Антон Орлов – Дороги Сонхи (страница 89)

Вместо того чтобы вздохнуть с облегчением, Куду и Монфу облились холодным потом: ох, неспроста он взял их под защиту!

А тот продолжил:

– Мне сдается, Фагреби Акрамон Вечный – великий шутник. А может быть, шутник здесь кто-то другой… Зато я знаю, чем тебя утешить. Но для того чтобы я смог дотянуться до своей кладовки, придется рискнуть и хотя бы на время снять с меня блокирующий аксессуар. Ты когда-нибудь слышала о Жемчужине Иффы?

– Если растолочь ее в порошок, размешать с кровью и выпить, в течение какого-то времени облик не будет меняться, – с напряжением в голосе отозвалась Лорма. – Срок действия зависит от ее размера. Это большая редкость.

– У меня в кладовке есть ожерелье с Жемчужиной Иффы. Совсем забыл о нем, а то бы захватил с собой… Жемчужина величиной с горошину – хватит на год. Готова рискнуть?

Вурвана колебалась, и он мягко добавил:

– Моя несравненная госпожа, даже если допустить, что я сбегу, ты ничего не теряешь.

Куду присел на корточки рядом с Монфу, ноги обмякли. Его охватила дрожь, и он уловил, что товарища тоже колотит. А Флаченда обхватила руками ссутуленные плечи и смотрела, не отрываясь, на вурвану и мага, на щеке у нее блеснула слеза.

Двое могущественных негромко перепирались. Лорма совершенно справедливо не доверяла своему подневольному консорту, но искушение целый год находиться в человеческом облике пересилило.

– Не думай, что сможешь меня перехитрить. Я позабочусь… – с этими словами она бросилась к арке, ведущей в темное нутро дворца – так стремительно, что чуть не запнулась о сойгруна, в последний момент отпрыгнувшего с дороги.

– У меня и в мыслях не было перехитрить несравненную госпожу, – Тейзург развел руками, обращаясь к обществу на террасе. – Я пленен ее красотой и всей душой хочу ей помочь.

Начелдон выслушал это признание с благодушным любопытством, его дело сторона, а Тоншил – с болезненной надеждой. Заметив взгляд Куду, суриец пробормотал:

– Я… надеюсь… что у вас это получится... помочь госпоже с обликом…

Куду однако же показалось, что надеется он на что-то другое.

Амуши расселись на перилах, как зрители в балагане.

Лорма вернулась с покрытым шипами шнурком – и без предисловий захлестнула его на шее у Тейзурга.

– Я пока еще не могу безоглядно тебе поверить. Если ты меня обманешь, это разобьет мне сердце. Сейчас я сниму с тебя блокирующий ошейник – ненадолго, чтобы ты смог достать то, что нужно. Если собираешься нанести удар, ядовитые шипы вопьются раньше, чем ты успеешь.

Он ответил ей терпеливой улыбкой:

– Не возражаю. И буду счастлив, если после этого эксперимента ты станешь чуть больше мне доверять.

Одной рукой удерживая конец удавки, другой Лорма отщелкнула замочек ошейника. У Куду кишки в животе скрутились комом. Тоншил опустил веки, по его бледному лицу каплями катился пот.

Тейзург медленно поднял руку – словно не желая пугать окружающих резкими движениями – слегка шевельнул кистью, и на ладони у него сверкнуло ожерелье.

– Вот оно, моя несравненная госпожа. Буду счастлив, если уберешь эти колючки и вернешь на место прежний аксессуар, раз уж тебе так спокойнее. Или, может быть, обойдемся без него?

– Пока еще нет. Куарри, иди сюда, подержи конец!

Один из амуши соскочил с перил, прошелся колесом и, выпрямившись возле парочки, ухватился за шнурок. Лорма надела на мага ошейник и только после этого избавила его от петли. Куду привалился к стенке, после пережитого напряжения он чувствовал стеснение в области сердца. Монфу рядом с ним испустил вздох. Тоншил с прикрытыми глазами стоял, как истукан, его стиснутые кулаки обреченно разжались.

– Моя несравненная госпожа, я рад, что могу преподнести тебе двойной подарок, достойный твоей красоты, – как ни в чем не бывало, заговорил Тейзург. – Жемчужина Иффы – вот она, извлечем ее отсюда и истолчем в порошок. Рецепт проверенный, в отличие от сомнительных рекомендаций из сомнительной книжки. А на ее место можно вставить другую жемчужину, и ты сможешь носить это украшение, если пожелаешь. Разумеется, перед этим ты проверишь его на заклятья и прочие магические эффекты, я бы на твоем месте так и поступил.

– Да, это Жемчужина Иффы, – выхватив ожерелье, словно голодная нищенка ломоть хлеба,   промолвила вурвана. – В прошлом мне две таких удалось заполучить, эта будет третья.

– А ты не верила, – заметил консорт с пародийно-обиженной гримасой – к восторгу амуши, кое-кто из них беззвучно зааплодировал.

– Меня слишком часто обманывали, – с горечью отозвалась Лорма.

Она шагнула к перилам, разглядывая в лунном свете доставшееся ей сокровище, и тут Куду заметил, что Тейзург держит что-то еще – то ли стеклянную бусину, то ли крупный алмаз. Что бы это ни было, колдовать он сейчас не способен. Наверное, еще один подарок для «несравненной госпожи».

– Еще один подарок, – объявил он, словно вторя этой мысли. – Я ведь уже говорил, что на террасе твоего дворца не хватает объемного украшения – статуи или чего-нибудь менее тривиального… Сейчас мы это исправим. Капитан Начелдон, ловите!

В воздухе блеснул брошенный шарик – небольшой, величиной с вишню. Куду буквально кожей ощутил угрозу, все волоски на его теле встали дыбом. А Начелдон – не маг, да к тому же не было у него с Тейзургом никаких стычек и разногласий, и за обедом, который приготовил для людей Тоншил, они увлеченно обсуждали ларвезийские вина, как двое старых приятелей. Услышав обращенную к нему реплику, он машинально протянул руку… И поймал бы, но шарик в мгновение ока раздулся, точно чудовищный мыльный пузырь.

Остановить Начелдона никто не пытался, да никто бы и не успел. Мгновение – и ларвезиец оказался внутри. Несколько раз дернулся, как будто его душило что-то невидимое, но вскоре затих. Легко, словно жертва ничего не весила, пузырь оторвался от каменного пола и повис в воздухе.

– Очаровательно, вы согласны? – нарушил молчание Тейзург.

– Что это значит?! – властно спросила Лорма, прикрывшись защитным заклятьем.

– Обещанное украшение для террасы. И заодно – демонстрация моих добрых намерений.

– Добрых намерений?.. – повторила она, как будто желая убедиться, что не ослышалась. – Вот это?!

– Ну разумеется, моя несравненная госпожа. Слезу Не Имеющей Имени я достал из кладовки вместе с ожерельем. Заметь, для демонстрации я выбрал наименее ценного из твоих слуг – ты не потеряла никого из людей-волшебников и никого из амуши. Думаю, Ламенга быстро подыщет ему замену. И поверь, если бы я хотел причинить тебе вред, внутри этой капли оказалась бы ты. Поскольку ты бессмертна, ты бы не умерла, в отличие от невезучего капитана Начелдона, однако в течение некоторого времени находилась бы в ловушке. Теперь-то веришь, что я ничего против тебя не замышляю?

Пока он говорил, поймавший Начелдона пузырь принял форму капли. Поверхность напоминала стекло в желтоватых и зеленоватых бликах шариков-светляков. Человек внутри выглядел не столько напуганным, сколько обескураженным: возможно, он так и не понял, что его убивают. Ткань рубашки топорщилась застывшими складками.

Амуши сбились в кучку в другом конце террасы, там же очутился Тоншил. Куду и хотел бы оказаться подальше, да руки-ноги не слушались. Флаченда так и стояла у стенки, растерянно хлопая ресницами.

– Слеза Не Имеющей Имени не опасна для окружающих, пока в ней находится тело поглощенной жертвы, – сообщил Тейзург настороженному обществу. – Сейчас это просто оригинальное украшение – надеюсь, оно вам понравилось?

– Что еще ты взял у себя в кладовке? – резко спросила Лорма.

– Ничего, кроме ожерелья с Жемчужиной Иффы и этой бусинки, – он показал, улыбаясь, пустые ладони.

– Обыщи его! Ты, я к тебе обращаюсь!

Куду изо всех сил цеплялся за надежду, что обращаются все-таки не к нему, но царица ткнула его в бок носком алендийской туфельки. Кому же еще это поручить – она ведь понимает, что Тоншилу доверять не стоит, а Флаченда еще не стала ее послушным орудием. Пришлось кое-как подняться на ноги и подойти к Тейзургу.

Едва не теряя сознание от ужаса, Куду трясущимися пальцами обшарил его одежду на предмет «спящих» артефактов. Если б можно было зажмуриться и не видеть так близко это гладкое худощавое лицо с треугольным подбородком, насмешливо сощуренные глаза, чуть изогнутые в ухмылке губы… Лицом к лицу – нет ничего страшнее.

– Приношу извинения, господин консорт… – проблеял он, запинаясь. – Ничего не нашел, госпожа…

– Что я должен сделать, чтобы ты мне поверила?! – Тейзург театрально закатил глаза к ночному небу.

– Даже не знаю… Сейчас я приготовлю зелье.

– А с этим что делать, госпожа? – Тоншил показал на гигантскую каплю с человеком внутри.

– Да пусть висит, – махнув сморщенной кистью, Лорма направилась в комнаты.

Куду помог Монфу подняться, и они потащились за остальными. Когда доковыляли до дверного проема, долговязые вихлявые пугала начали водить хоровод вокруг слезы Не Имеющей Имени.

Если бы на этом все закончилось! Он поменял товарищу повязку и уже собирался лечь спать – хотя после такого разве уснешь – когда явился Тоншил и сказал, что его требует к себе царица.

– Зелье из жемчужины подействовало?

Если нет – тогда совсем плохо…

– Подействовало, – успокоил Тоншил.

Лорма ждала в угловой комнатушке с потеками и плесенью на стенах – в полумраке эти пятна можно было принять за географические карты неведомого мира. Если бы открыть Врата Перехода и найти убежище в иных мирах… Но у Куду с Монфу не хватит на это силы.