Антон Лагутин – Ходящий по улицам (страница 10)

— Он извращенец…

— В первую очередь, он человек. Да, он опьянён властью, но с каждым днём трезвеет и уже не думает только о себе, как это было раньше. А два громилы с автоматами — гарантия спокойствия и отсутствия бунтов. Защита от соседей. Ведь, что творится в головах соседей, нам неизвестно. А это пугает.

— Давай каждый останется при своём мнении. Меня утомляет этот разговор.

— Ты первая начала сыпать в меня глупостями.

— Что? — Даша замерла и закинула руки на пояс.

Слава прошёл мимо, слегка задев её плечом.

— Я всё хотел узнать, как ты собралась ориентироваться на воде? По звёздам? По мху на деревьях?

— А чем тебе солнце не угодило?

— Ты серьёзно? Плюс-минус два километра! По-твоему, это нормально?

— А ты как ориентируешься? — сухо спросила Даша.

— Я придерживаюсь карты, но обратно возвращаюсь, плывя рядом с караванами. Да и как не заметить торчащие башни из воды.

— Не переживай, у меня есть компас, — Даша залезла во внутренний карман плаща и достала квадратную пластиковую коробочку зелёного цвета. Корпус был испещрён глубокими царапинами, углы сбиты. Положив компас на ладонь, Даша откинула крышку. Стрелка указывала на юг. — Приплывём точно на место, плюс минус десять метров.

— Ага…

Спустившись еще на два этажа, они остановились возле двери, ведущей в коридор.

— Ого! — воскликнул Слава и посмотрел вниз сквозь лестничный пролёт. Вслух посчитав до пяти, он сказал: — Придётся полетать!

Открыв дверь с цифрой шестьдесят, они шагнули вперёд. Сквозной ветер с силой ударил незваных гостей, смахнув кепку с Дашиной головы. Неловким движением она умудрилась её схватить и обратно надеть на голову. Слава пошёл первым.

В нос ударила сырость. В начале и конце коридора отсутствовали стеклянные стены, приглашая природу заглянуть вовнутрь. Ковёр под ногами хлюпал. Обои, краска и какой-либо декор отсутствовали. Вместо былой красоты в глаза бросался голый обшарпанный бетон, измазанный грязью. Начиная с шестидесятого этажа и уходя вниз были этажи-парковки. Люди с воды вплывали в здание, затаскивали лодки в комнаты, кидали «якорь» и поднимались наверх. Никто не переживал за свой транспорт — на двух лодках не уплывёшь. Сейчас вода ушла. Так всегда происходит перед волной. Принято измерять её уровень шестидесятым этажом, но за час до волны вода скроет и шестьдесят пятый, ознаменовав апофеоз надвигающегося бедствия.

Дойдя до середины коридора, Слава подошёл к двери и взялся за грязную ручку.

— Моя лодка дальше, — сказала Даша.

— А моя тут, — он открыл дверь и пригласил Дашу войти первой.

— Как любезно с вашей стороны, — она подмигнула и сделала шаг.

На полу лежали лодки. Обычные, парковые. Из дерева и стали. Борта сбиты, краска облупилась и осыпалась кусками. Дыры и пробоины были залатаны кусками пластика, элементами рекламных щитов (кстати, один из них гласил о непотопляемости рекламируемой фирмы) и деталями от мебели. Накрытые брезентом, они покоились и ждали, когда вода хлынет на этаж, затопит все комнаты и зафиксирует их, уперев в потолок.

— И где твоя лодка? — спросила Даша.

— У меня нет лодки, — ответил Слава.

— А что тогда? — и удивлённо закинула брови.

— Сейчас покажу!

— Удиви меня! Хотя нет, дай я сама угадаю! Детский надувной матрас?

Слава скептически на неё посмотрел, скривил рот и прошёл к дальней стене.

— Нет? — продолжила он. — Ну тогда плот из пластиковых бутылок? Снова не угадала?!

Слава встал возле предмета, отчасти напоминающего лодку. Всё портил брезент, не дававший Даше понять, что он прячет. Одним движением Слава сдёрнул занавес, и её глаза округлились.

— Ля какая! — воскликнула Даша. — Это что, «Каноэ»?

Слава цокнул и задёрнул глаза к потолку.

— Это «Каяк»!

— Да какая разница!

— Что! — он вскочил как ошпаренный, перепрыгнул через лодки и уставился Даше в глаза. — Это каркасный двухместный «Каяк»! Ты просмотри, какой цвет! А, видишь? Такой не каждый день встретишь на дорогах!

Даша видела всё иначе: длинная лодка зелёного цвета, похожая на «Каноэ». Как в фильмах, где люди спускались со скал по воде, переворачивались и погибали.

— А это что посередине? — спросила она.

— Это машинная лебёдка. Я переделал её — теперь можно вручную сматывать трос.

— Лебёдка? — протянула Даша. — А где шноркель у неё?

Слава опустил брови, веки, губы и подбородок. Лицо излучало безразличную ненависть и злость.

— Пойдём, — кинул он, — мне нужна твоя помощь.

Подойдя к каяку, Слава развязал узел и ослабил верёвку, стягивающую резиновую юбку на посадочном месте. Запустил руку внутрь и ладонью нащупал два ножа, прикреплённые с внутренней стороны стенок, по одному возле каждой ноги. «На месте» — подумал Слава и завязал узел обратно.

— Это её имя? — Даша пальцем указала на борт, где белыми красками было написано «Ирина».

— Теперь да. Точно не знаю, что это имя могло означать раньше. Такой я её нашёл и называю ласково «Иришкой». Ладно, давай вынесем её отсюда. Возьмись за противоположный конец.

Они подняли каяк над головой и вынесли его в коридор. Не без приключений, конечно же. Даша споткнулась о весло, валявшееся на полу, и завалилась в лодку. Каяк сбил с её головы кепку и оставил мелкую ссадину. Выясняя, кому были причинены большие повреждения, Даша вспылила и назвала Славу эгоистом. И была права. Первым делом он кинулся осматривать «Иришку», а Даше и руки не подал.

Проходя мимо пожарных дверей, Даша остановилась, а Слава продолжил идти. Она дёрнула на себя каяк и удивлённо спросила:

— Ты куда?

— Ты собралась спускать каяк по лестнице? Пять этажей?

— Да, а как еще?

Слава кивнул головой в сторону разбитого окна в конце коридора.

— Ты серьёзно? Ты еще и псих… Говорила мне мама, что водится мне с ненормальными всю жизнь, а я ей не верила.

— Ну, во-первых, мне нужно помыться, а во-вторых, да, я — псих. Пошли. Стоп. Это какая сторона?

Даша достала компас.

— Южная.

— Я знаю. Проверял твой прибор, — и подмигнул. — Пошли.

Ветер гнал в лицо мелкие капли воды. Плащ хорошо защищал от влаги, но только тело. Дашины джинсы начали промокать. Подойдя к краю импровизированного выхода из здания, Слава высунул голову и громко свистнул.

— Лететь метров пятнадцать. Ты, главное, не бойся, возьми меня за руку и закрой глаза, — аккуратно положил нос каяка на пол и протянул руки Даше. Она быстро отстранилась, выпустив каяк из рук. «Иришка» стукнулась о пол, выронив вёсла. Сердцебиение Славы участилось.

— Ага, нашёл дурочку. Не пойду я с тобой!

— Я другого ответа и не ожидал, — сказал Слава, отчасти пародируя Дашину интонацию и голос. Затем подошёл со стороны кормы каяка и, уперевшись в неё руками, надавил всем телом. «Иришка» скользнула по мокрому ковру и вылетела в окно.

Как наконечник копья, пронзающий плоть жертвы, каяк вонзился в воду, вошёл на половину и быстро вынырнул назад, мягко плюхаясь на воду.

Стоя у края, Слава хитро покосился на Дашу, развернулся спиной к улице и обворожительно произнёс:

— Теперь мы.

— Нет! — заявила Даша. — Я спущусь по лестнице.

— Прекрати, будет весело! — и снова протянул ей руки.

— Если ты не всплывёшь, «Иришку» я оставлю себе.