенный пенёк, похожий на старика. Вместо волос на его голове была молодая поросль листочков с проплешиной посередине. В подвале невероятно сильно пахло древесиной и сушеными травами.

Заметив меня, деревянный старик подскочил на месте и, громко матерясь, принялся закрывать дверцы.

— Шуля! Падла старая! Ты же сказал, что запер двери! — возмутился Ыбра, захлопнул дверцы шкафа, вызвав тем самым зелёную вспышку.

— А я и запер… — прошептал Шульман, строго посмотрев на меня. — Михаил Константинович, мы, конечно, с вами друзья, но всё же я попрошу вас не лезть в мои тайны, тогда я не стану лезть в ваши.

— Таки какие проблемы, Измаил Вениаминович? Я никому не расскажу о том, что вы выпивали в компании Буратино.

— Буратино? — приподнял бровь Шульман, а после прыснул со смеху. — Пха-ха-ха! Из-за ваших слов я теперь каждый раз буду видеть в нём деревянного мальчика.

— Думаю, ваш друг может счесть это за комплемент. Деревянный дедушка, но выглядит как деревянный мальчик, — улыбнулся я. — Кстати, а кто это был?

— Скажем так… Мой хороший друг и торговый партнёр. Без его помощи я бы не смог выстроить свою торговую империю, — уклончиво ответил Шульман, допил коньяк и направился в мою сторону. — Полагаю, вы проникли в мой ломбард не только для того, чтобы посмотреть на Буратино?

На губах торговца заиграла ухмылка. Судя по всему, он едва сдерживался, чтобы снова не рассмеяться.

— Вы правы. Мне нужны материалы для создания временного портала.

— Что ж, идёмте за мной. Посмотрим, что я смогу вам предложить.

Мы поднялись на этаж выше, и через пару минут я покинул ломбард, разжившись двумя листами лунной стали. Металл с голубоватым отливом шикарно проводит ману, однако слишком хрупок для того, чтобы его использовали для создания оружия. Встречается исключительно в разломах, из-за чего Шульман взял с меня пять миллионов рублей.

Крохобор чёртов. Уверен, он повысил цену на материалы из-за того, что я тайно проник в ломбард. И всё же, что за деревяшка выпивала в его компании? Подобных созданий я не встречал ни в Дреморе, ни в этом мире. Да и Буратино определённо был разумен и, судя по разговору, промышлял торговлей. Хотел бы я заглянуть в магазин этой деревяхи. Думаю, он продаёт весьма занимательные вещи.

Впрочем, вряд ли Шульман согласится познакомить меня с Буратиной, ну да и чёрт с ним. Плюнув, я направился прямиком в местную кузницу. Судя по обилию пыли и выбитым окнам, покосившееся здание давно пустовало. Я вошел внутрь, словно герой боевиков. Мощным ударом ноги выбил дверь и закашлялся от пылюги.

— Кхе-кхе-кхе! Надо сказать деду, чтобы прислал людей убраться, — сказал я, отмахиваясь от сероватых облаков пыли.

Осмотревшись по сторонам, заметил доменную печь. Она была неисправна. Стенки треснули, и пара кирпичей вывалились из кладки. Пришлось восстановить печку с помощью магии Земли, а после наполнить её нутро бушующим пламенем. Как только домна прогрелась, я забросил внутрь листы лунного железа.

В прошлой жизни один бородатый товарищ прожужжал мне все уши: «Михаэль, лунное железо лучший материал на свете! Да, артефакты из него выходят весьма хрупкими. Зато их можно использовать вместо гранат! Хы-хы!». Чёртов идиот подорвался на одной из таких гранат, когда шел пьяным из публичного дома.

Если напитать лунное железо огромным количеством маны, а после стукнуть по нему, то рванёт так, что снесёт, к чёртовой матери, целый квартал жилой застройки. Так происходит из-за специфического способа закалки стали. Сперва необходимо раскалить её докрасна, а после покрыть инеем за жалкие тридцать секунд. Не успел? Пойди поплачь, ведь ты только что испортил дорогостоящий материал.

А вот если ты умудрился закалить сталь, то… Ха-ха. Парадокс в том, что она не станет прочнее, а скорее наоборот. После обработки лунная сталь с лёгкостью поборется в хрупкости с хрусталём. Благо у меня есть опыт в создании артефактов из подобного материала.

Едва сталь раскалилась добела, я развеял заклинание огня и тут же использовал волну хлада. Жаль, что я забыл о доминанте «Дитя Стужи», которую я получил однажды. Волна холода вышла настолько мощной, что заморозила пол, потолок и даже стены. Мохнатый иней пушистым одеялом покрыл поверхности кузницы, я присвистнул, и в этот момент одна из стен лопнула от перепада температур.

— Твою мать. Хорошо, что я не стал активировать модификатор «Темпоральная мутация», а то бы половину Калининграда заморозил вместе с её жителями, — произнёс я, невольно потерев шею.

Аккуратно я извлёк из печи ярко-голубые листы железа и невольно улыбнулся:

— Мастерство не пропьёшь.

Чтобы не разрушить дорогостоящий материал, я переместил его в пространственное хранилище, а после провалился на нижний слой Чертогов Разума. В бескрайней темноте парили два листа лунной стали. Взмахнув рукой, призвал перо феникса. Оно мягко легло между пальцев, а уже через мгновение порхало словно бабочка, обрезая излишки материала.

Из пера феникса вырвался алый луч света, с лёгкостью придав квадратным формам листов округлый вид. Отсечённые куски тут же исчезли. А после… После я скопировал рунную вязь, которую однажды наносил на пластину брони отрицателя. Тысячи синеватых символов возникли в воздухе и устремились к двум заготовкам, прожигая в них углубления.

Шипение заполнило пустоту, а через пару минут всё затихло. В воздухе парили два готовых телепортационных артефакта. Однако, назвать их обычными язык не повернётся. Первый артефакт будет находиться в Калининграде, когда мы откроем портал, а второй я перемещу на склад. Так мы получим стабильный проход, через который и вынесем всё добро.

Как только мы благополучно завершим расхищение Имперских ценностей, я закрою портал, вызвав тем самым взрыв на стороне склада. Да, жалкая пара дополнительных рун сделала артефакт бомбой замедленного действия. На нашей же стороне вполне исправный образец, который я взрывать не планирую.

Вернувшись в реальность, я направился на центральную площадь, где Юрий уже собрал сотню грузчиков… Э-э-э я хотел сказать, доблестных архаровцев, мародёров, если угодно! Они вооружились столитровыми рюкзаками и короткими автоматами на случай, если придётся отбиваться. Рядом с братом стоял Архаров с невероятно счастливой физиономией.

— О! Михаил Константиныч, ну что? Я готов громить Имперских прихвостней. Идём?

— Идём. Только давай сразу кое-что проясним. Мы будем убивать только тех, кто окажет активное сопротивление.

— Чего? — нахмурился Архаров.

— Мы идём грабить склад, а не устраивать резню. Если ты не согласен, то останешься в Калининграде, — строгим тоном проговорил я, придавив отца взглядом.

— Зануда. Хорошо. Буду убивать только тех, кто этого заслуживает, — нехотя согласился отец.

— Юра, ребят проинструктировал? — спросил я.

— Да, они готовы. Держи. — Юра протянул мне балаклаву, сшитую из кожи саламандры.

Отличная вещь, не горит, защищает кожу от лёгких повреждений, а ещё скрывает лицо от камер. Это нам сейчас и нужно. Точно такие же балаклавы надели все архаровцы и Юрий. Без балаклавы остался только отец.

— В таком случае, выдвигаемся, — сказал я, используя пространственный обмен.

Первый созданный мной артефакт я установил на центральной площади Калининграда, а второй переместил на склад, и тут же установил между ними связь. Загудев, артефакт сформировал трёхметровую синеватую арку, в которую без разговоров ворвался Архаров. Я побежал следом за ним и тяжело вздохнул:

— Отец… Ну зачем?

На бегу Архаров трансформировался в здоровенную зверюгу, подскочил к кладовщику, проводящему инвентаризацию стеллажей, и мощным ударом когтистой лапы перерубил его пополам. Не знаю, что заставило отца действовать так опрометчиво. Жажда крови или то, что кладовщик был одет в красный гвардейский мундир? Но стало очевидно одно. Набег пошел не по плану.