Антон Панарин – Эволюционер из трущоб. Том 13 (страница 40)

— Знаете, Михаил Даниилович. Это, пожалуй, лучшее приглашение на свидание из всех, что я когда-либо слышала. Вот только мой отец вас прикончит, если узнает, куда мы собрались.

— Я спас вашему отцу жизнь, а значит, убивать он меня точно не станет.

— Ага. Просто покалечит. Хи-хи, — звонко рассмеялась Венера.

От палатки, стоящей справа, отделился всклокоченный торговец. С радостной улыбкой на лице он подбежал к нам, держа в одной руке букет алых роз, а во второй две порции сладкой ватой.

— Молодые люди, вы прекрасно смотритесь вместе, — промурлыкал торгаш и перешел к делу. — Могу ли я сделать вечер влюблённых немного более томным?

Он одновременно протянул Венере и розы, и сладкую вату. Венера улыбнулась и выхватила у него сладкую вату.

— Сделать вечер томным мы можем и сами. А вот за вату — огромное спасибо.

Она задорно стрельнула глазками в мою сторону и ускорила шаг, направляясь к палатке с надписью «Тир». Я расплатился с торгашом и двинул следом за ней.

— Отец в детстве учил меня стрелять. Между прочим, я была лучшей в Академии на дистанции до трёхсот метров, — сообщила Венера, беря в руки воздушку. — Жаль, чувствительность протеза слабовата. Не удаётся нажать на спусковой крючок так плавно, как он этого заслуживает.

Стоило мне это услышать, как тут же захотелось одарить её доминантой регенерации. Но была проблема, и не одна! Во-первых, у меня не было в наличии такой доминанты, а во-вторых, если у дочери Водопьянова отрастёт новенькая рука, возникнут вопросы. А вокруг меня и так сплошный вопросы да недосказанности. Лучше не рисковать лишний раз. Ха-ха! И это говорю я, отправившийся на свидание с дочкой абсолюта, страдающего гиперопекой?

— Уверен, вы и со стальными пальчиками замечательно справитесь, — подначил я Венеру и предложил. — Давайте заключим пари. Если выиграю я, то вы выполните моё желание, а если вы, то я ваше.

— Ха! Смотрите, не пожалейте о своём предложении, — усмехнулась Венера и принялась стрелять по консервным банкам.

Воздушка с хлопком выплёвывала свинцовые пульки, а те с лязгом сбивали банки. Стреляла она и правда отлично. Десять из десяти. Но и я не пальцем делан. Отстрелявшись, я также закрыл десять мишеней.

Тогда мы договорились, что будем соревноваться до тех пор, пока кто-либо из нас не промахнётся. Полчаса спустя Венера попала в край банки, отчего пуля ушла левее, а банка осталась стоять. Улыбаясь, я сделал выстрел и сбил свою банку.

— Неплохо для козла, не так ли? — спросил я, заглядывая в омут зелёных глаз.

Венера нахмурила брови, соображая, о чём я говорю, а после рассмеялась.

— Михаил Даниилович, неужели вы могли поверить, что это я написала то сообщение? И это после такого замечательного танца, который мы с вами устроили на балу Императора? — Она постаралась сделать так, чтобы голос звучал осуждающе, но улыбка на лице сдала Венеру с потрохами.

— Вовсе нет. Я сразу понял, что это ваш отец пытается отвадить меня от своей дочери. Усмехнулся я.

— Да вы невероятно проницательны. — Венера отложила воздушку и похлопала в ладоши. — Ладно. Вернёмся к нашему соревнованию. Я проиграла, а значит, должна выполнить ваше желание. И чего вы хотите?

Её глаза стали бегать, изучая моё лицо, а дыхание слегка участилось. Готов спорить, Венера думает, что я попрошу какую-то похабщину, но нет. За спиной раздался свист, а через мгновение над головой громогласно взорвался первый салют. Я схватил Венеру за руку и вытащил на улицу. Небо расцвело десятками разноцветных огней. Горожане радовались, ахали от каждого взрыва и хлопали в ладоши.

Я же стоял позади Венеры и любовался её волнистыми волосами. Руки сами собой скользнули, обняв девушку за талию. Венера вздрогнула, а после резко повернулась в мою сторону. Она прикусила губу и приблизилась ко мне так, что я ощущал её дыхание на своих губах.

— Загадайте поцелуй, — шепнула она мне на ухо.

Улыбнувшись, я впился в её чувственные губы. Нежный поцелуй перерос в страстный, а после и в… В удар по морде. Я ощутил, что меня дёрнули назад, а после с чудовищной силой впечатали удар в подбородок. Я покачнулся и услышал голос Венеры:

— Папа?

Глава 21

Вечер перестал быть томным и стал злобным. Водопьянов Игнат Борисович смотрел на меня с нескрываемой ненавистью. Его магические каналы бурлили от струящихся потоков маны, готовых в любой момент вырваться наружу. Во все стороны расходились волны силы, поднимая приятный ветерок и весьма комично развевая прилизанные волосы Водопьянова.

— Какого чёрта ты делаешь с моей дочерью? — прорычал Игнат Борисович, сжав кулаки до хруста.

Люди, любовавшиеся салютом, завидев князя, поняли, что дело дрянь, и с криком дали дёру куда глаза глядят. Весьма мудрое решение. Ведь Водопьянов не просто потянулся к мане, он заставил реку Амур выйти из берегов и нависнуть над нами многотонным водяным куполом. Если такая громадина обрушится сверху, то простым смертным костей не собрать при всём желании. Даже мне будет худо.

— Я, Игнат Борисович, смотрел вместе с Венерой салют, а благодаря вашему кулаку я увидел ещё один. Персональный, — пошутил я и сплюнул кровь в траву.

— Убирайся отсюда, а не то… — начал угрожать мне князь, но Венера вмешалась в разговор.

— Отец! Не смей его трогать! — выкрикнула она, встав между нами.

— Всё будет хорошо. Не переживай, — ласково произнёс я, осторожно отодвинув девушку за спину.

— Глупая. Я хочу тебе добра. А ты связалась с этим… — Водопьянов попытался подобрать слово помягче, но злость не позволила этого сделать. — С этим выродком.

— Игнат Борисович, попрошу не забывать, что этот выродок спас вам жизнь, — хмыкнул я, заглянув Водопьянову в глаза.

От этих слов веко князя начало судорожно подёргиваться.

— Не будь ты абсолютом, я бы прикончил тебя прямо здесь и сейчас, — угрожающе произнёс Игнат Борисович, погрозив мне пальцем.

— А что такое? Боитесь, что не справитесь? — насмешливо спросил я.

— Прекратите! — снова вмешалась Венера. — Отец. Мне нравится Михаил, и ты не имеешь права вмешиваться в наши…

— Довольно! — рявкнул Водопьянов. — Дома поговорим. Но для начала посмотри вот сюда. — Игнат Борисович указал пальцем на траву, в которую я сплюнул. Зелень скоропостижно скончалась, если так можно сказать. — Я крайне сомневаюсь, что твой чёртов избранник на самом деле человек.

— Вы меня поймали. На самом деле я адмирал Иван Фёдорович Крузенштерн. Человек и пароход, — рассмеялся я, хотя на самом деле было мне невесело.

Чёртова кислотная кровь множество раз спасала мне жизнь, а вот сейчас привлекла ко мне ещё немного лишнего внимания.

— Я не понимаю, о чём ты, — растерянно спросила Венера, переводя взгляд то на меня, то на отца, то на место, где всего минуту назад была трава.

— А я покажу, — решительно сказал Водопьянов и за мгновение оказался рядом со мной.

Он мазнул пальцем по крови на моей губе, отчего кожа абсолюта начала растворяться, причиняя ему острую боль, которую тот терпел весьма мужественно. Я не стал ему мешать. Это было бессмысленно. Это как отрицать, что ты украл кошелёк, когда полицейские нашли его у тебя в кармане.

— По-твоему это нормально? Кровь обычных людей не растворяет плоть, — прорычал Водопьянов, сверля меня взглядом.

— Ми-михаил. Ч-ч-что происходит? Я не понимаю… — растерянно проговорила Венера.

— Это секрет рода, — произнёс я, не отводя взгляда от её отца.

— Я бы сказал, секрет урода, — ухмыльнулся Водопьянов, схватил дочь за руку и потащил за собой.

Правда прошел он всего ничего. Я прихватил его за предплечье, чувствуя, что вот-вот начнётся драка, способная стереть Хабаровск с лица земли. Но поступить иначе я уже не мог. Знаете, как говорят? «Детство в жопе заиграло».

— Игнат Борисович, вы бы поменьше нервничали. Говорят, от излишнего стресса, волосы выпадают, — улыбнулся я по-доброму и передал своему дорогому коллеге доминанту «Преждевременного облысения».

Водопьянов раздражённо отдёрнул руку и провёл по волосам, зализывая их назад.

— Михаил Даниилович, если вы хотя бы пальцем притронетесь к моей дочери… — он выдержал театральную паузу. — То клянусь богами, я убью вас, чего бы мне это ни стоило.

— Так и запишем. Пальцами трогать запрещено. А вот остальными частями тела… — пошутил я, вызвав улыбку на губах Венеры, а в руке Водопьянова сформировался ледяной клинок и упёрся в мою шею под кадыком, распоров кожу.

Кровь коснулась меча, начав разъедать лезвие.

— Не нарывайся, — прошипел Водопьянов.

Было очевидно, что благословения нам с Венерой не получить. В лучшем случае, будет дуэль с тотальным уничтожением всего на свете. А жаль. Если не брать в расчёт того, что Водопьянов ведёт себя как спятившая курица-наседка, мужик-то он неплохой. Только ссытся и глухой…

— Даже и не думал. Просто дал дружеский совет, — улыбнулся я, разведя руками в стороны.

Водопьянов сделал шаг назад, резко развернулся и поволок за собой ошарашенную Венеру. Девушка была сбита с толку. С одной стороны, она злилась на отца, с другой — совершенно не понимала, с кем связалась. Оно и неудивительно. Что бы вы подумали, если бы ваш любимый человек истекал кислотной кровью? Я бы тоже задался вопросом «А человек ли это вовсе?».

У Венеры кибернетический протез руки, который передаёт даже тактильные ощущения. Мало ли, на что способны учёные? Взяли и сварганили абсолюта. Жаль, что я не могу ей всего рассказать. По крайней мере, не сейчас и не при её отце.