Антон Кун – Тайны затерянных звезд. Том 6 (страница 25)

— Не думаю, что у него были бы какие-то шансы, — усмехнулся в ответ капитан. — Думаю, она бы даже на него не посмотрела.

— Зато он бы на неё посмотрел! — Пиявка пожала плечами.

Как по мне, Кайто с намного большим удовольствием смотрел бы на свою Вики, чем на Аяту, но говорить об этом я не стал. Вместо этого я просто махнул рукой и первым из нашей троицы пошёл следом за Аятой.

— Мы начинаем нашу экскурсию со знаменитого зелёного сада корпорации «Кракен», — начала Аята, неторопливым и плавным жестом обводя всё вокруг. — Работники нашей корпорации — одни из немногих счастливчиков на Калисте, кто имеет возможность в течение рабочего дня наслаждаться настоящими зелёными растениями и прохладой в тени их крон. Самому старому дереву в этом парке уже сто пятьдесят лет, а самому молодому — всего пятнадцать, моложе, чем любой из вас, надо полагать.

Она на мгновение обернулась и одарила экскурсантов улыбкой — дежурной, но такой ослепительной, что мне чуть глаза не выжгло.

Хорошо, что я в этот момент смотрел совсем в другую сторону — как раз на то самое «молодое» дерево, на которое походя указала рукой Аята. А точнее даже не на само дерево, а на его листочки, которые едва шевелились несмотря на то, что все остальные деревья в парке отчётливо шелестели кронами. Ветерок, гуляющий по парку — явно искусственный, созданный скрытыми вентиляторами и озонаторами, потому что ну откуда взяться настоящему ветру на дне километрового колодца, вместо стен у которого — высотки-небоскрёбы? И тем не менее это не мешает ему трепать листочки деревьев, вытягивая из них тихий шелест.

Но не из этого дерева. Его листья едва шевелятся, что весьма толсто намекает на то, что они сделаны из совсем другого материала. И именно что «сделаны», потому что и поблёскивают на солнце они тоже непривычно — как будто их покрыли снаружи тончайшим слоем лака, и не заметишь, если не присматриваться.

Вероятнее всего, никакое это не дерево, а хитро замаскированная антенна какой-нибудь из охранных систем. Все листья в сумме дают такую огромную излучающую поверхность, что это даже вполне может быть система измерения объёма, которая зарегистрирует появление в зоне ответственности даже того, что не видно и не слышно никакими оптическими и акустическими сенсорами. И, судя по поверхности излучателя, этому «чему-то» достаточно быть размером с воробья, чтобы его обнаружили.

А чуть вдалеке, на другой половине парка, ещё одно такое же «дерево», только на сей раз его листья не отблёскивают на солнце, но зато отблёскивает кое-что другое — в глубине кроны, видное при неудачных движениях кроны. Объективы камер, скорее всего, всех возможных спектральных диапазонов, от тепловизионного до ультрафиолетового, на всякий случай.

На фоне всего этого я почти уверен, что под слоем густой высокой, почти до середины голени, травы скрывается пара-тройка крупнокалиберных турелей, только и ждущих, когда в зоне ответственности «молодых деревьев» появится кто-то, кого служба охраны, сидящая где-то в офисе в глубине небоскрёба, не пометит как «своих». Нас, конечно же, они пометили, а то и вовсе отключили систему на время экскурсии, но это маловероятно.

В любом случае, через главный вход нам путь закрыт — это факт. «Кракен» позаботились о том, чтобы даже подобраться к нему незамеченным не вышло ни у кого и ни у чего в обжитом космосе. Даже Вики не проберётся мимо такой системы безопасности.

— Ну, одного у них не отнять — сад и правда хороший! — вздохнула Пиявка, на ходу нагибаясь и поглаживая траву. — Жаль только, что нельзя босиком пройтись…

— Шевелись давай! — капитан слегка подтолкнул её. — Мы сейчас отстанем.

Пиявка недовольно что-то пробурчала, но разогнулась и мы поспешили за остальными, которые уже добрались до входа в небоскрёб.

— По одному, пожалуйста, поднимайтесь, — попросила Аята. — Ступени скользкие, можно и упасть ненароком.

К раздвижным дверям из бронированного толстого стекла вели ступеньки, выложенные чёрным мрамором. Материал крайне непрактичный — хрупкий, маркий и безумно дорогой, но он, как и всё остальное в «Кракене», показывал статус и богатство корпорации.

А ещё на его фоне прекрасно терялись крошечные глазки лазеров, разглядеть которые можно только если взглянуть под правильным, заранее известным, углом. Судя по тому, что лучей не видно, излучают они в невидимом глазу диапазоне, и нужны для того, чтобы определять, что на ступенях что-то появилось. Решение крайне древнее, но до сих пор не утратившее своей эффективности в контексте сигнализации.

И по одному подниматься Аята наверняка попросила нас не просто так — система в точности сосчитает, сколько нас зашло, и сравнит это с тем количеством, что будет на выходе, так что спрятаться внутри здания не выйдет. А если в пару ступенек встроены ещё и тензодатчики, замеряющие вес, то не выйдет даже подменить себя кем-то другим — они распознают отклонения в весе.

По одному мы поднялись по лестнице и вошли через двери в огромный гулкий холл, отделанный всё тем же мрамором, только на сей раз — белым. Он здесь покрывал буквально всё — и стены, и потолок, и широкую лестницу в дальнем углу, и стойку ресепшена, за которой три красотки улыбались так ослепительно, словно даже их зубы — это на самом деле импланты всё из того же мрамора.

Тут было белым вообще всё. Даже диванчики из искусственной кожи, кое-где расставленные по углам холла. Даже столики возле этих диванчиков, даром что столешницы их выполнены из стекла, были белыми, матовыми. Даже несколько растений, растущих в кадках, были белыми, как будто их обсыпали мелом, хотя на самом деле, конечно, они такие от рождения.

Красиво, ничего не скажешь. И очень внушительно.

А ещё — на этом кипенно-белом фоне даже в полнейшей темноте, даже ночью, даже без тепловизоров и ночного зрения прекрасно будет виден любой посторонний объект. Тут же укрыться негде — все более или менее крупные объекты предусмотрительно расставлены по углам, а в центре лишь стойка ресепшена, до которой пойди ещё доберись незамеченным, и два пропускных турникета, стоящих явно лишь для вида и для галочки

— Добро пожаловать в корпорацию «Кракен»! — хором пропели девушки, всё так же белозубо улыбаясь.

— Да, добро пожаловать в корпорацию «Кракен»! — Аята обернулась к нам и повторила их слова. — Но, прежде чем мы войдём в святая святых корпорации, я вынуждена попросить вас сдать все ваши терминалы и прочую записывающую аппаратуру. У нас такие правила безопасности, даже работники перед рабочим днём сдают всё, что может стать причиной утечки данных.

Она указала на рядок личных микро-сейфов, которые троица красоток синхронно выложила на стойку ресепшена, и все начали складывать в них свои терминалы и запирать сейфы только что придуманным числовыми кодами. Мы не стали отрываться от коллектива и тоже свалили свои терминалы в один сейф.

— Сюда, пожалуйста! — Аята сделала приглашающий жест в сторону одного из турникетов. — По одному, не торопитесь.

Люди замялись, словно им предлагали не через турникет пройти, а прямо через чёрную дыру. И тогда вперёд шагнул я. Прошёл через турникет, крутнув его перед собой, и оказался с другой стороны.

— Благодарю вас, молодой человек! — улыбнулась Аята, и в её глазах на мгновение проскочил интерес. — Почему-то всегда все так тушуются…

После меня шагнул капитан, потом Пиявка, а потом дело пошло на лад, и все остальные прошли тоже. Только на середине очереди произошла заминка, потому что турникет отказался вращаться перед пузатым парнем лет двадцати.

— Простите, — вмешалась Аята. — А вы случайно не забыли выложить какое-нибудь устройство с функцией записи или передачи данных?

Парень как-то странно на неё посмотрел, отошёл обратно к личным сейфам…

А потом внезапно запустил руки под футболку и выдернул их обратно, мгновенно худея килограммов на двадцать!

Сбросив на пол небольшой странной формы рюкзак телесного цвета, он ломанулся к дверям, ведущим наружу, но не успел даже добежать до них. Не пойми откуда появилась пара охранников в лёгких чёрных экзоскелетах, в два прыжка нагнали неудачливого шпиона, и треснули его шоковой дубинкой — точно такой же, с какой я штурмовал планетоид Мартинеса. Ноги парня подкосились, но он даже не смог упасть — его тут же подхватили под руку и быстро утащили куда-то в подсобное помещение.

Всё произошло так быстро, что мало кто понял, что произошло. Я вот понял — турникеты это не просто турникеты, там ещё и детекторы записывающих устройств стоят, понятия не имею какие, это к Кайто вопрос.

А ещё, пока все глазели на то, как охранники пакуют неудавшегося шпиона, я краем глаза смотрел за едва заметным движением в верхнем углу холла, прямо под потолком. Как только парень сорвался с места, там из потолка вылез небольшой шарик с прорезью на длинной ноге, и эта прорезь уставилась точно на нарушителя.

И если бы охранники с ним не справились, или, например, он достал бы оружие, то из потолка вылезла бы вся рыба-удильщик, которой принадлежал этот «фонарик» — автоматическая турель «Химера», снабжённая сразу четырьмя видами оружия — нелетальными резиновыми пулями, бронебойными вольфрамовыми стрелами, двумя ракетами с плазменно-кумулятивной боевой частью и даже микроволновым направленным генератором. Одна такая турель стоит как четверть нашего корабля и показывает эффективность как рота спецназа.