Антон Медведев – Дневник Аделины Блейз (страница 17)

Подумав, охранник лег на диванчик, опершись головой о мягкий подлокотник. Несколько минут читал, держа книгу перед собой, потом опустил ее на грудь и закрыл глаза. Пару минут спустя послышался тихий храп…

Лишь после этого неподвижно стоявший незнакомец позволил себе шевельнуться. Взглянув на спавшего охранника, он спокойно прошел в соседнюю комнату, его не было несколько минут. Вот он вышел из нее и прошел в кабинет Мейера. Там он задержался дольше – прошло не меньше пяти минут, прежде чем мужчина в джинсовой куртке вышел из кабинета. В руках у него был ноутбук Мейера, охранник по-прежнему спал. Взглянув на него, незнакомец достал из кармана целлофановый пакет, спрятал в него ноутбук. Затем открыл дверь и спокойно вышел из номера. Тихо щелкнул замок, наступившую тишину нарушало лишь тихое похрапывание охранника.

Разбудил его стук в дверь. Охранник торопливо вскочил, книга упала на пол. Подняв ее, положил на диван, быстро одернул костюм. И только после этого открыл дверь.

– Спал? – не столько спросил, сколько констатировал вошедший в номер Мейер. Следом тенью скользнул его телохранитель Мигель – сухощавый темноволосый мужчина лет сорока, с тонкими усиками и едва заметной улыбкой на смуглом лице. Зашедший за ним охранник взглянул на своего проштрафившегося коллегу и осуждающе покачал головой. Последним, закрыв за собой дверь, зашел толстенький человечек.

– Задремал немножко… – пробормотал охранник, понимая, что отпираться бесполезно.

– Я так и понял… – Мейер пребывал в хорошем настроении, поэтому не был склонен сердиться. – Что за цветы?

– Вам прислали, – развел руками охранник. – От фирмы какой-то. Я думал, вы знаете. Я проверил, все чисто.

– Я ничего не заказывал… – нахмурился Мейер и прошел в свой кабинет. Пару секунд спустя оттуда послышалась его ругань.

Побледневший охранник вбежал в кабинет вслед за Мейером, и остолбенел.

В кабинете царил беспорядок. Шкафы и ящики стола оказались открыты, прямо на полу валялись костюмы Мейера и выпотрошенный чемодан. Из приоткрытой форточки тянуло ветерком. Побледневший охранник тяжело сглотнул.

– Здесь стоял ноутбук – где он? – Мейер взглянул на охранника и похлопал ладонью по столу. Потом подошел к чемодану и поднял его: – Здесь, под одеждой, лежали деньги – десять тысяч евро. Где они?

– Я не знаю… – бледный охранник непонимающе смотрел на учиненный в комнате беспорядок. – Наверное, кто-то забрался через форточку…

– Но почему он забрался?! – Мейер раздраженно швырнул чемодан на пол. – Можете вы мне это объяснить? Вы, тупой русский Иван?! Для чего вас сюда поставили – спать?!

Охранник ничего не ответил. Рядом появился его напарник.

– Вон отсюда! – не произнес – прорычал Мейер. – Оба! Ваше охранное агентство заплатит мне за причиненный ущерб!

– Господин Мейер… – попытался было что-то сказать второй охранник.

– Вон! – рявкнул Мейер, охранник попятился и вслед за своим коллегой выскочил из кабинета.

– Что случилось, Вольф? – спросил его вошедший толстенький человечек. И замер, увидев открывшуюся ему картину.

– Случилось то, Валентин, что меня обокрали! – Мейер стоял посреди кабинета и мрачно взирал на учиненный в его владениях погром. – Проклятая страна, проклятые люди! – Он подошел к креслу, сел. Устало провел ладонями по лицу.

– И что украли? – снова поинтересовался Валентин.

– Мой ноутбук. Деньги. На деньги мне наплевать, но в ноутбуке вся моя переписка. Там масса ценных сведений – что будет, если все это попадет в руки к моим врагам?

Валентин огляделся, задумчиво почесал подбородок. Его взгляд упал на открытое окно.

– Вольф, если это обычный «форточник», то не все так страшно. Надо сообщить о краже Крестову – он наверняка сможет выяснить, кто это сделал, и вернет вам компьютер. Это его район, он в курсе всего, что здесь происходит.

– Ну так звони ему… – раздраженно пробормотал Мейер.

Глава третья

Основы магии

Мы сидели в доме у Сергея. Все вчетвером: Сергей, Вика, я и моя Ольга. Глядя на Олю, я улыбался – она у меня умница. И с ролью своей справилась просто замечательно. Вот только охранника того клеить начала зря – это уже лишнее.

Компьютер Мейера стоял на столе. Вход оказался закрыт паролем, однако Сергей сказал, что это не проблема.

– Разберемся, – уверенно заявил он. – Главное, что ноутбук у нас в руках.

– Я одного не поняла – как ты его усыпил? – спросила Ольга, с интересом глядя на Сергея.

Мне этот интерес не понравился. Впрочем, сам виноват – зря я ее позвал. Просто когда сегодня утром планировали эту операцию, лучшей кандидатуры на роль девушки-цветочницы не нашлось. А уж теперь от Ольги не отвертеться – это я знал точно.

– Это что-то вроде гипноза, – ответил Сергей. – Бессловесная суггестия, плюс некоторые уловки работы с вниманием.

– Но ты же стоял у двери, когда мы уходили. Неужели он тебя не заметил? – вновь спросила Ольга.

– Он видел лишь то, что я позволял ему видеть. Меня для него просто не существовало.

– Здорово! А этому можно научиться?

– Можно, Оля. Но очень сложно. Мне понадобилось двадцать лет.

– Ого! Это мне тогда уже будет за сорок… – Ольга была явно разочарована.

– Ну, не все так плохо, – попытался успокоить ее Сергей. – Двадцать лет – это я малость загнул. При усиленной практике хватит лет пять-десять. Разумеется, здесь многое зависит и от личных талантов.

– Пять – это уже терпимо, – несколько оживилась Ольга.

– Черт, не пускает… – не без досады произнесла Вика. Все это время она пыталась залезть в ноутбук Мейера, но на экране упрямо всплывало предложение ввести пароль. – И как нам залезть внутрь?

– Вика, я в этом тоже не очень разбираюсь… – Сергей повернул ноутбук экраном к себе. – Сегодня уже не будем его мучить, а завтра утром схожу к одному моему приятелю – он в этом деле бог. Будем надеяться, что здесь есть что-то ценное. – Сергей отключил ноутбук.

– Сергей, а с чего вообще начинается магия? – спросила Вика. – С чего надо начинать?

– Начинать надо с себя, – ответил Сергей, отодвинув ноутбук в сторону. – Просто все мы в своем исходном состоянии – я имею в виду не момент рождения, а тот возраст, когда начинаешь задавать себе вопросы, являемся удивительно безобразными существами. Мы просто не представляем, сколько в нас глупостей, сколько в нас грязи. И магия на этом этапе – это не приобретение чего бы то ни было, а избавление от того хлама, что мы накопили.

– И что ты считаешь хламом? – поинтересовался я.

– Всё, – ответил Сергей. – Может, я несколько категоричен, но в целом все так и обстоит. Наше сознание настолько замусорено, что мы уже и не помним, что это такое – быть чистыми. Рождаемся мы чистыми, но уже с первых месяцев нас начинают приучать к тому, чтобы мы стали «нормальными» – в кавычках – людьми. Нам объясняют, что хорошо, а что плохо, как нужно себя вести, какие идеалы исповедовать. Все бы ничего, но эти установки становятся цепями на наших ногах. Сейчас, например, вовсю развивается западный культ потребления и самости. А это значит, что грязи в людях становится только больше. Посмотрите на все эти реалити-шоу, где главная задача – выжить самому, съев своих конкурентов. А реклама, уверяющая, что если ты купишь такой-то товар, то станешь лучше остальных? Ведь так и говорят, открытым текстом – ты лучше, у тебя превосходство над остальными. Но лучше кого ты будешь? Почему? Какое превосходство? Над кем? Культ потребления, культ самости тем и страшен, что уродует человека, искажает его сознание. Человек, сущностью жизни которого является стремление к истине, к образу богочеловека, становится послушным зомби. И избавиться о той грязи, которая в нас накапливается уже годам к двадцати, очень трудно.

– Сергей, это все слова, – разочарованно протянул я. – Лекция о вреде курения. Ты можешь сказать конкретно: вот есть то-то и то-то, оно плохое, от него надо избавиться. А вот это нужно сохранить, и так далее? То есть просто и наглядно?

– Могу, конечно. Одной из первых задач, с которой сталкивается маг, является избавление от эмоций. В данном случае все проявления наших чувств можно условно разделить на собственно чувства и эмоции. Здесь чувства – это истинное восприятие. Например, ты смотришь на море, и чувствуешь радость. Это – истинное чувство. Но вот если ты будешь смотреть на море и от избытка чувств прослезишься, то это уже будут эмоции. Разница между чувствами и эмоциями находится на уровне потоков энергии: чувства – это принятие энергии, а эмоции – выдача ее вовне. Для нас здесь самое главное в том, что весь мир построен так, чтобы провоцировать нас на всплески эмоций. В трансерфинге структуры, провоцирующие нас на выдачу энергии вовне и забирающие эти энергетические всплески, называют маятниками. Еще их называют эгрегорами. Кастанеда говорит об энергетических паразитах, эдаких монстрах, пожирающих нашу энергию. Подобных подходов придерживаются и хакеры сновидений – они считают, что в наше сознание встроены чужеродные корректирующие вставки, модифицирующие наше поведение. Какую бы модель мы не применяли, суть одна и та же: нас постоянно доят, из нас постоянно вытягивают энергию. Мы для этих сущностей – просто энергетические дойные коровы, не более того.

– Ой, жуть какая… – даже засмеялась Ольга, ее глаза весело блеснули. – Сергей, а что это за трансферинг? И кто такие хакеры сновидений.