Антон Орлов – Дороги Сонхи (страница 24)
– Гм… Комплимент принят, тебе удалось мне польстить. Вот если бы ты сказал, что из меня посредственный актер, я бы, пожалуй, оскорбился. Уж извини, что я опять об этом, ну и несет от тебя…
– На себя в зеркало посмотри, сволочь недобитая!
К ним направился еще один омурак. Дирвен подавился словами. А тварь одним взмахом когтистой лапы распорола веревки, которыми Эдмар был притянут к столбу, после чего тоже расплылась в серое марево и исчезла.
Тейзург первым делом размотал заклятый тюрбан. Потом нетвердой походкой вошел в загон и уселся рядом с рыжим, за компанию с последним омураком, изображающим спинку кушетки. Дирвена он даже взглядом не удостоил.
Тунанк Выри примчалась в усадьбу вперед всех – и с головой себя выдала, потому что не могут человеческие девушки носиться с такой скоростью, да еще и длинными прыжками, словно башмаки у них на пружинах. Одна надежда, если непосвященные подумают, что она использовала какое-нибудь заклятье… Но тут оказалось, что из-под юбки у нее выглядывает кончик хвоста с рыжеватой кисточкой. Шамдье от удивления рот разинул, а Тьека ничуть не удивилась, потому что знала ее тайну.
– Омураки… – тяжело дыша, выпалила мучаха, прислонившись к дверному косяку. – Запирайте двери и окна…
Вой чудовищных тварей кучер с поварихой слышали. Сразу кинулись делать то, что она сказала, охая, роняя стулья и бормоча обережные молитвы. Но тут в дом ворвался господин Арнахти – «Пятокрылы», которые он забрал у Дирвена, позволяли ему бегать так, что сойгруны позавидуют. Тунанк Выри опередила его лишь потому, что первая бросилась наутек.
– Засовы от них не спасут, – бросил он раздраженно. – Их остановит только магический барьер. Вы ступайте на кухню, а ты мне понадобишься. Пошли со мной. Почему же не работает то, что раньше работало?..
Снаружи доносился кошмарный вой омурака. Поднявшись на галерейку чердачного этажа, они его увидели: жуткая сумеречная тварь кружила возле усадьбы, но как будто не могла пересечь некую черту – покровитель немало сделал для того, чтобы защититься от незваных гостей и выдержать осаду.
Овец и коз, которые обычно паслись в окрестностях, как ветром сдуло. Вдалеке маячила сбежавшая лошадка с тележкой. Курочди, Квельдо и Ручди ковыляли по дороге, спотыкаясь и пошатываясь.
Господин Арнахти не пустил омурака в усадьбу, но обрести прежнюю власть над ним не смог: тварь ему больше не подчинялась, а ее вой обладал непреодолимой силой и сметал искусно сплетенные заклятья, словно ураганный ветер листву с деревьев. Мучаха могла бы сказать: «А я так и знала! Я же говорила, что добром это не кончится!» Но она благоразумно помалкивала, лишь поддакивала магу, который порой горестно вздыхал и задавал ей какой-нибудь вопрос, не требующий ответа.
В конце концов омурак ушел – зыбким призраком умчался в тот конец долины, где тускло белела пограничная скала и темнел на ее фоне крохотный двухэтажный домик возле загона. Что там творилось, неизвестно. Арнахти достал из кладовки подзорную трубу, но ничего толком рассмотреть не удалось: картинка расплывалась и туманилась, и справиться с этим не помогли ни заклинания, ни встроенные в бартогское изделие амулеты.
– Они воспользовались моим же изобретением – артефактами с блокирующих сетей, – проворчал маг. – Остроумные проходимцы… Но как им удалось? Или это не их заслуга, а непредвиденный спонтанный эффект?
Вернувшиеся ученики выглядели измученными, словно что-то высосало у них силы почти без остатка. Мучаха про себя вздохнула с облегчением: сейчас господин Арнахти сотворит самые надежные заклятья и наконец-то запечатает усадьбу, так что снаружи не проберется ни человек, ни демон, ни иное существо. Козы и овцы разбежались, но в усадьбе и без них еды вдоволь.
– Тунанк Выри, поди сюда, – позвал ее покровитель. – С этих бездарей немного толку, придется послать тебя. Положи-ка вот это к себе в карманы, да смотри, не потеряй.
Он извлек из своей кладовки и протянул ей несколько подвесок на шнурках.
– Это же амулеты, – удивилась мучаха. – Зачем они мне, наше племя не может ими пользоваться...
– Отдашь их Дирвену, если он до сих пор жив и не сошел с ума. «Каменный молот», «Медный кулак», «Незримый щит», «Сторож здоровья», «Скоробег», «Кошколаз» и «Ментальный почтальон». Вот еще держи – веревки разрезать.
Он сунул ей в руки небольшой нож в потертых ножнах.
– Но… господин Арнахти… Дирвен ведь там…
– Сбегаешь туда и освободишь его. Перед этим ты должна будешь ему сказать, что я хорошо к нему отношусь и питаю уважение к его способностям, а что его привязали к столбу – так я всего лишь хотел наказать его за то, что он убил моего ученика и хотел украсть «Королеву роя». Я не собирался причинять ему вред, но случилась беда, и теперь нам надо объединиться, чтобы сообща найти управу на омураков. Все запомнила?
– Господин Арнахти, я не могу туда пойти! Прошу вас, смилуйтесь! Они же меня растерзают…
– Глупости. Ты от них убежишь, ты быстрее всех бегаешь. Кроме тебя послать некого. Только не вздумай освободить Тейзурга! Даже близко к нему не подходи, и что бы он тебе ни говорил – не слушай, он наш злейший враг. Ты должна пересказать Дирвену то, что я велел, разрезать веревки и отдать ему амулеты. И сразу после этого бегите сюда. Если омураки за вами погонятся, я запечатаю вход в усадьбу у них перед носом, как только вы окажетесь внутри. Если Дирвена загрызли, беги одна, ты мне еще пригодишься. И помни о том, что солгать мне ты не сможешь! Не вздумай меня обмануть, ты за это дорого поплатишься! Возьми с собой его ботинки, они в угловой каморке западного коридора. Ступай!
– Слушаюсь, господин Арнахти, – помертвевшими губами произнесла Тунанк Выри.
Эти две сволочи так и прикорнули рядом, на омураке вместо подушки – чуть ли, гады, не в обнимку. Потом вернулась тварь, погнавшаяся за Арнахти, и тоже возле них улеглась.
Дирвен тем временем овладел собой, даже кишечные спазмы прекратились. Как бы ни злословили на его счет надутые маги Ложи, дураком он не был и быстро сделал правильные выводы.
Омураки подчинялись Нетопырю, а теперь подчиняются Наипервейшей Сволочи. Двух Эдмар то ли уничтожил, то ли сожрал каким-то демоническим способом. Скорее, второе, потому что ему после этого заметно полегчало, как будто принял лекарство и выхлебал миску куриного бульона. Он может натравить эту жуть на своих противников. Зато у Нетопыря есть Огрызок, и если тот явится сюда во всеоружии… Хотя на омураков Огрызок не действует, старик уже проверял.
А Рогатая Госпожа в очередной раз поиздевалась над Дирвеном – это же по ее милости он прилюдно обделался!
Аж зубами скрипнул в бессильной ярости. Существуют ли артефакты, эффективные против богов? Тогда бы он ей за все отплатил…
Что это? Амулеты в пределах досягаемости – мгновение назад ничего не было, а теперь есть!
Нетопырь вернулся?.. Один из омураков поднял голову, навострил уши.
– Дирвен… – послышался за спиной дрожащий голосок.
Барвила? Вот те раз, неужели барышня-сухарик в него втрескалась?
– Чего? – прохрипел амулетчик.
– Меня прислал господин Арнахти. Он сожалеет о том, что так с тобой поступил, потому что ты убил Савендье и хотел украсть у него «Королеву роя». Он хорошо к тебе относится и не собирался причинять тебе вред. Он велел мне освободить тебя и передать тебе амулеты и ботинки. Сейчас я разрежу веревки.
Путы его больше не удерживали, и он сполз на землю – руки-ноги затекли и окоченели, как будто уже покойник.
– Амулеты где? Надень их мне на шею.
Барвила так и сделала, не сводя глаз с отмороженной компании в загоне.
Пальцы еле слушались. Натянул вязаные носки, кое-как справился с ботинками. Барышня-сухарик поглядывала на него с нетерпением, нервно теребя кончик длинной жидкой косы. Смертельно бледная, тонкие губы дрожат, щеки ввалились, как будто восьмицу голодала, а веснушчатый носик словно еще сильнее заострился. Зато она не обращала внимания на то, какая оказия с Дирвеном случилась. Некрасивая, но хотя бы воспитанная, все бы девицы такими были.
Со второй попытки поднялся на ноги. «Сторож здоровья» вовсю трудился, и контроль над своим телом он уже более-менее восстановил.
А прислать ему заодно с ботинками сменные штаны заботливый старикашка не догадался?!
– Бежим отсюда, – поторопила Барвила. – В усадьбе нас ждут. У тебя «Скоробег».
– Знаю, – буркнул Дирвен. – Дай оклематься, а то побегу и навернусь. Рванем, когда я скажу, чтоб эта пакость нас не догнала.
Он двинулся к домику. Шатко, но с ощущением, что силы понемногу прибывают. Барвила пошла за ним. Тварь смотрела из-за ограды, однако не трогалась с места и, хвала богам, не выла.
На двери был внутренний засов, понятливая барышня сразу его задвинула. Окошки маленькие, омураку не пролезть, разве что башку просунет. А больше здесь ничего хорошего – ни чьих-нибудь запасных портков, ни скатерти на столе, ни занавесок на окнах. Одеяла тоже нет: Арнахти считал, что его помощники должны вести наблюдение, а не дрыхнуть на дежурстве. Ничего годного для набедренной повязки.
Кляня последними словами Рогатую Госпожу с ее подлыми шутками, Дирвен в комнатушке на втором этаже стянул изгаженные штаны. Мало-мальски чистый участок ткани смочил водой из кувшина, с горем пополам обтерся. Вот же засада, всю воду израсходовал, надо было сперва напиться! Свернутые комом штаны запихнул в ведро для естественных нужд.