Антон Лупандин – Алфавит созидателя (страница 5)

– Ну хоть так. – вздохнул я.

– Ты кое-что забыл.

– Что? – удивился я.

– Вырезать ядро баргеста. – со смешком ответил Войд.

– Бля. Опять ковыряться в этом говне? С того момента, как я очнулся в этом теле, со мной произошло херни больше, чем за всю предыдущую жизнь.

– Хочешь честно? – спросил Войд.

– Ну руби правду матку. – вздохнул я.

– Это только начало. Ты же уже должен был понять, что впереди ещё больше дерьма – обрадовал меня вселенец.

– Да это понятно. Ладно пойду ковыряться в потрохах – скривился я.

Поднявшись на ноги, побрёл к баргесту. Попытавшись вскрыть грудную клетку монстра, понял, что сил сломать кости у меня не хватит. Подумав, я вскрыл его живот и засунул неповрежденную руку ему в потроха.

– Кстати, а где его искать-то? – поняв, что нужно было сначала поинтересоваться этим фактом, а лишь потом лезть внутрь, обратился я к Войду.

– Ядро крепится к нижней части сердца. Ищи там. У всех существ на этой планете оно располагается в одном и том же месте – ответил Войд.

Засунув руку почти целиком, я стал продираться через внутренние органы в нужную сторону. Нащупав сердце, спустил руку в низ органа и сразу же наткнулся на тёплый предмет, по форме напоминающий сферу небольшого размера, приблизительно два сантиметра.

– Оно ещё тёплое. – сказал я вслух.

И будет теплое, пока вся мана не рассеется. А произойдет это не скоро – дал очередное пояснение Войд.

Я оторвал сферу от сердца и вытащил руку из потрохов. Раскрыв ладонь, уставился на шарик красного цвета с одной жёлтой прожилкой.

– Вот смотри. Красный цвет ядра говорит о том, что стихия монстра – огонь, – начал объяснять Войд – а прожилка – это оттиск.

– Понял. А какого цвета у меня ядро? – поинтересовался я.

– Серое с голубой прожилкой – ответил вселенец.

– Кстати, а что вообще дают оттиски, кроме новой способности? – спросил я.

– Да уж. А самому подумать? Ладно, слушай и не говори, что не слышал. Я тебе приводил пример со стихией воды, но, видимо, он не отражает всю суть каждого последующего ранга. Представим теразина, у которого есть оттиск усиления тела. Вроде ничего такого особенного. Применил на себя, стал крепким, ловким и так далее. Но представь, что следующим оттиском у него будет, допустим, замедление времени. И вот он уже становится имбой. Замедляя время для своих противников, да ещё накинув усиление, получаем ебический электровеник, который хрен поймаешь, да ещё и не пробьёшь. – Вселенец на секунду замолчал, чтобы я мог переварить сказанное. – И это ещё не всё. – продолжил Войд. – С каждым новым рангом ты сможешь задавать больше параметров своему заклинанию. С первым оттиском один параметр, со вторым два и так далее. Заклинание первого уровня выглядит как линия, не обязательно прямая, окрашенная в цвет твоей стихии. Вот она и содержит в себе описание того, что произойдёт далее. Например, красная прямая с параметром «скорость» – это огненная стрела, а синий круг с алфавитной руной «взрыв» – это ледяная взрывная сфера. А представь, что у тебя два или три оттиска. Представил? Молодец. Три параметра в заклинании – это мощь. Здесь как раз и нужен магический алфавит, которым ты сможешь пользоваться. По сути, твой навык – это инструментарий для правки стихийных оттисков. По мере развития ты сможешь хранить несколько заклинаний в своём ядре для быстрого доступа к ним. – закончил Войд.

– Ладно. Я понял. Был не прав. Что с ядром-то делать? – глядя на мерцающий шарик, спросил я.

– Раздави в руке. – ответил Войд.

Последовав совету, я со всей доступной мне силы сжал руку в кулак. Ядро поддалось и треснуло. От кулака вверх поплыл синеватый дымок, но после стал втягиваться в руку. Я почувствовал, как, впитавшись в ладонь, эта субстанция стала передвигаться вверх по предплечью и выше, светясь внутри вен. Потом, достигнув плеча, нырнула к сердцу, и я почувствовал тепло, расходящееся от ядра по всему телу. Простояв некоторое время, наслаждаясь этим новым для меня ощущением, я почувствовал, как зачесалась раненная рука.

– Точно. Забыл сказать. В ядрах хранится мана в чистом виде. Она трансформируется в стихийную только при выходе из источника. Это своеобразный фильтр-преобразователь. Так вот. Чистая мана имеет эффект заживления. Не сильный, конечно же, но для затягивания твоих ран должно хватить – обрадовал меня Войд.

– А если применить несколько ядер подряд, сильная рана затянется?

– Думаю, да. Кстати, у тебя пробился росток второго оттиска. И, судя по его размеру, тебе как минимум понадобится раздавить ещё около 20 ядер первого ранга – ошарашил меня Войд.

– Пиздец. А другие разумные как? Ведь, как я понял, это слабый монстр? И мне просто повезло его прикончить.

– Нууу… вариантов много. Можно купить у гильдии убийц монстров или на черном рынке, а можно исподтишка резать разумных, гы-гы.

– Очень смешно – не оценил я шутку Войда.

Сняв тряпку с руки, я увидел, что раны от зубов чудовища уже затянулись.

– Удобно, блин. – пробурчал я себе под нос.

– Угу, – подтвердил Войд.

– Вот и ладненько. Давай закончим с вещами нашей мадам и будем думать, что делать дальше, – выработал я план.

Подойдя к куче вещей, которые высыпал из торбы, мне в глаза бросилось что-то блестящее. Протянув руку, я выудил из кучи медальон. Осмотрев его, приметил, что его можно было открыть. Отщелкнув замочек, я распахнул половинки медальона.

Глава 5

– Поздравляю. Теперь мы точно знаем, что это твоя мамашка. – весёлым голосом сказал Войд.

Почему он так решил? Потому что в медальоне были вложены фотографии. В левой половинке был портрет моей уже мертвой матери, а в правой – мой. По контуру, как перевёл Войд, было написано: «Любимому сыночку от мамы».

– Хоть мне и насрать, но надо её похоронить, – нахмурившись, произнёс я.

– Ты забыл, что уже не в своём мире. Здесь нет обрядов упокоения через закапывание, потому что труп может и подняться из могилки. Так что просто сожги её, – отрезал Войд.

– Сделаем это перед уходом. На каком мы сейчас этаже? – поинтересовался я.

Положив медальон в карман штанов, я сел на корточки и продолжил копаться в вещах.

– Пока к тебе спускался, вроде пять пролетел, – задумчиво произнёс Войд.

В куче, кроме какого-то тряпья, я обнаружил кожаный мешочек, в котором что-то звякнуло. Открыв его, высыпал себе на ладонь несколько металлических прямоугольных пластинок. – Это разновидность местных денег. – сообщил мне Войд.

Отсортировав пластинки по цвету, я посчитал их. Получалось три золотистых и восемнадцать серебристых.

– Это золото и серебро? – спросил я у Войда?

– Да. Эти металлы и на этой планете ценятся. Но самый дорогой – это магопроводимый металл или просто магометалл. Из него сделан твой кинжал.

Покрутив оружие в руках, я отметил, что он крайне искусно сделан. Лезвие было покрыто красивыми завитушками. Эфес обмотан приятной на ощупь кожей. Гарда на концах была скруглена, и полумесяцы были направлены вдоль лезвия вверх.

Перетряхнув тряпки, я больше ничего не нашёл. Подобрав местную зажигалку, обмотал её тканью, чтоб случайно не соприкоснулись камни, и положил в карман штанов. Взяв торбу, я покидал в неё тряпки, остатки еды и кошель. Осмотрелся. Убедился, что ничего не забыл. Затянул торбу и бросил её возле девушки. Вложил кинжал в ножны, пристегнул к поясу и пошёл искать что-нибудь горючее. Пока осматривал пещеру, решил пообщаться с Войдом.

– Как мне научиться пользоваться твоим ядром? Да и своим тоже – задал я назревший вопрос.

– А я откуда знаю, – ответил Войд. – Я что тебе, маг или теразин? Всё, что могу подсказать – пытайся медитировать. Почувствуй ядра и направляй ману в каналы. Так тренируются разумные. Не забывай, ты не в своём теле. Всё может быть по-другому. Просто пробуй.

– Сейчас разберёмся с телом мамаши, найдём тихий уголок и буду пробовать. А ты оттиски пустоты сам применять не можешь? Или вливать ману в кинжал, как это у меня случайно получилось? – поинтересовался я.

– Нет. Из-за того, что я, по сути, внутри симбионта, мои возможности почти нулевые. Зато, если тебе надо будет сделать покер фейс или поднять писюн, я помогу – серьёзно заявил Войд.

– Ну да. Мне в подземелье только писюн поднимать. Да и вообще, сколько этому телу лет? – осмотрел я себя.

– Не меньше двенадцати, – убеждённо сказал вселенец.

– Почему ты так решил? – поинтересовался я.

– Первый оттиск проявляется у всех магов в двенадцать лет. Каналы и ядро с рождения, если тебе повезло. У тебя, кстати, было четыре канала, и пятый прорастил я. Будешь крутышом, если выживешь – ответил Войд.

Собрав полусгнившие ветки, я вернулся к девушке и скинул их возле неё. Сделал ещё несколько ходок и притащил приличное количество дерева. Плотно обложив девушку, я накинул на плечи торбу и достал местную зажигалку.

– Ну, прощай, красотка. Может, ты была хорошим альвом и прекрасной матерью, но я тебя не знал.

Соединив камни, бросил зажигалку рядом с ветками. Как только костёр разгорелся, я выгреб устройство из пламени и деактивировал его. Когда камни остыли, обмотал их тряпкой, закинул в карман и, напоследок взглянув на девушку, побежал в сторону шестого этажа. Добравшись до тоннеля, я перешёл на шаг и не спеша побрёл вниз. Темнота мне совершенно не мешала.

– И что мне ждать на шестом этаже? – пробубнил я в пустоту.